Глава 817

Глава 818. Падение семи звёзд

В туманном, брызжущем дождём мареве Чу Юньшэн молча ушёл прочь. Его одинокая фигура удалялась всё дальше и дальше, пока наконец не исчезла в размытой дымке.

******

Катер всё так же рассекал волны, набирая скорость, но внутри и снаружи кают царила полная тишина.

С тех пор как Чу Юньшэн вернулся, на всём судне воцарилась гнетущая атмосфера. Никто больше не осмеливался пить за барной стойкой на камбузе, никто не смел громко шуметь и веселиться.

Фантасмагорическое появление Хранителя, явившегося словно божество, потрясло всех — особенно таких простых людей, как Вэнь Ло. Если само существование вампиров уже было за гранью их воображения, то явление Хранителя в образе «Бога-Отца» окончательно сокрушило последнюю хрупкую ниточку их рассудка.

Теперь больше всего они, как и все остальные вампиры, думали и гадали об одном: какое место занимает их Бессмертный Король среди всех этих богов?

Они своими глазами видели, что Чу Юньшэн не вставал на колени, не проявлял страха. Более того, между ними, казалось, происходило общение на равных. Хотя они не понимали, о чём именно шла речь, это можно было заметить по выражению лица Чу Юньшэна и по поведению собеседника.

Хотя им очень хотелось это знать — ведь это касалось их будущего и судьбы: положение Короля напрямую определяло их собственное положение, — в конце концов, никто не осмелился спросить. Поэтому с возвращения Чу Юньшэна на всём судне было тяжело и душно, голоса звучали намного тише.

Бутни, отправив остальных, вызвала Айсиэр на камбуз для личного разговора.

Строго говоря, согласно распоряжениям Чу Юньшэна, она не имела власти над Айсиэр. Но на деле все, кто перешёл на их сторону, нарушив клятву крови, включая Айсиэр, постоянно чувствовали себя ниже других перед Бутни и остальными.

Они почти без сопротивления принимали насмешки, колкости и скрытое отторжение со стороны вампиров, хранивших клятву, а также безропотно сносили их «надзор» и «допросы» при любых подозрениях.

Можно сказать, что с возвращения Короля вампиры, сохранившие верность клятве, стали гражданами первого сорта, а они — второго. Это было навязано не кем-то и даже не было желанием хранивших клятву — это был лишь их собственный способ жалкого выживания, а также тяжёлая тень в душе.

С Чу Юньшэном это тоже было мало связано. Как бы он ни приближал к себе Айсиэр, временно изменить этот факт было нельзя.

Как и сейчас: Бутни просто хотела узнать, что на самом деле произошло за той дверью, а Айсиэр держалась так, будто совершила какую-то ошибку, скованно и напряжённо.

Она села за овальный чёрный стол из цельного дерева и без утайки, в мельчайших подробностях рассказала Бутни о тогдашней ситуации, не скрыв даже самую постыдную часть.

Сопоставив это с более ранним «переводом» Вэнь Ло, Бутни примерно поняла всю подноготную этого дела. Втайне вздохнув с облегчением от того, что Айсиэр не добилась успеха, она в то же время прониклась небольшой жалостью к её неловкому и жалкому положению.

Слушая ночной дождь за бортом, Бутни подошла к окну. Её зелёные глаза мерцали туманным светом. Слегка нахмурив брови, она зажгла тонкую сигарету. Синеватый дымок легко выскользнул из её чувственных алых губ, ударился в прозрачное стекло и превратился в лёгкую дымку.

В ушах у неё всё ещё звучало, как Чу Юньшэн, разрывая сердце, выкрикивал то имя. Перед глазами всплыло его опустошённое, ошеломлённое выражение, полное разочарования, а после возвращения — та лёгкая печаль в складках меж бровей…

«Мой Король, какая же история скрывается за вашей спиной…»

……

На следующий день, в полдень, катер наконец миновал Аризону и вошёл в Калифорнию, на западное побережье США.