Глава 851

Глава 852. Зная, что летишь на огонь, невозможно остановить отвагу

Чу Юньшэн наконец понял, откуда у индийского офицера взялась такая уверенность. Раньше он думал, что тот не в своём уме, а оказалось — тот чувствовал себя безнаказанным.

Что ж, тогда он будет бить, пока они не придут смиренно договариваться!

Чу Юньшэн, конечно, подумывал объяснить, кем приходятся ему те Ночные всадники, но, взглянув на обстановку, понял: говорить бесполезно. Если и говорить, то только после драки — тогда и убедительности больше.

Раз уж дело дошло до рукопашной, Чу Юньшэн не собирался давать никому шанса на контратаку.

Пока индийский офицер всё ещё самоуверенно смотрел на Чу Юньшэна, тот без малейшего предупреждения перемахнул через стоявшего сбоку переводчика в белом, и в тот же миг его тело охватило пламя.

Лицо индийского офицера резко изменилось — он никак не ожидал, что Чу Юньшэн осмелится напасть. Он потянулся к пистолету на поясе, но железный прут, струящийся огнём, уже рассекал воздух прямо над его головой.

Бах!

Индийский офицер лишь почувствовал жар на лбу, а солдаты вокруг увидели лишь искажённое пламя. Но ближе всех стоявший переводчик широко раскрыл глаза — только он разглядел, как полковник Джаред, представитель генерала, превратился в пепел под ударом железного прута.

Взвизгнув, переводчик рухнул на землю, его ноги подкосились, и он в панике пополз прочь, к солдатам позади.

Бах! Бах-бах!

Несколько опомнившихся телохранителей инстинктивно открыли огонь по Чу Юньшэну.

Пули летели негусто, стреляло немного — большинство ещё не поняло, что произошло.

Но звуки выстрелов отрезвляли. В следующее мгновение вся площадь пришла в хаос: кто-то бросился бежать, кто-то присел на месте, кто-то громко закричал.

Однако Чу Юньшэн исчез из поля зрения всех присутствующих. Множество солдат вскинули винтовки, не зная, куда стрелять.

— Наверху!

Кто-то закричал, указывая дрожащей рукой в небо, с выражением ужаса, будто увидел привидение.

Десятки солдат, гремя снаряжением, вскинули стволы вверх, выцеливая цель и готовясь открыть огонь.

Убийство полковника Джареда стало уже пятым смертельным случаем. Ситуация обострилась до предела, и военные были в ярости. Возможно, перед тысячами свиноголовых они были бессильны, но перед одним человеком с особыми способностями армия, в отличие от гражданских, не так уж и боялась.

Десятки, сотни людей с оружием — даже одного свиноголового или Ночного всадника превратят в решето, верно?

— Огонь!

Командир роты без колебаний отдал приказ.

В ночном небе клубилось лишь облако огненного тумана, которое быстро опадало. При такой скорости попасть в него было почти невозможно, но командиру было уже не до того — сотни пуль, сходящиеся в одной точке в воздухе, хоть несколько да попадут!

Первая пуля со свистом вылетела из ствола!

Следом за ней, плотной стеной, устремился рой пуль.

Пули, которые должны были нестись с бешеной скоростью, оставляя в воздухе раскалённые следы, на полпути вдруг замерли, зависнув в воздухе с низкочастотной вибрацией, с шипящим воем, не в силах продвинуться ни на дюйм.

Как пули могли остановиться?

Время не останавливалось! В чём дело?

Магия или у него в глазах помутилось? Даже у свиноголовых и Ночных всадников не было такой невероятной силы!

Жуткая картина заставила сердца солдат содрогнуться от страха. И чтобы побороть этот страх, они начали стрелять как безумные, пока не опустошили магазины!

Всё больше пуль с воем вылетало из стволов, с шипением врезаясь в застывшую вибрирующую массу впереди, словно подкрепление, заполняя каждую щель. Но все они, без исключения, останавливались, будто выстроившись в боевую линию многотысячной армии, где ржали кони и гремели барабаны, но которая могла лишь стоять друг против друга на поле брани.

Только первая пуля, одинокая, билась впереди плотного роя, словно отважный герой, встретивший лицом к лицу чудовищное давление врага.