Глава 19
— Все вы в той или иной форме задолжали мне, и чем вы мне отплатили? Уничтожив единственные воспоминания о моих родителях и крёстном отце. Разорвав мою душу в клочья своими ненавистными, обидными словами. Даже не потрудившись узнать, что произошло на самом деле. — Его взгляд обежал всю группу. — Я думал, что вы, как никто другой, знаете, что я не мог совершить того, в чём меня обвиняют, но нет, вы ничем не лучше остальных лицемерных волшебников. Я думал, что все вы, зная, как подставили Хагрида и Сириуса, найдёте время, чтобы узнать правду, а не будете верить тому, что вам говорят, как маленькие дети, которых нужно вести за руку. Но нет, что вы делаете? Вы следуете за линией партии, вместо того чтобы потрудиться подумать самим. Почему никто в мире волшебников не умеет думать и рассуждать?
Он уставился на Грейнджер, когда она открыла рот, чтобы что-то сказать.
— Не надо говорить мне, что вы можете думать и рассуждать, потому что мы оба знаем, что это не так, Грейнджер. Если бы ты пользовалась мозгами, которые тебе дали в сентябре, то вспомнила бы, что в мире волшебников есть такая замечательная штука, как Веритасерум, и что она заставляет людей говорить правду. Почему вы не потрудились спросить, почему мне не дали его на суде? Никто из вас даже не заикнулся о том, почему мне его не дали. Как и весь остальной волшебный мир, вы предпочитали считать меня виновным. Кто-то нашёл меня над телом, значит, я должен быть виновен. Для мира волшебников гораздо лучше, когда правосудие свершается быстро, и неважно, что человек, которого приговорили к аду, не был виновен. У нас быстрое правосудие, и это компенсирует тот факт, что правду втаптывают в землю, а виновный выходит на свободу, чтобы снова убивать.
Его глаза впились в глаза миссис Уизли, когда он прокомментировал это:
— Интересно, скольких людей ваш сын замучил и убил, мадам, помимо Невилла и меня?
— Невилла и меня, — машинально поправила Гермиона, заслужив ещё один взгляд Гарри.
Он вернул своё внимание к миссис Уизли.
— Интересно, сколько крови на руках вашей семьи, Грейнджер, Дамблдора и его Ордена, потому что вы все не удосужились высказаться и заставить Фаджа использовать все имеющиеся в распоряжении волшебников средства для выяснения истины? Я знаю, что Волан-де-Морт был очень занят в то время, когда я находился в Азкабане. Я видел все действия Пожирателей, пока был заперт, через свои видения. Скольких из них убил Перси? Сколько человеческих жизней можно было бы спасти, если бы вы просто заговорили и попросили дать мне Веритасерум, чтобы подтвердить или опровергнуть мою вину? Или если бы Министерство просто выполнило свою работу должным образом?
Наступила пауза, и они увидели, как он вновь обрёл контроль над своими эмоциями и отпрянул от магии, которая начала кружиться вокруг них.
— Знаете, я действительно не хочу больше ничего слышать из того, что вы хотите сказать. Уходите сейчас же, пока я не сделал то, о чём потом не буду жалеть.
***