Часть 34

Лорд Вейдер прогуливался по дворцовым садам вместе с Императором, обсуждая вопросы дислокации огромных флотов Империи. Прошло несколько месяцев с тех пор, как Люк впервые посетил дома остальных придворных, чтобы обсудить возможные союзы, и вот настало время для следующей части плана.

Лично лорд Вейдер ненавидел запутанные схемы с множеством частей, требующих выполнения, но его роль была легка в своей простоте. Все, что от него требовалось, — это сделать вид, что он заметил действия лорда Скайуокера, и предпринял шаги, чтобы помешать молодому лорду устроить заговор против него.

Он улыбнулся про себя, настроившись изобразить легкую обеспокоенность перед скрытыми камерами, установленных шпионами, которым Император позволил подслушать их разговор.

— Ваше Величество, — начал он, — я знаю, что молодому лорду Скайуокеру нравится при дворе, но я не для того его обучал, чтобы он стал придворным. Я был бы признателен, если бы вы назначили его в новую оперативную группу, которую мы отправляем в Неизведанные Регионы, чтобы разобраться с Зиннами. Ему не помешает практика командования долгосрочной миссией.

Император кивнул, при этом они оба понимали, что им осталось недосказанным: что там, вдали, молодой лорд не сможет играть в политику.

— Ах, но, — возразил Император, — я не хочу, чтобы кто-то из вас был так далеко и так долго. Может быть, что-нибудь поближе? Посылаемым в Коззеллию войскам не помешало бы его присутствие.

— Да, Ваше Величество. — Лорд Вейдер слегка поклонился с видом человека, принимающего все, что может получить — пусть даже они с отцом заранее спланировали весь разговор.

***

Владимир был в ярости. Он был так близок! Лорд Скайуокер только на прошлой неделе сказал ему, что поддержит его в борьбе за мелкий контракт на производство брони для штурмовиков. Контракт не имел большого значения, и он, скорее всего, все равно бы его выиграл, но то, что ситх поддержал его в каком-либо вопросе, стало бы сигналом для всех остальных при дворе! Но лорд Вейдер, видимо, наконец решил приструнить своего протеже и умудрился отправить его на месяц в Коззеллию. Это было несправедливо, почему он не мог подождать еще неделю?

Теперь ему придется начинать все сначала, пытаясь найти еще один незначительный вопрос, чтобы попытаться заручиться поддержкой Скайуокера, и таким образом построить между ними доверительные отношения, прежде чем предложить молодому лорду выступить на его стороне против Вейдера. Владимир вздохнул и снова начал просматривать свои датачипы.

***

Энсин Шон Трасселл спокойно собирал свои вещи, одновременно улыбаясь. Последние шесть месяцев были удручающими, но скоро все закончится. Он действительно научился ненавидеть бумажную волокиту и всю бюрократию, которая сопутствовала офицерам низшего звена. Если добавить к этому растущую неприязнь между ним и его отцом из-за его «провала» в получении более престижной должности, Шон был готов двигаться дальше.

Он вздохнул, бросая в сумку последнюю голозапись из дома. На ней была лишь тирада его отца о том, что любой может выполнять его обязанности, а ему не нужно тратить свою жизнь на командование техниками и старшинами для пополнения запасов во время учений. Хуже всего было осознавать, что он мог бы заткнуть отца, рассказав ему о достигнутых договоренностях, но он предпочел сохранить тайну, как ему было велено. Через неделю он официально станет адъюнктом лорда Скайуокера, и ему не терпелось рассказать об этом отцу.

Шон фыркнул, сверяясь со своим хронометром. На корабле был поздний вечер, и Гаррет должен был скоро появиться. «Экзекутор» находился в той же системе и ему предстоял перелет.

Он собрал руководства по текущей работе, которые дал ему его начальник, и аккуратно сложил их на столе. Это было даже забавно: работа, которую он выполнял последние несколько месяцев, на самом деле была не так уж плоха. Его официально готовили к работе по организации огромных подразделений, необходимых для пополнения запасов боевого экипажа корабля. Он учился управлять всем: от проверки того, что АТ-АТ были заправлены, до проверки того, что TIE были отремонтированы. Это была ответственная должность, вся цель которой заключалась в том, чтобы все работало гладко для всех остальных, и это была идеальная тренировка для него.

Пусть даже это означало, что каждый день он будет иметь дело с горой бланков. Трасселл сложил несколько датадисков с заполненными формами рядом с ненужными теперь руководствами. Он надеялся, что в должности адъюнкта будет не так много бессмысленной работы с данными, но он знал, что, вероятно, завязнет в заполнении форм на всю оставшуюся жизнь.

В дверь позвонили, и Шон улыбнулся, застегивая сумку, а затем повернулся, чтобы открыть ее.

— Майор… — начал говорить он, но остановился.

В дверях стоял тонко улыбающийся энсин Браррен с датакартой в руках.

— Ожидаете гостей, Трасселл?

Шон сверкнул глазами. Браррен вечно везде совал свой нос, и был ужасным стукачом.

— Возможно, — прорычал он. Он должен был избавиться от этого человека, пока тот не заметил…

— Что ты делаешь, уезжаешь? Уже собрался. — Мужчина снова улыбнулся, махнув своей датакартой. — Я не знал, что тебя перевели на другую должность, иначе я бы не подошел спросить, не хочешь ли ты присоединиться к нашему пулу ставок.

— Азартные игры запрещены правилами, — сказал Шон, потянувшись к пульту управления дверью.

— Как и использование семейных связей для получения повышения, — небрежно заметил Браррен. — А мы все знаем, что ваша семья довольно состоятельная. — Мужчина сделал шаг вперед, заставив Шона сделать шаг назад. — Слишком хорошо обеспеченная, чтобы ты работал офицером по снабжению, не так ли?

Шон сверкнул глазами.

— Я никогда не использовал положение своей семьи, чтобы получить повышение, Браррен. — Что было правдой. Он и не использовал, Гаррет, его двоюродный брат, сам порекомендовал его.

— Ну, во всяком случае, пока нет, — ответил Браррен. — Но, похоже, до этого не так уж и далеко. — Мужчина сделал еще несколько шагов вглубь комнаты.

В голове Шона начали раздаваться тревожные звонки. Что-то было не так, Браррен вел себя слишком настырно. Быстро соображая, Шон попытался потянуть время, чтобы придумать, что делать.

— Если тебя это так беспокоит, почему бы тебе не вернуться в свою комнату и не написать жалобу? — зашипел Трасселл, понимая, что если его собираются перевести в другое место, то лучше не допускать, чтобы Браррен занес что-нибудь в его личное дело. — А я напишу жалобу на ваши азартные игры.

— О, в этом нет необходимости, — сказал энсин Браррен, неприятно улыбаясь. — Я здесь только для того, чтобы передать предупреждение. — Он снова шагнул вперед, и Шон вдруг увидел в его руке вибролезвие. Мир замедлился, когда сработала подготовка Трасселла, и он уже собирался ударить ногой, когда позади Браррена что-то шевельнулось. Чья-то рука зажала рот Браррена, и от быстрого движения молодой энсин упал на пол с перерезанным горлом.

Шон встретился взглядом с черными глазами черноволосого бледнокожего мужчины, в форме пилота шаттла, стоявшего в его комнате. Позади него появился майор Равенелл.

Гаррет посмотрел через плечо темноволосого мужчины на умирающего на полу энсина. Затем взглянул на своего удивленного кузена.

— Готов отправляться?

— Да, сэр, — сказал Шон, поворачиваясь, чтобы взять свои сумки, мысли вихрем проносились в голове. Оставалось надеяться, что Гаррет объяснит ему все позже. Он снова обернулся, черноволосый мужчина стоял на коленях возле тела, осторожно снимая с лица Браррена что-то похожее на тонкий слой плазмы телесного цвета. Он остановился, оставив половину этой штуки на месте.

— Неплохая маскировка, — сказал пилот шаттла. — Настоящий энсин крепко спит в своей каюте, накачанный до бесчувствия. С ним все будет в порядке. Просто оставьте запрос на перевод на кровати, Гаррет. Я хочу поскорее убраться отсюда, пока мне не пришлось все объяснять.

Гаррет бросил датакарту на койку и повернулся, чтобы выйти. Шон перешагнул через тело, стараясь не наступить в быстро растущую лужу крови. Как только он вышел из комнаты, дверь с шумом захлопнулась, оставив труп лежать до утра.

Дорога к шаттлу прошла без происшествий. Шон шел позади кузена, а пилот шаттла безмолвно следовал за ним. Пока они шли по коридорам, Трасселл мысленно перебирал в памяти все, что произошло. Это было ненормально, не так ли? Он же не будет всю оставшуюся жизнь уворачиваться от убийц, потому что он помощник лорда Скайуокера? Гаррет никогда не упоминал об этом… И что тот имел в виду, говоря послать предупреждение?

Когда они поднялись на борт шаттла, Гаррет прошел в переднюю часть корабля и сел в кресло сразу за креслом пилота. Шон сел рядом с ним, а черноволосый пилот сел впереди. Пожилой мужчина с волосами цвета соли с перцем сидел в кресле второго пилота, прогревая двигатели.

— Готов к старту, — сказал он.

— Хорошо. — Пилот достал микрофон и заговорил: — Шаттл Е1-3 вызывает управление. Разрешите покинуть корабль.

— Разрешение получено. Вы можете покинуть корабль, когда будете готовы.

Шон был слегка встревожен скоростью, с какой пилот вывел корабль из дверей ангара.

— Не знаю, — произнес мужчина, — мне нравится маневренность этих прототипных движков, но я не думаю, что они будут хорошо работать на более крупном корабле. Что скажешь, Вэн?

— Я думаю, вы правы, сэр. Они становятся немного неустойчивыми, когда корабль утяжеляют, а нас утяжеляют каждый раз, когда леди поднимается на борт. Это бывает нечасто, но я бы принял это во внимание.

— Хорошая мысль. Мне придется проинструктировать инженеров, чтобы они предусмотрели это. О, и Шон?

— Да, сэр? — ответил Трасселл, наблюдая, как шаттл с пугающей скоростью приближается к «Экзекутору».

— Это было ненормально.

Молодой энсин растерянно кивнул, забыв, что пилот его не видит. Они приземлились, и Гаррет жестом показал, чтобы он вставал. Шон вышел из шаттла и последовал за Гарретом через огромный посадочный отсек, как только они сошли с корабля. Удивительно, но черноволосый пилот последовал за ними к турболифту и дальше по коридорам, пока они не подошли к широкой двери, у которой стояли два штурмовика.

Двери распахнулись, и все трое вошли внутрь. В комнате было темно, прохладно и стерильно, а в одном углу находилась большая конструкция, похожая на капсулу. Капсула была открыта, ее белый интерьер резко контрастировал с находящимся внутри человеком в черной броне. Шон сглотнул, прислушиваясь к шипению респиратора ситха.

— Ты подпустил его очень близко, — обвиняюще сказал лорд ситхов.

Черноволосый мужчина шагнул вперед.

— Ничего не поделаешь. — Внезапно его фигура поплыла, явив светловолосого мужчину с голубыми глазами. Он наклонил голову. — Но это послужит предупреждением его работодателю. Я не могу допустить, чтобы кто-то попытался нанести удар по мне или даже по кому-то из моих союзников. Ты знаешь это, отец.

Человек в черной маске вздохнул, в то время как Шон Трасселл, прилагая все свои силы, постарался сохранить спокойное выражение лица. Мысли молодого энсина заработали в ускоренном режиме. «Этот пилот — лорд Скайуокер! И… Отец? Отец? Я ведь не просто так это услышал, не так ли? Это то, что Гаррет имел в виду под секретами? Он не шутил, когда намекнул, что знает несколько крупных…»

Лорд Вейдер шевельнулся:

— По крайней мере, мы знаем, кто был его работодателем. Мы должны будем что-то с этим сделать, когда вернемся ко двору. В остальном, как все прошло?

— Вполне хорошо. — Лорд Скайуокер поднял руку, рассматривая ее. — Удобный трюк, но ты прав, лучше одеваться по фигуре. Меньше нужно контролировать, — он указал на Шона, — и он не теряет головы.

— Да. Майор, проинструктируйте его по вопросам, которые мы обсуждали, и приведите его сюда утром. Мне нужно обсудить несколько вещей с моим сыном-интриганом.

— Да, милорд, — Равенелл поклонился и вывел Трасселла.

***

Анжалин улыбнулась, глядя на голограмму кризантры. Цветы были очень красивы, а благодаря образцу аромата, который прилагался к датачипу, она знала, что они прекрасно пахнут. Отметив место на голограмме, чтобы потом можно было ее вызвать, она посмотрела на следующий цветок и поморщилась. После того, как Палпатин сообщил, что они могут пожениться через пять месяцев, она тут же приступила к подготовке к этому событию. С тех пор прошел уже месяц, и она достигла значительных успехов. Выбор точной даты свадьбы не занял много времени, и Император настоял на том, чтобы она состоялась в Хрустальном зале дворца.

Хрустальный зал был назван так потому, что весь потолок, три стены и большая часть интерьера были сделаны исключительно из чрезвычайно прочного и долговечного хрусталя, встречающегося на Малксе. Алтарь должен был располагаться в передней части зала у одной из стен, где свет заходящего солнца падал на нее и Люка и распространялся во всех направлениях и цветах. Хрустальные стены также позволяли любоваться великолепным видом на богатые районы города и море вдали. В целом это была идеальная сцена для свадьбы будущего Императора Империи, и она не сомневалась, что средства массовой информации подхватят символизм, как только станет известно о подлинном происхождении Люка.

Анья улыбнулась и вздохнула в предвкушении важного дня. А пока она будет развлекаться, стараясь, чтобы в этот день все было идеально, насколько это возможно. Люк сказал ей, что она может планировать все, что захочет, кроме одежды для себя и для него. Это будет решено позже, в присутствии Палпатина и Вейдера. На данный момент она уже решила добавить несколько традиций из своей системы, а также из других систем Империи. Она также решила, какие ледяные скульптуры и статуи будут расставлены по залу.

— Привет, Анжалин, — сказала Насталия, входя в комнату, где работала Анья.

— Привет, — ответила Анья, вставая и приветствуя подругу. — Как ты?

— Все хорошо, — ответила Насталия. — Я только что получила отчет от архитектора, и дом должен быть готов в следующем месяце. Излишне говорить, что мы с Натаниэлем очень хотим туда переехать.

— Могу себе представить, — сказала Анья, а затем в ее голосе появились дразнящие нотки. — Давай посмотрим, ты замужем, у тебя есть свой дом, и все, чего сейчас не хватает, это нескольких детей, бегающих по дому с криками и плачем.

— О, — сказала Насталия, а затем начала смеяться над этой картинкой. — Мы еще не продвинулись так далеко. На самом деле, мы еще даже не обсуждали возможность завести детей, так что это произойдет не скоро.

— Жаль, — ответила Анья, жестом приглашая подругу сесть, а сама снова села на свое место. — Не хочешь помочь мне с чем-нибудь?

— Конечно, — ответила Насталия, глядя на различные датапады, лежащие на столе и полу вокруг кресла Анжалин. — Что я могу сделать?

— Я подумала, можно ли использовать идею амулетов, которые были в торте на вашей свадьбе, для нашей, — сказала Анья. — Я знаю, что некоторые народы не любят, когда их традиции используются в других местах, и я хотела узнать, не относится ли ваша система к ним, так как я не хочу никого оскорбить.

— Я не думаю, что это будет проблемой, — ответила Насталия после минутного раздумья. — На самом деле, я думаю, что люди будут польщены тем, что их традиции будут использованы в первой свадьбе, проведенной в Императорском дворце.

— Отлично, — с улыбкой сказала Анья, записывая эту информацию в один из многочисленных датападов. Хотя она сомневалась, что забудет полученное разрешение, она хотела убедиться, что все пройдет гладко.

— Что это? — спросила Насталия, заметив последний цветок, на который смотрела Анья.

— Цветок, — сказала Анжалин подруге, сморщив нос. — Я даже не хочу знать, чем он пахнет. Он похож на тухлый кусок мяса. Я понятия не имею, как ему вообще удалось попасть в список лучших цветов для свадеб.

— Наверное, это традиционный цветок какой-нибудь инопланетной расы, — ответила Насталия с таким же отвращением. — Уверена, что мне не придется беспокоиться о том, что он окажется на вашей свадьбе. Хотя он может пригодиться, чтобы отпугнуть некоторых придворных, которые тебе не нравятся.

— Думаю, это один из вариантов, — сказала Анья, смеясь. — В любом случае, как ты думаешь, в каком цвете мне заказать этот цветок? Он называется кризантра.