Глава 594

Глава 594. Древесный Источник

После войны обычно следует дележ и перераспределение интересов — так было испокон веков, и в Тёмную эру это лишь усилилось, став более прямым, обнажённым и кровавым.

Что касается того, как именно разбираться с захватом власти пятью крупными силами, Чу Юньшэн не вмешивался в детали, оставив всё на усмотрение Цинь Циин. Он всегда чётко понимал, что может делать, а чего — нет.

Однако он отклонил одно предложение Цинь Циин — чтобы Юй Ханьу унаследовал статус первого Небесного Проводника. Хотя Цинь Циин и сказала, что это лишь обманный ход, но многоумельцы тоже не дураки, и в конце концов это могло вынудить Юй Ханьу по-настоящему «занять своё место». Чу Юньшэн не хотел, чтобы Юй Ханьу стал вторым Тань Нином.

Услышав, что Чу Юньшэн согласился лично заняться мятежом в Шуду, Лу Тин всем телом обмяк. Каждое мгновение здесь, за тысячи ли, в Шуду жизни людей уходили, чтобы заполнить брешь. Он не мог терять ни секунды.

Хорошо, что ему наконец удалось убедить Чу Юньшэна. Неважно, что будет в будущем, но, по крайней мере, насколько он знал Чу Юньшэна, те, кто оказался втянут в события в Шуду, будут спасены.

Офицер средних лет не стал договаривать, да и не осмелился. Раз Чу Юньшэн решил лично разобраться, никто не смел возражать. С Лу Тином он мог быть очень жёстким, но перед Чу Юньшэном даже дышать осмеливался с трудом.

Впрочем, Чу Юньшэн не стал его затруднять, а, наоборот, по «просьбе» Цинь Циин, щедро расхвалил его, отчего этот уже вступивший в средние лета офицер пришёл в сильное волнение и напряжение.

Но надо сказать, эта похвала оказалась весьма полезной, ведь сказана она была не только для офицера, но и для солдат охраны.

В конце концов, люди рисковали жизнью ради него — по справедливости и по совести, следовало выразить благодарность.

После этого Чу Юньшэн в сопровождении бойцов Сопротивления и охраны вместе с кубом и телом Лю Ли направился прямо во временный командный штаб Сопротивления.

Огромная белая палатка сама раскрылась. У входа стояла многочисленная стража в совершенно белых новейших боевых костюмах. Оружие в их руках тоже было таким, какого Чу Юньшэн раньше не видел. Должно быть, его разработали за эти годы. Оно не было похоже на странные, громоздкие и неуклюжие кирпичи из научно-фантастических фильмов, наоборот, выглядело простым, практичным, строгим и смертоносным. Это было настоящее орудие войны, а не реквизит для обмана зрителей.

Чу Юньшэну было трудно передвигаться, и по совету Цинь Циин он согласился на лечение военных врачей Сопротивления. Однако, чтобы как можно скорее восстановиться самому и позволить восстановиться Шану, он решил отделить Шана от их слияния. Иначе, пока они так тянули, никто не мог быстро поправиться.

Появление Шана сильно напугало многих, особенно нескольких главных военных врачей, прибывших лечить Чу Юньшэна, и их ассистенток-медсестёр. Десяток белых личиков мгновенно побледнели до потери красок. Если бы не имя Чу Юньшэна, удерживающее их на месте, они, вероятно, закричали бы на месте.

У Чу Юньшэна не было выбора. Он не мог двигаться и должен был постоянно находиться рядом с кубом и телом Лю Ли, чтобы предотвратить новые мутации. По дороге он слышал от Цинь Циин, что даже длинное копьё украли — что уж тогда говорить о других вещах? Поэтому ему пришлось отделить Шана на глазах у многих.

Кровавое месиво, едва дышащий Шан — зрелище действительно пугающее. Однако огненные насекомые по природе любят тепло, полярный холод им ненавистен, и сейчас он сжался в снегу, вызывая жалость.

Конечно, жалость эта была только с точки зрения Чу Юньшэна. Другие думали иначе: с момента появления Шана и до сих пор не нашлось ни одного человека, осмелившегося приблизиться к нему хотя бы на полшага. Этого достаточно, чтобы понять отношение.

У Чу Юньшэна сейчас не было доверенного человека, чтобы отправить Шана обратно в зону слизи в Тихом океане, которую он выбрал до того, как привёл восемьсот Шаньминь в Арктику. Если бы кто-то напал в пути, у Шана не было бы сил сопротивляться. Не имея выбора, Чу Юньшэну пришлось позволить ему мёрзнуть.

Лёжа на медицинской кушетке, Чу Юньшэну не нужно было раздеваться — он и так был почти голым. Как только Шан отделился, он снова оказался обнажён. Но на этот раз, в отличие от прошлого, на его теле не было почти ни одного целого участка кожи. Везде плоть была разорвана, кости смещены. Единственное относительно хорошо сохранившееся место было то, о котором лучше не говорить.

После ухода Шана его тело вернулось в состояние обычного человека и не могло заживать само. Поэтому, как бы неловко ни было, пришлось с этим смириться. К тому же, перед врачами в этом нет ничего особенного. Как человек, переживший эру солнечного света, у него хватало психологической устойчивости.

Но взгляды медсестёр, каждый раз скользящие по нему, вызывали у Чу Юньшэна сильное неудобство. Казалось, они смотрели на какое-то диковинное существо, иногда перешёптываясь.

Впрочем, Чу Юньшэн быстро погрузился в размышления. Сейчас он полностью утратил боевую мощь, чёрный водоворот тоже не мог быстро восстановиться. Без чёрной энергии в качестве изначальной, да ещё с такими тяжёлыми ранами, он, возможно, не смог бы одолеть даже обычного солдата снаружи.

Единственные, кому он мог доверять, — это Маленький Тигр и его армия диких зверей. Юй Ханьу был предан, но его жалкое состояние уровня Второго Неба тоже не приносило большой пользы.

Единственный выход сейчас — продолжать запугивание. Пользуясь тем, что никто не знает его истинного положения, тянуть время, сколько получится.

Пока Божественные также пребывают в замешательстве, с помощью угроз и запугивания у них не должно быть причин отказываться спасать ребёнка в кубе.