34

В доме, построенном из столетних камней, было не топлено. Хозяин оставил ключи под гранитным вазоном, как в те времена, когда Виолетта приезжала сюда на каникулы. Это была переоборудованная под квартиру одноэтажная постройка со старыми ставнями, исхлестанными суровыми западными дождями, и десятком комнат. Чарующее место, откуда можно было любоваться протянувшимися внизу изрезанными берегами.

Дрожа под одеялом, Лиза растирала голень, стараясь унять боль. Виолетта вооружилась несколькими листами бумаги и маркером, которые вынула из рюкзака.

– Мне сейчас придется кое-что записать и развесить по стенам, многие вещи, наверное, покажутся вам странными, но… если я этого не сделаю, я могу…

– Свихнуться, озвереть, сорваться? – Лиза указала пальцем на свой лоб. – Или отлупить меня дубиной по голове до полусмерти?

Виолетта подошла и осторожно прикоснулась ко шву над бровью.

– Ой, только не говорите мне, что…

– Да-да, именно вы. Но все в порядке, не беспокойтесь.

У Виолетты были теплые и по-детски нежные пальцы. Она склонилась к Лизе, так что ее губы оказались совсем близко.

– Вы уверены?

– Не волнуйтесь…

Слегка смущенная, Лиза незаметно отклонилась и спросила:

– А теперь вы уже можете объяснить мне, почему мы здесь?

– Две минуты. Две минуты, хорошо?

Записав на листках рассказ о прошедших часах и указав повсюду, что Лиза сопровождает ее, чтобы помогать, Виолетта достала из бара в форме бочонка бутылку мартини, провела маркером черту, чтобы отметить уровень жидкости, и налила в два стакана.

– А черта для чего? – поинтересовалась Лиза.

– А вы как думаете?

– Чтобы не опустошить бутылку, не отдавая себе в этом отчета?

– Ну да, вот во что я превратилась…

– Не важно, вы отлично справляетесь. В одиночку приехать из Базеля и так далеко продвинуться в расследовании без посторонней помощи… Должна согласиться, что доктор Ванденбюш отличный преподаватель, а вы его лучшая ученица.

– Вы его знаете?

– Да, немного.

Виолетта бросила на палас несколько красных кнопок, которые еще держала в своей раненой руке.

– Он наблюдает меня уже, наверное, два года, а я даже не знаю, как он выглядит. У меня в голове иногда звучит его голос. Мне кажется, ему около пятидесяти, седеющий, коренастый. Но очень опрятный и элегантный. Я ошибаюсь?

– Нет, у вас верное чутье. Как я успела заметить.

Виолетта протянула Лизе стакан и устроилась на диване.

– Вы очень миловидная девушка, Лиза. Немного… как бы сказать… строгая по манере одеваться и вести себя, но очень симпатичная.

– Я… Как ответить? Благодарю вас…

Чувствуя неловкость, она сменила тему разговора:

– Что мы тут делаем, в бретонской глуши?

Девушка в десятый раз за вечер перечитала сведения, записанные в органайзере.

– Я вам еще не сказала?

– Нет?

– Вообще ничего?

– Вообще ничего. Возможно, из страха, что… я продолжу без вас. Но я вас не оставлю. Я обещала… Вы помните?

Виолетта встала и взяла карту автомобильных дорог:

– Вернемся к нашим баранам. До моего… несчастного случая я долгими ночами разглядывала карты автомобильных дорог. Я пыталась угадать логические ходы Профессора. Как он выбирает свои жертвы? По каким критериям? Не по социопрофессиональным, они были очень разными. И не по физическим, потому что он срывал зло на мужчинах, женщинах, молодых и не очень, не важно. Тогда я задумалась: почему его жертвы так удалены одна от другой? Зачем доставлять себе столько хлопот, когда достаточно нападать на людей в одном департаменте или одном регионе?

– Чтобы никто не мог уяснить его привычки, его окружение. Это странник. Возможно, населенные пункты он выбирает случайно, как некоторые американские серийные убийцы, свирепствующие во многих штатах. Никаких подозрений.

Виолетта решительно покачала головой:

– Нет! В истории Профессора, с его жестоким сознанием, случайности нет места. Вспомните о спирали, о разработке сцены преступления с применением самых строгих математических законов. Мы с… Тюреном ни разу не смогли найти связи между этими людьми, тогда я попыталась понять, нет ли ее между местами, которые выбирает убийца. Нечто из области географии.

Виолетта указательным пальцем нарисовала в воздухе треугольник:

– Помните равносторонний треугольник между Эмом, Роэ и Ремом? Совершенная геометрическая фигура, новый знак его мастерства. Тогда мы потерпели неудачу. Если взглянуть на города, где были совершены шесть первых убийств, их расположение кажется совершенно случайным, они ничем не связаны между собой. Ни пятиконечной звезды, ни квадрата, ни какой-нибудь каббалистической фигуры…

Лиза отхлебнула мартини.

– Действительно… Кажется, просто точки на карте.

– Я так думала до тех пор, пока не обнаружила кресты на спирали Бернулли. Семь штук.

– Вы думаете, что… Они символизируют города семи убийств?

– И да и нет…

Виолетта приходила все в большее возбуждение:

– Первые шесть крестов действительно означают города, где произошли шесть первых убийств. Но Роэ не относится к спирали. Он находится вне ее.

Она залпом осушила свой стакан, развернула на полу карту и по-турецки уселась перед ней. Лиза последовала ее примеру.

– Смотрите, смотрите! У меня что-то щелкнуло, когда я стояла перед спиралью Бернулли. Помните: «Eadem mutata resurgo» – «Изменяясь, я вновь воскресаю, подобная себе». Достаточно… достаточно было только воспроизвести эту спираль на карте Франции и увеличивать ее, точно сохраняя форму, пока… кривая не пройдет через города, где были совершены убийства! Кресты идеально совпадают! Посмотрите! – Ее большие зелёные глаза заблестели. – Ключом к разгадке оказался Бернулли! Без него невозможно было бы обнаружить связь между этими местами!

Лиза внимательно рассматривала нарисованную на карте спираль, которая проходила через серые точки населенных пунктов. Ее палец следовал по кривой до седьмого, и последнего креста, затерянного в море, здесь, в Бретани. Она покрывала светлые пятнышки, изображающие острова.

Но Роэ находился вообще вне этой фигуры, выше, на севере. Почему?

Виолетта снова плеснула себе мартини и наполнила стакан Лизы. Она уже начинала ощущать действие алкоголя. Внимательно посмотрев в глаза собеседнице, она слегка приподняла свитер и рубашку.

– «Отправляйся к Глупцам, неподалеку от Монахов». Помнишь, Лиза?

Молодая служащая полиции удивилась, что Виолетта внезапно перешла с ней на «ты». Как долго это будет продолжаться? Несколько минут? Или секунд? Когда она снова станет с ней на «вы»? Достаточно малейшего отвлечения, объяснял Вольцев, удара грома, падения какого-нибудь предмета, крика – и возникшее затруднение исчезнет. И между ними не останется никаких чувств, ничего, не связанного с холодным расследованием. И ужас девушки, обнаружившей себя наедине с незнакомкой.

– Лиза?