Том 5. Глава 3. Одинокое неповиновение

В большом тёмном пространстве потолок терялся в потемках, а четыре стены были видимы только из-за слабого освещения.

Обширная площадь тянулась на несколько километров, но её не заполняла тьма.

Свет развивался по ней без чёткого источника.

С потолка ниспадали тени, но они были единственной темнотой в основательно освещённом месте.

Несмотря на тусклость, свет равномерно распределялся по всему пространству.

В том месте, где прибывали одни лишь падающие сверху тени, появилось два новых очертания.

Они издавали две пары шагов и звук металлических ударов по полу.

Первые были шагами мужчины и женщины, одетых в чёрное. Вторым оказался звук металлической трости мужчины.

Не прекращая металлический звук, мужчина обратился к женщине, следовавшей за его спиной.

— Ну, Sf? Что скажешь об этом месте?

— Тэс. Его длина приблизительно три километра, а ширина — пятьсот метров. По моим подсчётам, оно расположено приблизительно на триста метров под землёй.

— Ха. Какой скучный ответ. У тебя что, подпрограмма давать глупые ответы на вопросы твоего хозяина?

— Тэс. Я пришла к заключению, что подобная подпрограмма не придётся вам по вкусу. Наше времяпровождение должно проходить в гармонии, поэтому такая функция будет нежелательной.

— Sf, из того, что я вижу, наше совместное времяпровождение вечно меня злит.

Итару выдал сомнительный взгляд, и Sf кивнула ему в спину.

— Тэс. Ваше кровяное давление никогда не поднимается выше среднего. Высокого среднего, но среднего.

— Ну-ка скажи, что мне делать, если у меня возникнут вопросы по поводу такого твоего решения.

— Тэс, — Sf снова кивнула со своим привычным непроницаемым лицом. — Итару-сама, попытайтесь повзрослеть… Разумеется, я не могу подобного понять, будучи автоматической куклой.

Итару молча уставился перед собой и ускорил шаг, а Sf последовала за его широкими шагами.

Её голос раздавался на фоне перебивающих друг друга шагов.

— Но что это за место? Я могу предположить, что это некое хранилище, но не более того.

— В таком случае, Sf, попытайся сказать, где мы находимся.

— Тэс, — Sf кивнула в третий раз. — Это шестой подземный уровень японского UCAT. Он должен располагаться под дном огромной впадины в большом хранилище пятого уровня. Это неизвестная локация, и мы прошли сквозь концептуальный барьер, поэтому мои ориентиры могут быть немного неточны.

— Нет, ты права. Система измерения координат немецкого UCAT проделала превосходную работу по определению нашего местоположения. …Хочу прояснить, что я тебя здесь не хвалю.

— Тэс. Не о чем беспокоиться. Я честна в своей работе и горжусь собственной функциональностью. Как следствие, хвалить меня за работу других или за сам факт, что я автоматическая кукла, будет оскорблением по отношению ко всем машинам.

И…

— Тем не менее, я не позволю Вам выполнять какую-либо ненужную работу, и это значит, что вы никогда не получите похвалы. …Следовательно, вы не заслуживаете похвал. Такова была Ваша просьба.

— Ха. Значит, я ни на что не годен, да? Это наивысшая похвала, которую ты могла мне дать. Порой бессердечные выражения машины глаголют истину.

— Тэс. Я истолкую это как похвалу моего выбора слов.

Итару замедлил шаг, оглянулся через плечо и с явным недовольством посмотрел на куклу.

— Что ещё за чушь? …Следуй за мной.

— Тэс. Подобная похвала значительно превосходит верхний предел, который я для себя установила.

Она засеменила за ним, чтобы догнать, и оказалась всего в шаге позади.

— Куда мы направляемся, Итару-сама?

Он остановился без какого-либо ответа, но из-за того, что они прибыли к центру громадного пространства.

Это место пустовало, но…

— Неужели это…

Осматривая окружающую пустоту, Sf нахмурилась.

Её приподнятый взгляд увидел со всех сторон множество репрезентаций объектов.

Они оказались скоплением теней.

Смутные очертания обретали форму, только когда напрягаешь глаза, но пространство заполняло множество кубов площадью несколько десятков метров.

Пока Sf глядела над головой и медленно поворачивалась на каблуках, Итару заговорил:

— Это центр Концептуального Пространства с наивысшей плотностью струнного колебания. Вот почему здесь видна правда этого места. Скажи мне Sf, что это, по-твоему, за гигантские очертания.

— Я пришла к заключению, что это помещения. Это этаж, который был удален и запечатан внутри Концептуального Пространства.

— Их не удалили. Им просто не позволили существовать.

— Не позволили? Кто?

Хозяин не ответил на вопрос своей горничной. Вместо этого он выдал усталый вздох.

— Здесь моё поколение UCAT.

— …

— Десять лет назад, когда это было запечатано, я и помыслить не мог, как всё обернётся. Возмутительно, Sf. Наше место теперь не более чем склад.

Прежде чем он замолчал, Sf заметила определённый факт.

На этаже, который ранее пустовал, расположилось десять рукотворных объектов.

— Это контейнеры для хранения Концептуальных Ядер.

Они представляли собой громадные белые блоки, предназначенные для транспортировки. Подобно коробочкам бенто, их можно было полностью закрыть, и все они оказались разных размеров.

Самый дальний и следующий после него имели площадь около трёх метров, но третий растянулся до размеров грузового контейнера Бога Войны, тогда как четвёртый представлял собой полуцилиндр, похожий на пластиковую оранжерею.

Пятый оказался наибольшим и свыше пятидесяти метров, шестой по размерам походил на первые два, седьмой выглядел как гараж для автомобиля, разделённый на четыре блока, а восьмой, девятый и десятый не отличались от первого.

Sf окинула взглядом контейнеры, неожиданно возникшие перед ней.

— Струнное колебание покачнулось… и затем урегулировалось. Я пришла к заключению, что скрытое явило себя. Я также засекла концепты 1-го, 2-го и 9-го.

— Верно. Грам, Ямата и B-Sp здесь. Они обладают собственной волей, поэтому, должно быть, захотели поприветствовать нас вместе с их скрытым хранилищем. Они чувствуют, — сказал он, глядя на контейнеры. — Они ощущают сбор их товарищей, которые однажды создавали миры и сражались с ними, и ощущают тех, кто их желает. И… они желают ответа.

— Ответа?

— Не знаешь, что это значит? Помнишь Армию? Если они собираются что-то сделать, это произойдёт сейчас. Они нападут как раз перед тем, как Путь Левиафана подойдёт к концу с получением Концептуального Ядра 7-го. Полагаю, они намерены победить Отряд Левиафана, похитить собранные здесь Ядра, и, возможно, взять заложников, чтобы потребовать недостающие Концептуальные Ядра. …Всё довольно просто.

— Тэс. Просто своего рода терроризм. Но где ключевое Концептуальное Ядро 7-го Гира? К тому же… — Она осмотрела белые контейнеры перед собой. — Концептуальные Ядра не союзники Отряда Левиафана?

— В скором времени ты поймёшь. Но, проще говоря, эти Концептуальные Ядра тоже хотят услышать позицию Армии. Пока, я просто скажу следующее: они хотят узнать обоснование справедливости Армии, и откуда она взялась.

Услышав горечь в его голосе, Sf повернула на него взгляд.

На его лице стояла улыбка, и он оскалил зубы, глядя перед собой.

— Sf, ты слышала об атаке на UCAT Изумо?

— Тэс. Я слышала, Гиес-сама работает над предположительным психологическим портретом преступника.

— Это приведёт к интересному ответу, но наверняка займёт пару часов.

Sf нахмурилась, но Итару не разъяснил. Горькая улыбка на его губах сказала кое-что другое.

— Армия зашевелилась, а вместе с ними и загадочные злоумышленники, но знаешь почему? Тот эгоист Саяма послал старику бумагу о роспуске Отряда Левиафана. И сегодня ночью, он вроде как отправляется в горы на поиски дома профессора Кинугасы. Тем временем, Синдзё едет в Сакаи, чтобы вычислить Синдзё Юкио.

Он ударил тростью об пол и звук эхом прокатился по пустому пространству.

— Он должен знать, что сейчас не время уходить, но Саяма зациклен на информации из прошлого. Думаешь, почему он решил отбросить безопасность Синдзё и прочих своих напарников, несмотря на то, что это вполне может поставить его и их под угрозу? Ты знаешь, Sf?

— Нет, но мне и не нужно знать, — ответила Sf. — Что бы ни случилось, они проведут Путь Левиафана. Мне незачем давать ответ вместо них. Я пришла к заключению, их ответ принадлежит им самим и это не наше дело.

— Ха. Другими словами, мы должны держать рты на замке и наблюдать за действиями тех эгоистичных детишек?

— Тэс.

Она кивнула и шагнула вперёд, чтобы встать с ним рядом.

Перед ней выстроилось десять белых контейнеров, и она произнесла перед блоками, каждый из которых предназначался для сдерживания мира.

— Я пришла к заключению, нам незачем гадать об ответе их решимости. В конце концов, они отыщут его самостоятельно. И до тех пор, мы можем спать спокойно, не предпринимать попыток понять их действия и насмехаться над ними.

— Ты пытаешься превратить своего хозяина в саркастичную персону?

— Тэс, — согласилась она, мягко повернувшись к нему и поклонившись. — Я пришла к заключению, за Вашими действиями кроется причина, поэтому, прошу, насмехайтесь над всем, выказывайте горечь к небесам и земле и высвободите величайший сарказм, способный проесть плоть и сталь.

Она сделала глубокий вдох и закрыла глаза, всё ещё согнутая в поклоне.