Глава 825

Глава 826: Игра

Чу Юньшэн, казалось, погрузился в глубокие раздумья и лишь спустя мгновение уклончиво произнёс: «А мне почему-то кажется, что ты меня обманываешь?»

Теневая фигура, видимо, томилась в заточении слишком, слишком долго. Наконец-то получив шанс снова увидеть белый свет, она, пренебрегая своим высоким положением, которое так ценила, поклялась: «Если я тебя обману, пусть меня запечатают ещё на тридцать тысяч лет!»

«Год году рознь — разные астрономические системы, разные годы. У нас с тобой разные единицы времени». Клятвы и божбы — верить в них по-настоящему может лишь глупец. Это просто слова, которые пропускают мимо ушей. Чу Юньшэн не принял их всерьёз и ответил столь же небрежно.

Теневая фигура, возможно, и сама понимала, что её слова неубедительны, и с неприкрытой беспомощностью произнесла: «Если ты не веришь, я ничего не могу поделать. Разница в уровне между нами слишком велика; даже если бы я захотела дать тебе возможность меня сдерживать, твоё царство этого не позволит. Однако, как только духовная печать будет открыта, ты сможешь выйти первым, а я — следом. Так тебе не придётся беспокоиться, что я устрою какую-нибудь пакость в те короткие мгновения снаружи».

Чу Юньшэн по-прежнему уклонялся от ответа, но внезапно сменил тему: «На ком ты собираешься поставить козла отпущения?»

Уловила ли теневая фигура подтекст этих слов, Чу Юньшэн не знал, но вскоре она ответила: «Я всё это время находилась в спячке. Когда эта духовная печать полностью замкнулась, она вступила в конфликт с моим духом, что и разбудило меня. В мгновение пробуждения, то есть в последний миг перед полным смыканием печати, я почувствовала вокруг тебя множество жизней. Ни одна низшая жизнь не ускользнёт от чувств духа. Ты и сам это поймёшь в будущем».

Чу Юньшэн сказал: «А если я не соглашусь? Мне не нравится убивать без разбора. Для тебя они — низшие существа, но для меня — мои сородичи».

«Я знаю, — принялась уговаривать его теневая фигура.

— Но ведь и ты убивал, не так ли? С твоим нынешним царством, мне даже думать не нужно — я знаю, что ты убил великое множество людей. К чему переживать об одном? К тому же, мне лишь нужно немного позаимствовать его нульмерность, запечатать его. Если в будущем тебе станет его жаль, когда ты полностью овладеешь этой духовной печатью, сможешь его освободить. И его тело ведь останется мне на потребу, так что он не умрёт».

Чу Юньшэн помолчал и произнёс: «Хоть в твоих словах и есть доля истины, я всё равно чувствую, что тебе нельзя верить».

Теневая фигура вздохнула: «Ты слишком подозрителен. Я лишь проникну совсем немного. С твоими способностями чёрного вихря я ни за что не смогу ворваться в твоё нульмерное пространство».

Чу Юньшэн ответил: «В этом я уверен. Даже если я впущу тебя ещё немного, вихрь сможет тебя зажать. А если и не зажмёт, у меня есть другие средства тебя уничтожить».

Осколки частиц, чистая чёрная ци и прорыв Первого Предела — всё это было неизвестно теневой фигуре, и Чу Юньшэн, естественно, не собирался ей об этом рассказывать.

Теневая фигура с горечью произнесла: «Я верю, что ты сможешь. Так чего же ты ещё опасаешься? Я заточена бессчётные годы. Чем изматывать тебя и рисковать, сражаясь с тобой не на жизнь, а на смерть, лучше уж выйти наружу и взглянуть — пусть даже один раз. Тогда, даже умерев, я не буду знать сожалений. Не смейся надо мной, но я уже почти не помню собственного облика. В этом проклятом месте нет пространства, лишь пустота. Дай мне увидеть хотя бы одну вашу человеческую собаку — настоящую, живую собаку, с цветом, звуком и формой. Дай мне погладить её шерсть, услышать её лай, ощутить чувство существования — я, чёрт возьми, готов отдать жизнь в обмен!»

Чу Юньшэн молчал.

Теневая фигура, опасаясь, что он не согласится, с тревогой взмолилась: «Так согласен ты или нет?»

Чу Юньшэн продолжал молчать.

Теневая фигура уныло произнесла: «Если ты действительно не желаешь, я уйду в спячку. Противостояние с твоей вихревой способностью сильно истощает мой дух».

Чу Юньшэн снова задумался и наконец сказал: «Когда клетка откроется, я должен идти первым».

Услышав это, теневая фигура на мгновение остолбенела, затем поспешно заговорила: «Непременно, разумеется! Если не веришь, можешь удерживать меня вихрем».

Чу Юньшэн слегка ослабил напор чёрной ци, уменьшая силу вращения вихря, и спокойно произнёс: «Теперь ты можешь проникнуть немного внутрь и рассказать мне, как перевернуть печать».

Теневая фигура затараторила: «Хорошо, хорошо, чёрт возьми, как же хорошо! Наконец-то можно выбраться! Наконец-то можно покинуть это проклятое место!»

……

Время шло капля за каплей. Чу Юньшэн и теневая фигура находились в крайнем напряжении, следя друг за другом. Наконец клетка, медленно вращаясь, приоткрыла угол!