Глава 45 — Скелеты
Марк сунул руку в глубокий ящик стола из красного дерева и достал оттуда что-то завернутое в тёмно-баклажановую ткань. Он осторожно положил её на стол, разглаживая края. С величайшей осторожностью он начал разворачивать ткань, открывая темный хрустальный шар, в котором клубился серый туман.
Гюнтер был первым кто среагировал. Он вскочил в одно мгновение, мерцание света окружило Генри и Гвен взмахом его руки.
— Мастер Чандлер, Некромантия-это преступление, караемое пожизненным заключением. Предупреждение Гюнтера было окрашено нехарактерной для него злобой, выдававшей его обычный стоицизм.
— Марк, ты с ума сошел? — Сурья сглотнул, его кадык нервно дернулся.
— Зачем тебе шар смерти? И что еще более важно, кого он содержит?
Агнес нервно взглянула на Генри.
Женевская конвенция строго запрещала некромантию после кризиса нежити Первой мировой войны. Любой маг, уличенный в обладании Некромантическими предметами, подвергался суровому наказанию с крайним предубеждением. Минимальное наказание за практику магии Смерти — изгнание, а максимальное — казнь. Даже Гвен знала об опасностях некромантии, потому что одним из первых уроков, в старших классах, была история кризиса нежити, который лишил человечество почти половины его населения, положив начало великому исходу из Центральной Европы и привел к созданию пограничных городов. Теперь перед Гвен стояла настоящая реликвия той эпохи. Шар смерти, артефакт, используемый, чтобы вырвать отдельные души из эфира и поймать их в ловушку для удовольствия и изучения некроманта.
В следующие несколько секунд Гвен увидела, что ее мастер обдумывает варианты. Как Лорд башни, он имел полное право заставить Марка замолчать прямо сейчас. В тот момент, когда Марк вынул шар, это было началом конца. Но Марк также знал, что Генри будет слушать: это было в его характере. Остальные тоже терпеливо ждали решения Генри. Однако в их головах горел вопрос: что Марк надеется сделать с этим шаром?
— Значит, ты не собираешься заставить меня замолчать? — сардонически спросил Марк своим ровным голосом, проверяя Генри.
Генри закрыл глаза, словно в раздумье.
— Ты еще можешь пожалеть об этом, — Марк ухмыльнулся.
— Прежде чем мы начнем, здесь есть те из нас, кто еще не знает правды. Агнес? Может быть, ты просветишь меня на предмет нашего маленького фиаско? Наш собственный послушник пустоты, как именно ее предшественник справлялся?
— Генри? — осторожно спросила Агнес. Конечно, Генри был их другом, но он все еще оставался мастером башни, высшей властью в стране. Если башня займется ими или же начнет действовать сам Генри, они мало что могут сделать. Кто такая Агнес, как не вышедшая на пенсию Проявитель и мадам в борделе, и Марк, прорицатель, которому не у кого попросить помощь? Они не могли соперничать с Генри. Черт возьми, если дела пойдут плохо, они не смогут противостоять Гюнтеру, который покончит с ними меньше чем за минуту, не оставив после себя никаких следов.
Генри открыл глаза и, к их удивлению, был спокоен: в его глазах не было ни огорчения, ни особой печали.
— Что будет, то будет, — медленно проговорил Генри. — Даже прибегнул к некромантии…
Он повернулся к Марку.
— Возможно, действительно пришло время поднять скелеты из их неглубоких могил. Позволь мне на некоторое время продолжить эту историю в свои руки, Агнес.
Ее мастер повернулся к Гвен.
— Дитя мое, я собираюсь открыть тебе нечто очень ценное для меня. Это не очень приятная история. Счастливых концов не бывает. И поэтому я прошу твоего понимания.
— Конечно, мастер, — вежливо ответила Гвен, наблюдая за морщинами на лице своего мастера.
Они подождали, пока Генри соберется с мыслями.
— Официально в бойне в Нуса-Хедс остался только один выживший. Герой Брисбенского рубежа, Элизабет У. Собел. Позже ее нашла оперативная группа, посланная расследовать инцидент.
— Я возглавлял эту оперативную группу. Группа специалистов по транслокации и я добрались туда к ночи. База была разрушена,и полностью уничтожена. Образовалась полусферическая впадина, теперь заполненная водой. Все исчезло, смыло водой — ни зданий, ни магов, ни номов, ни русалок. Под водой вообще ничего не было. Просто гладкие скальные породы, песок и все, что омывает океан. Еще дальше в море мы нашли мертвого Кракена, большая часть которого тоже пропала, но к тому времени он уже стал жертвой безумного кормления морских обитателей.
— В тот же вечер мы нашли Элизабет, раненую, спрятавшуюся в пещере. Суфина начала лечение, и мы вернулись с ней в город, думая, что нам повезло, что она выжила. Видит Бог, так оно и было.
— Поскольку я был маршалом, я назначил себя ответственным за расследование. Это было горячее месиво. Пятьсот магов погибли, более четырехсот были кадетами, большинство из влиятельных семей, считавших школу безопасной. Матери и отцы хотели справедливости, и я должен был им что-то ответить. На данном этапе мне оставалось только спросить Лиззи.
— По словам Элизабет, на них напал Кракен, пробивший защиту базы. Она была с Джейн, сестрой Марка, пила чай в столовой, когда это случилось. Все здание сложилось само по себе, похорнив офицеров внутри. Элизабет защищала Джейн, но ей пришлось использовать большую часть своей жизненной силы, чтобы защитить их обоих от падающих бетонных плит.
— Когда они наконец выбрались, битва была в самом разгаре. Кракен разрывал это место на части, проникая сквозь защиту базы, вырывая встроенные глифы из самих зданий. Повсюду царил хаос, русалки убивали учеников, и учителя не могли их удержать. Меня там не было, так что Элизабет не могла использовать свои силы, не лишив себя жизни.
— В конце концов она добралась до хранилища кристаллов, используя свою силу, чтобы проскользнуть через врата, она наполнила кристаллы пылинками пустоты. Элизабет велела Джейн бежать, но Кракен уже настиг их. Чудовище пронеслось сквозь стены бункера, и Элизабет должна была использовать пустоту или умереть бессмысленной смертью. Не имея другого выбора, она взорвала контейнеры, и последовавший взрыв уничтожил все, что находилось поблизости. Она сделала пустотный щит из последних сил, но не смогла прикрыть Джейн. Когда она проснулась, все исчезло, и она плыла по только что образовавшемуся пляжу, с наступлением прилива.