Глава 47

Первое сентября наступило, и крёстный никак не хотел её отпускать.

— Сириус, отпусти девочку, — сказал дядя Луни, видя, как Сириус крепко прижал к себе Корделию, словно боясь её потерять.

— Ты не понимаешь, Луни, каково мне, — ответил Сириус, не ослабляя объятий. — Ты будешь видеть её каждый день, а я смогу обнять её только на зимних каникулах.

— Крёстный, это же Хогвартс, со мной всё будет хорошо, — мягко произнесла Корделия, стараясь освободиться из его цепких рук. Где-то рядом раздался весёлый смешок Эовин.

— А ещё у нас есть карта, лорд Блэк, — подмигнула Эовин, напомнив о том, что карта Мародёров теперь в руках их компании.

Сириус был в полном восторге, когда узнал, что эта бесценная реликвия теперь принадлежит Корделии.

— Это твоё наследство, Бэмби, — радостно сказал он, гордясь ей.

Протяжный свисток возвестил о скором отправлении поезда. Сириус снова обнял свою крестницу, на этот раз с ещё большей нежностью.

— Спасибо вам огромное за то, что приютили меня до конца лета, — с улыбкой сказала Гермиона, обращаясь к дяде Луни и Сириусу.

— Друзья Бэмби всегда желанные гости в доме Поттеров, — оба дяди тепло улыбнулись ей в ответ.

Сундуки уже были загружены в поезд. Корделия держала в руках клетку с дремлющей Хедвиг, а Живоглот уютно устроился в корзинке, украшенной голубыми лентами.

— Веди себя хорошо, Сириус, — серьёзным тоном предупредил дядя Луни, посмотрев на него строгим взглядом. — Не делай ничего опрометчивого, пока меня не будет.

— Я уже взрослый, Луни, — попытался оправдаться Сириус.

— Я-то тебя знаю, — с улыбкой ответил Ремус. — Тем более, за тобой будут приглядывать твои кузины.

Сириус вздохнул, но в глазах его светилась тёплая любовь.

***

В купе сидел странный мальчик. У него была болезненная кожа, черные волосы падали на лицо, а темные круги под глазами делали его вид уставшим.

У него под ногами вертелась юла, а на пальце была намотана нитка.

— Здесь свободно? — спросила Корделия. В дверном проеме стояли её подруги.

Мальчик взглянул на них с нервозностью и встал, чтобы поднять юлу, которая всё ещё крутилась.

— Д…да, — ответил он, сжался в своём кресле, и Корделия заметила, что он немного сутулится.

Корделия, Гермиона и Эовин сели напротив мальчика, а Пэнси и Дафна устроились рядом с ним. Мальчик нервно наматывал нитку на свои пальцы.

— Ты из нашего года? — начала разговор Гермиона.