Глава 706

Глава 710. Как же грозен великий глава культа Ю!

Чжао Баочжу хранил тайну, и это была его величайшая тайна. Такую тайну он не доверял даже самым лучшим друзьям, с которыми кутил и гулял, — это был его козырь для выживания. Но сейчас он должен был рассказать, и малейшее промедление могло стоить ему жизни.

Он старался выглядеть как можно более искренним, но маленькие глазки, большой рот и щетина делали его вид откровенно отталкивающим, поэтому он сдался и с досадой сказал: — Если честно, я и сам не знаю, как это вышло. Они вроде не питают ко мне вражды, я чувствую их присутствие. А конкретно… я, мужик простой, толком объяснить не могу. Честно, брат, ни капли не вру.

Чжао Баочжу был намного старше Чу Юньшэна, но ради его доверия он был готов принизить себя и свой возраст.

Чу Юньшэн задумался, не зная, врёт тот или нет. Но даже если и привирает, то не сильно. С того момента, как он увидел, как жуки сцепились у входа, он почувствовал что-то странное. Это было похоже не на контроль, а скорее на духовный резонанс между жуками и Чжао Баочжу.

Это напомнило ему кое-что из прошлого, и он пробормотал себе под нос: — Неужели он человек, не содержащий чужеродной ци?

Он снова посмотрел на заросшего щетиной Чжао Баочжу и невольно подумал, что это довольно нелепо. За всю свою жизнь Чу Юньшэн встречал только двух людей без чужеродной ци: одну в Хуаншане, другую на уединённом острове за морем. Обе были женщинами, чистыми и опрятными. Будь то спокойная девушка из Хуаншаня или страстная с острова, обе производили впечатление чистоты и свежести. А этот тип… его внешность даже близко не стояла, оставляла желать лучшего.

Чжао Баочжу, видимо, испугался его взгляда, решив, что Чу Юньшэн ему всё ещё не верит, и поспешно добавил: — Я не понимаю, что они говорят, но каждый раз, когда мне грозит опасность, я выпускаю это чувство наружу. Если они поблизости, то приходят посмотреть. Кто ж знал, что на этот раз нагрянут сразу два отряда Красных панцирных жуков и сцепятся с ними, как враги? У меня, брат, и выхода не было. Иначе разве смог бы тот парень Ван Ицзянь меня остановить, если бы я захотел рвануть вместе с ними?

Чу Юньшэн хмыкнул. Тот факт, что Чжао Баочжу действительно не мог контролировать поведение жуков, можно было подтвердить. Иначе, появись он, обе стороны не были бы так взбудоражены. С этим делом нужно было разбираться дальше, сразу не разобраться. Если через него действительно можно будет наладить какой-то контакт с жуками, это будет неожиданной удачей. Пока не появился клан Минь, сколько бы ни было Чёрных панцирных Красных жуков, он не мог ими командовать и сформировать эффективную боевую силу.

Как и только что: те шесть выживших Чёрных панцирных Красных жуков, если бы он не «запугивал» их и не удерживал, они бы, похоже, были готовы следовать за ним до самой смерти.

Отложив пока это дело в сторону, Чу Юньшэн, ведя машину, спросил: — Ты вспомнил, кто я?

Увидев, что Чу Юньшэн больше не допытывается о первом вопросе, Чжао Баочжу с облегчением вздохнул и горько усмехнулся: — Как же не вспомнить? Тогда ты в лесочке у университетского городка испортил моё…

Он хотел сказать «испортил моё дело», которое долго помнил и не мог забыть, поэтому и вырвалось само собой. Но на полуслове он понял, что ляпнул не то, и быстро поправился, затараторив: — Это… вы поступили благородно, спасли ту девушку, потом прославились в университетском городке. Как же не помнить?

Чу Юньшэн сказал: — Ты эту обиду запомнил крепко.

Чжао Баочжу замахал руками: — Не смею, не смею, брат. Я человек пропащий, но тех, кто круче меня, я только уважаю, стремлюсь к такой силе. Ненависти не питаю. А если и ненавижу, то только то, что дело тогда не выгорело…

Чу Юньшэн опешил. Чжао Баочжу и правда был «чистым» пропащим человеком. Мало того, что он просто поклонялся грубой силе, так ещё и ненавидел то, что дело не вышло, считая злодеяние должным и правильным, в глубине души не видя в этом ничего плохого. Раз так, то приготовленные слова пришлось отбросить, и он сказал иначе: — Ладно, мне всё равно, пропащий ты человек или нет. С этого момента ты будешь работать на меня. Я не ваш глава культа, но если увижу какую-нибудь гнусность и разврат, лучше тебе этого не допускать.

Чжао Баочжу закивал: — Не будет, больше не будет.

Что он говорил на словах, а что думал в душе, Чу Юньшэну было неведомо. Они скоро должны были добраться до Призрачного небоскрёба, поэтому он не хотел продолжать эту тему. Коротко расспросив, как у него вышла ссора с Ван Ицзянем, он узнал, что этот большой придурок никак не мог забыть ту несостоявшуюся ночку в лесочке. Пробудившись и почувствовав в себе силу, он по очереди совратил нескольких девушек, обнаглел и втайне планировал добраться до Лу Бинъянь, которая тогда ускользнула. Вот только парень Ван Ицзянь тоже оказался пробуждённым, собрал шайку студентов и постоянно ему мешал, так что у него ничего не выходило.

Он был настойчив. Чтобы справиться с Ван Ицзянем, он сначала вступил в близкий ему по духу Призрачный культ, а затем терпеливо залёг на дно возле временного поселения студентов университетского городка, «упорно» дожидаясь шанса. Оборона у Вана и его компании была крепка, и подобраться было трудно. Но кто ж знал, что сегодня в поселении внезапно откроется пространственный портал, откуда хлынут Мясные шары. Воспользовавшись суматохой и паникой среди студентов, он улучил момент, когда Ван и его люди бросились уничтожать шары, и внезапно напал, похитив свою вожделенную «цель». Но не успел он свершить «доброе дело», как его заметили… Дальнейшее Чу Юньшэн уже знал.

Когда он вкратце закончил рассказ, они уже подъехали к Призрачному небоскрёбу — бывшей пятизвёздочной гостинице, которую вскоре после наступления Тьмы захватил Лао Ю.

Отряд пробуждённых, поддерживавший Чжао Баочжу, Чу Юньшэн под угрозой Красных панцирных жуков оставил в студенческом поселении. Те несколько человек, что сбежали через заднее окно, знали о нём мало, и даже вернувшись с докладом, не смогли бы рассказать толком.

Чу Юньшэн хотел посмотреть, что же этот Лао Ю задумал!

Изначально это не входило в его ближайшие срочные планы, но обстоятельства сложились так, что он не мог не приехать. Иначе Лао Ю мог стать одним из главных препятствий.

Обычные люди при одном его имени цепенели от страха, пробуждённые боялись его как огня. Он явно стал супер-заправилой в городе, сколотив немалую силу, и всё было далеко не так просто, как рассказывал коллега Юй Цзяня.

Выйдя из машины, Чу Юньшэн поднял глаза и увидел висящую над входом вывеску с крупными золотыми иероглифами — «Призрачный культ». Чёрный фон, золотые буквы — внушительно.

У входа стоял ряд здоровяков в синих одеждах, все как на подбор бодрые, с гордым блеском в глазах. Простые люди, входя и выходя, обращались к ним с почтением, не смея и пикнуть.

— Господин Чу, мы правда войдём?

— Чжао Баочжу уже сменил обращение, но всю дорогу был на взводе, а здесь и вовсе струхнул не на шутку. Чу Юньшэн собрался в одиночку ворваться в штаб-квартиру Призрачного культа!? Если что-то пойдёт не так, он тут и голову сложит!

Впрочем, он тоже был парень не промах: хоть и боялся, но держался спокойно.