Глава 13, часть 3.

Грир, хоть и «пересмотрел условия сделки», но свою часть старался выполнить. Контрабандист, поинтересовавшись именем Тифании, внимательно её осмотрел. Любой другой мужчина, так пристально пялившийся на её сестру, вывел бы Матильду из себя, — но взгляд Грира был лишён похоти, методичный и отстранённый. Она затаила дыхание. Грир не был идиотом — идиот бы не выжил с его биографией, и сейчас у него были основания напрячь всю свою проницательность.

— Значит, вы работаете с фейри? — Он медленно отвёл взгляд от Тифании и ненадолго задержал его на Шиори, прежде чем, наконец, вернутья к Матильде. — Что же, отлично. — Внезапно мужчина переменился, став спокойным и вежливым, без следа прежнего злого напряжения. — Приношу свои извинения, месье Фуке.

Матильда поджала губы. Она предпочла бы выбить ему зубы, чем принимать извинения. Но — вежливость.

— Взаимно, месье Грир. Возможно, я поспешил…

— Это была ваша обязанность по договору. Я уверен, что вы чувствуете себя обязанным объясниться… — Контрабандист передал свой арбалет горообразному амбалу, стоявшему рядом с ним. — Почему бы вам и вашим… партнёрам не пройти со мной? Я смогу всё объяснить.

Матильда быстро оценила сложившуюся ситуацию. Ей очень не хотелось признавать, что их спасла сообразительность Шиори, воспользовавшегося той самой схожестью, благодаря которой воровка надеялась спрятать свою сестру в Тристейне. Альбион был в состоянии войны с фейри, все слышали о фейри, все говорили о фейри — но кто видел эльфов на памяти живущих?

Итак, сможет ли Тифания выдержать этот неожиданный экзамен? Смогут ли Селена и Салем успокоить детей? И не запутаются ли они все в этой отчаянной импровизации? Она могла только надеяться. Матильда коротко кивнула головой.

— А дети?..

— Я присмотрю за ними, месье Фуке, — сказала Селена прежде, чем Тифания успела открыть рот. — Они — моя ответственность.

— Да. — Матильда впилась глазами в точку чуть выше переносицы фейри. — Да, это так. Месье Грир?

Барыга указал на лестничный пролёт вдоль дальней стены, который вёл в нависающий кабинет. Вероятно, оттуда начальство наблюдало за работой, когда на этом старом, обветшалом складе хранились запасы городских стеклодувов.

— Прошу сюда. Томас, Далила, устройте детей и их опекуншу… куда-нибудь. Остальные — возвращайтесь к работе. А если кто решит настучать… Вы все помните Кингстон.

Да… Матильда видела это в их глазах. Все они действительно помнили Кингстон-на-Халле и подвешенных над пропастью ещё живых людей.

Грир провёл их в свой кабинет, Матильда, Шиори и Тифания терпеливо стояли, пока он запирал дверь и засовывал ключ обратно в мешочек на поясе, по которому он постоянно похлопывал, — возможно, единственный признак нервозности. Этот малозаметный жест говорил о многом — больше, чем схватка, которая чуть не случилась на складе.

Матильда не спешила, давая Гриру время прийти в себя. Скупщик использовал его, чтобы пройти по скрипучему полу комнаты и открыть шкаф — судя по всему, заполненный старыми запасами со склада… Или нет? За дверцами обнаружился небольшой бар.

— Могу я предложить вам что-нибудь выпить, месье, мадемуазель? — Матильда покачала головой, выражая общее мнение. На что Грир, взяв бутылку с нижней полки, плеснул в стакан на два пальца и снова повернулся к троице. Пока он стоял спиной — воровка успела отправить Тифании взгляд, отчаянно пытаясь передать ей одно слово — «Молчи!». — Ну, если не хотите, то, может быть, присядете? Пожалуйста.

Снова от лица всех троих Матильда приняла предложение, и Грир подождал, пока они устроятся поудобнее на потёртых кожаных диванчиках.

— Я действительно искренне извиняюсь, — снова произнёс он. — В любое другое время я бы не посмел отказаться ни от одной части своего слова…

— Но сейчас не «другое время»?

Грир на мгновение замер, приоткрыв рот.

— Нет. — Он сделал аккуратный глоток, а затем взболтал остаток. — В Кингстоне мы заключили сделку, которую я мог себе позволить… Так я думал. Я не ожидал того, что произошло потом — и не говорите, что вы не слышали.

— Вы имеете в виду наёмников на грифонах? — Шиори осторожно наклонился вперёд, поморщившись от боли и волнения.

— Святые небеса! Грифоны — это всё, на что вы наткнулись? — Брови Грира поползли вверх. — Считайте, что вам повезло, что вы проскочили по просёлкам. — Сделав ещё один глоток, он тоже сел. — На трактах ещё хуже.

— Но раньше вы были уверены… — медленно произнесла Матильда. — Что изменилось сейчас?

— Всё началось, когда генерал Барнард прибыл на Север из столицы. Усилили стражу, ещё и ещё. Ходят слухи, что он твёрдо намерен отомстить за своего брата, убив всех фейри до единого, начиная с тех, кто скрывается на Альбионе.

Глаза Шиори расширились, а затем снова сузились. Не было никаких сомнений в том, что только что промелькнуло в голове фейри. Что же, может рискнуть — но только после того, как их пути разойдутся.

— Сначала было нападение в Кингстоне. Затем я узнаю о другом нападении в Саксен-Готе — и вскоре после этого вы прибываете с той стороны. Мне платят за риск, месье Фуке — и иногда этот риск не окупается.

— Иногда, — согласилась Матильда. Она отказалась не от одной «работы» по этой причине.

— К счастью, теперь у меня есть определённая уверенность, что этого не произойдёт.

— О? — спросила Матильда. — Похоже, здесь нечто большее. Не поделитесь?

Если Грир не считал работу с фейри слишком большим риском для полученной награды… Или на принятое им решение повлияло ещё что-то?

— Мир и небесные сферы продолжают вращаться, континент шатается — а я занимаюсь своими делами. Больше я не имею права говорить.

Ещё один глоток. Впрочем, было также очевидно, что с его впечатляющим телосложением такая порция не способна развязать его язык. Так что это вовсе не небрежность… Предупреждение? Попытка их успокоить? Или он выуживал информацию? ДА. Вот почему он спросил тогда, в Кингстоне…

Он уже имел дело с фейри.

Или, вероятно, не только с фейри. Скорее всего — это были фейри, работающие совместно с агентами Тристейна. Гриру было не по пути с Реконкистой — он был бы счастлив помочь их врагам… за соответствующее вознаграждение.

— Очень хорошо… — начала было Матильда, но её перебили:

— Что может быть хуже грифонов? — Фейри недовольно пощупал свой бок, в человеческом облике гнусавый кайтский акцент превратился в низкий хрипловатый баритон. Грир приоткрыл рот: — И не говорите мне, что «не имеете права сказать».

Впервые за всё время Грир поставил стакан на стол и сплёл пальцы на животе.

— Месье… Гэвин… правильно? — Фейри медленно кивнул. Грир наклонил голову в ответ: — Мне просто интересно, каковы вы под этой маской.

— Это вас не касается.

Голос Шиори был нейтральным — но глаза горели нетерпением. Впервые Матильда задумалась о его (или её?) навыках. Он мог импровизировать, мог лгать — но всё ещё был новичком. Никакого контроля над языком тела. Волнение бросалось в глаза, каждый мускул в его теле напрягся, как пружинная сталь, — не слишком полезно для свежих ран.

Выражение лица скупщика краденого стало гораздо менее насмешливым:

— Если бы вы отправились сегодня в Кингстон — или даже в Саксен-Готу — то вам пришлось бы скрывать не только облик.

— Я и раньше имел дело с собаками, — фыркнул фейри.

— Это хуже, чем собаки, — сказал Грир. — Гоблины.

Матильда сморщила нос.

— Это плохо.

— О да, собак, по крайней мере, можно приучить не гадить в доме.

В голосе Грира прозвучала нотка отвращения к диким тварям. Гоблины были вредителями континента, как и орки, выносливые, жестокие — и по скорости размножения уступали разве что кроликам. Что ещё более важно — они владели первобытной магией и превосходным обонянием. И вот последнее уже вызывало беспокойство.

— Я не понимаю… — Воровка прикусила губу. — Как Кромвелю удалось завербовать так много… всякого?

В общем-то не было ничего неслыханного в том, чтобы иметь дело с племенами гоблинов. На самом деле Матильда и сама как-то раз… К своему большому сожалению. Их вождей часто можно было подкупить, как и человеческих бандитов, — и с теми же рисками. Именно эта первобытная непредсказуемость делала их далёкими от идеала наёмников.

— Странные рекруты для армии лорда Кромвеля, — согласился Грир. — Однако у них есть просто сверхъестественный дар вынюхивать… всякое.

Шиори бросил взгляд на Матильду — которая быстро рассказала про гоблинов и их таланты. Кто знает — может быть, фейри пахнут иначе, чем люди? И может ли этот запах остаться и после смены формы? Кайт ши выслушал с недовольным лицом и покачал головой:

— Паршиво. Но чем это хуже грифонов?

— Грифоны — всего лишь наёмные кавалеристы… — Грир снова взял свой стакан, взболтал остатки и осушил одним глотком. — Скажите, месье Фуке, за свою карьеру вы когда-нибудь видели «Волдрайдеров»?[1]

Одно слово, которого было достаточно, чтобы у Матильды кровь застыла в жилах, а возникшее было ощущение хрупкой безопасности разом испарилось.

— Нет, ни разу. Но слышал.

— Они у Кромвеля, — тихо сказал Грир. — Я видел мантикору — и её всадника. И, учитывая всё это, стоит задаться вопросом — что ещё у него есть в запасе? Разве вы не согласны?

Матильда отчаянно не хотела задаваться этим вопросом. Учитывая недавний опыт, она опасалась, что её воображение не сможет представить, насколько всё плохо на самом деле. Мантикоры. Призрачные полулегендарные звери с далёкого севера, правда о которых мешалась с выдумкой.

— Думаю, что… сейчас я мог бы принять ваше предложение выпить, месье Грир.

***

После их разговора с Гриром контрабандисты, нанятые Матильдой, провели их в другое помещение в пристроенном здании, где разместили детей и остальных «Шиори». Склад на окраине Бромли был чем-то вроде заброшенной собственности — теперь это были просто старые обветшалые руины, которые Грир удачно использовал в качестве удобного убежища.

Поиски тихого места, где можно было бы прилечь и отдохнуть, привели «мечника» в открытую сверху выгородку, заставленную старой мебелью, где Тифания и дети были вне поля зрения, а их голоса были приглушены стенами. Это было хорошее место, чтобы подумать.

— Гоблины, грифоны и мантикоры… — пробормотал он себе под нос.

Высказанное вслух, оно парадоксальным образом выглядело менее страшным — как что-то из детской книжки о фантастических существах с глупыми названиями. За исключением того, что все эти существа были слишком реальными и слишком смертоносными, — и все они работали на Кромвеля.

Значит, некромантия — не единственный трюк в его рукаве.

Ну конечно нет… Если бы Алисия знала об этом — она бы рассказала, когда не-отправляла их на это не-задание.

«Она наверняка уже знает», — подумали «Шиори», пока «волшебница» помогала Тифании кормить детей, а «кинжал» сидела, скрестив ноги и наблюдая за всей комнатой со стропил.

Алисия была умной кошечкой. Были причины, по которым неко-лоли стала лидером фракции. Может быть, к тому времени, когда они вернутся, Тристейн уже узнает о Шеффилд каким-то другим способом, что сделает миссию «Шиори» совершенно бессмысленной. Это было почти смешно… Почти. Это был бы чертовски хреновый способ закончить карьеру ассасина, практически худший. Как это уместно. «Мечник» уже собирался растянуться на потрёпанном старом диване и закрыть глаза, когда некая воровка окликнула его:

— О чём задумался?

Матильда, всё ещё в своём скрывающем черты лица глубоком капюшоне. В одной руке она держала бутылку, а в другой — два простых стеклянных стакана. Кайт освободил место для мага, она села, небрежно скрестив ноги.

— По крайней мере, Грир был так любезен, что поделился выпивкой, — сказала Матильда, наливая в стакан, затем в другой. — Может быть, он надеется, что мы напьёмся и забудем об этом маленьком беспорядке?

«Мечник» вскинул руку:

— Я не…

— Не пьёшь? — Судя по тому немногому, что было видно в тени капюшона, женщина была почти удивлена. — Личные принципы или вопрос религии? — «Шиори» молчали, пока Матильда закрывала бутылку. — Выпей хоть стаканчик. Надо кое-что обсудить — и немного алкоголя не помешает.

— Немного?

— Немного, — заверила Матильда.

«Шиори» долго и неохотно смотрели на янтарную жидкость, прежде чем взять стакан и взболтать содержимое, как это делали другие. Матильде это показалось ужасно забавным, судя по тому, как дрожали её губы, — она изо всех сил старалась не расплыться в улыбке.

Её/их было трое, и «Шиори» не думали, что смогут захмелеть все. Затем они мысленно пнули себя за нерешительность. Они убивали людей — но опасались стакана алкоголя? Пожав плечами, «мечник» поднёс стакан к губам и браво проглотил содержимое целиком. Затем он подавился и попытался выплюнуть обратно, когда огонь взорвался в горле, непроизвольные сокращения тут же вызвали приступ болезненного кашля.

Матильда не засмеялась…почти… и даже протянула руку, чтобы похлопать его по спине.

— Я думала, что вы, фейри, более крепкие. Или это на самом деле был первый раз?

— Почему… — «Шиори» вытерли губы «мечника», — ты так думаешь?

— Хммм. Почему… — проговорила она и продемонстрировала, как правильно пить, сделав несколько маленьких глотков. — Корабль прибудет сегодня вечером. К утру мы покинем Альбион. Я, честно говоря, удивлена, что всё прошло так гладко.

— Гладко? Ну да… — «волшебница» и «кинжал» постарались не захихикать, как будто это была плохая шутка. «Шиори» не хотелось пугать Тифу и детей в соседней комнате. — Постараемся не сглазить…

Потому что, если это — «прошло гладко»…

— Вот почему я хотела поговорить с тобой… наедине. Я тебе не доверяю.

— Это та-ак мило… Взаимно.

«Мечник» взял второй стакан и неохотно сделал маленький глоток чего-то, что на вкус напоминало подмётку. Как это может кому-то нравиться? В малых дозах это было так же ужасно, как и в больших.

— И я и не ждала иного. Всё правильно. Но нам всё равно придётся полагаться друг на друга. По крайней мере — ещё какое-то время. — Матильда продолжала прихлёбывать маленькими глотками. У «Шиори» было отчетливое впечатление, что она изучает «мечника» с головы до ног, — и увиденное не прибавляет ей счастья. — У тебя есть секреты, которые ты скрываешь от нас.

Дрожь пробежала по всем трём позвоночникам.

— И что заставило тебя так думать?