Глава 65. Золотые Бронежуки (II)
В этой ледяной глуши, слушая мелодию, подобную небесной, человек тотчас же ощущал ясность ума и покой в сердце.
Взгляд Цзы стал сосредоточенным, а Аньци, игравшая с тёмным ледяным талисманом, тоже устремила взгляд на Е Иньчжу. Несколько Магов, которые медитировали, один за другим открыли глаза. Звуки цитры Е Иньчжу были не только сигналом к предстоящему обеду, но и лучшей мелодией для расслабления их духа.
Занятой Паркинс воскликнул: — Что является самым прекрасным удовольствием в жизни?
Дис ухмыльнулся и тихо сказал: — Конечно же, это жареное мясо Сулы в сочетании с мелодией Императора Музыки. Следуя за Пурпурным Императором, мы, очевидно, обрели счастье. А потом, во что бы то ни стало, нужно будет привести всех наших старых братьев к Пурпурному Императору, чтобы разделить с ними это благо. Ему лишь своих сородичей Бегемотов, равных ему по рангу, было привычно называть «братьями».
Одна за другой звучали цитровые мелодии, не содержащие ментальной силы. Среди присутствующих Хай Ян, естественно, была самой искусной в музыке, но в этот момент она ни за что не осмелилась бы присоединиться к игре. Ведь она боялась, что звуки её гучжэна нарушат гармонию, царящую перед её глазами. По сравнению с игрой дуэтом с Е Иньчжу, на самом деле, ей больше нравилось просто зачарованно наблюдать, как он играет на цитре.
Костёр в пещере дарил много тепла всем, кто продрог от холода. Слушая гармоничные звуки цитры и вдыхая аромат жареного мяса, постепенно разносящийся от костра, каждый чувствовал тепло и уют. За пять дней пути они мало разговаривали друг с другом, но по мере того, как способности каждого постепенно проявлялись, и благодаря ежедневно повторяющейся картине перед глазами, сплочённость этой необычной команды становилась всё сильнее.
Ух-х… — раздался внезапно низкий рёв из-за пределов пещеры, когда все ждали, что жареное мясо станет золотисто-жёлтым. Все внимательно посмотрели и обнаружили, что у входа в пещеру неожиданно появились две пары глаз.
Их мясистые тела выглядели несколько неуклюже, длиной всего около метра, с парой бледно-золотистых маленьких глаз, мерцающих слабым светом. Их тела были молочно-белыми; если бы они были в снегу, их было бы абсолютно невозможно обнаружить. Они напоминали двух больших жуков. В этот момент их бледно-золотистые маленькие глаза были устремлены на Е Иньчжу, а кончик их головы, милый, похожий на нос, Маленькое Белое Пятнышко, постоянно подёргивался. Предыдущий низкий рёв, похоже, был издан одним из них.
— Ого, что это за штуковина? — Паркинс с любопытством посмотрел на двух жуков. В Пустошах Крайнего Севера было очень мало могущественных магических зверей, которых бы он не знал. Эти два жука перед глазами не походили на магических зверей, потому что от них не исходили элементальные колебания. Но дыхание золотых Бегемотов было ужасающим для любого дикого зверя. Неужели они не боялись его и Диса?
Под влиянием любопытства Паркинс передал вертевшееся жареное мясо Дису, оставив обе его руки занятыми, и повернулся, чтобы подойти к входу в пещеру.
Два больших жука, очевидно, почувствовали приближение Паркинса. Их взгляд, изначально устремлённый на Е Иньчжу, тут же переключился, и бледно-золотистые маленькие глаза замерцали, когда они одновременно угрожающе зарычали на Паркинса.
Именно так. Предыдущий рёв исходил от них. Этот немного странный низкий рык, казалось, был полон угрозы, а в их маленьких глазах читался только страх.
— Ха-ха. Эта мелочь смеет мне угрожать. Только вот не знаю, можно ли есть этих больших жуков, — как золотой Бегемот, Паркинс, конечно, не обращал внимания на двух жуков. Он наклонился и протянул свои большие руки, чтобы схватить каждого жука.
Как только он собирался схватить двух жуков, вдруг оба одновременно подняли свои верхние части тел. В тот же миг их тела испустили молочно-белое сияние, прозрачное, как нефрит. Тела, казалось, немного увеличились в объёме от хвоста. Это увеличение быстро переместилось вперёд.
Цзы изначально не обратил внимания на появление двух жуков, но под влиянием молочно-белого света он перевёл на них взгляд, его лицо мгновенно изменилось, и он громко крикнул: — Нехорошо! Дис, Паркинс, остановите их! — С этими словами он быстро отшвырнул Аньци правой рукой, левой оттолкнул Е Иньчжу, и из его тела вырвался ослепительный пурпурный свет, образуя аметистовый барьер, преграждавший путь остальным.
Два молочно-белых жука выплюнули лишь два, казалось бы, небольших молочно-белых световых шара, причём свет был очень тусклым. Услышав предупреждение Цзы, Паркинс немедленно убрал свои руки, скрестив их перед собой. Дис тоже бросился вперёд. Благодаря своим огромным телам они почти полностью перекрыли вход в пещеру.
Глядя на эти два крошечных и очень тусклых молочно-белых световых шара, два золотых Бегемота почувствовали растерянность. В тот момент, когда они подумали, что Цзы был сверхчувствительным, произошло нечто странное.
Сами молочно-белые световые шары не имели никаких колебаний магических элементов. Однако, как только они были выплюнуты двумя жуками, внезапно всё изменилось до неузнаваемости: вокруг двух молочно-белых световых шаров в радиусе ста метров магические элементы одновременно пришли в неистовое состояние, устремляясь к этим двум молочно-белым световым шарам с невероятной скоростью. Когда эти буйные магические элементы ворвались в молочно-белые световые шары, они не увеличили их объём, а, наоборот, сильно сжались.
Два жука выглядели утомлёнными, но в их бледно-золотистых маленьких глазах читалось отчаяние, словно они сами не могли вынести последствий взрыва этих двух молочно-белых световых шаров.
Е Иньчжу, оттолкнутый Цзы, оказался у края стены пещеры. Через щель между двумя золотыми Бегемотами он увидел отчаяние в глазах двух жуков. Неизвестно почему, но, глядя на свет в их глазах, он вспомнил сцену, когда он столкнулся с тысячами костяных драконов в Драконьем краю, — то же самое отчаяние. Только перед лицом настоящей смерти можно увидеть такой взгляд! Неожиданно в его сердце вспыхнуло сочувствие, и он, встряхнув правой рукой, выпустил две серебряные нити из ладони. Под действием боевой энергии Бамбука они мгновенно пересекли пространство, и в тот момент, когда бешено сжимающиеся молочно-белые световые шары готовились взорваться, обвили двух жуков, насильно притянув их к себе.
Восклицание Цзы заставило Е Иньчжу почувствовать его страх. Схватив двух жуков, он тут же бросился обратно, одной рукой обнял Хай Ян, другой притянул Сулу, а его боевая энергия безумно циркулировала. Защита богини Луны была активирована на полную мощность, и он повернулся спиной к входу в пещеру.
Бум! — Этот грохот уже нельзя было назвать просто сильным; в тот же миг все, включая двух золотых Бегемотов, временно оглохли. Сильная вибрация, мощные энергетические колебания — Е Иньчжу испытывал такое лишь однажды, когда чёрный дракон Е Синсюй и принцесса Серебряного дракона Ли Ша столкнулись в запретном заклинании.
Что за ужасающая сила?
Сильный взрыв заставил задрожать всю гору, и окрестности мгновенно погрузились в вихрь летящих камней и песка. Даже такие могучие тела, как у двух золотых Бегемотов, были отброшены назад, как ядра, от первого же взрыва, и тут же врезались в защитный аметистовый барьер, установленный Цзы.
Ужасающие трещины появились на аметистовом барьере, и с оглушительным взрывом, под действием мощной ударной волны, барьер, полностью активированный Цзы, не смог выдержать натиск двух отброшенных золотых Бегемотов и невероятно сильную ударную волну. Барьер распался на мерцающие пурпурные частицы, а в следующее мгновение огромные тела двух золотых Бегемотов вместе с бушующими воздушными потоками и бесчисленными осколками камней ворвались внутрь, словно дождь из стрел. Ведь внутри пещеры, кроме Е Иньчжу и Сулы, чьи тела обладали некоторой сопротивляемостью, остальные были хрупкими Магами!
Именно в этот критический момент вперёд вышла стройная фигура. Мощный пурпурный свет взметнулся, словно огромный вихрь, мгновенно окутав тела двух золотых Бегемотов. Её тонкие ручки так легко подхватили тела Диса и Паркинса, и вихревой пурпурный свет извергался наружу. Семь барьеров, один за другим, почти одновременно возникли внутри пещеры. С сильным ударом по стенам пещеры начали появляться ужасающие трещины, но пик атаки, вызванной ударной волной, наконец, был остановлен.
Бушующая энергия в воздухе постепенно успокоилась лишь через десять минут. Вокруг всего горного грота были огромные трещины шириной с ладонь, напоминающие дождевых червей, и никто не знал, не обрушится ли это место в следующий момент.
Самыми растрёпанными были два золотых Бегемота. Хотя Цзы и предупредил их, два жука изначально не вызывали у них чувства настороженности. Поэтому они не использовали всю свою силу, даже не применили истинную мощь своего золотого Бегемота. Теперь оба были испачканы и растрёпаны, а их одежда превратилась в лохмотья. Но они, несомненно, были золотыми Бегемотами, обладающими невероятно могучими телами: даже после такой мощной атаки на их телах не было ни единой царапины, но сильный удар, от которого их отбросило, заставил их глаза покраснеть от гнева. Едва поднявшись с земли, они тут же бросились искать двух жуков.
Тот, кто своевременно появился и изменил ситуацию, не был ни Е Иньчжу, ни Цзы. Фактическая сила Цзы была даже уступающей двум золотым Бегемотам. В такой ситуации, даже если бы он и хотел выложить все свои силы, раскрыв свою истинную форму, он бы не успел. Стоя за спинами двух золотых Бегемотов и поддерживая их, была Аньци. Все остальные были отброшены на землю, только она одна стояла, в её прекрасных тёмно-зелёных глазах мерцало растерянное сияние, а руки всё ещё были подняты, словно она о чём-то размышляла. Детская непосредственность, которая была в её глазах, когда она была рядом с Цзы, исчезла.
Цзы, испачканный и растрёпанный, поднялся с земли и как раз увидел, как встают два золотых Бегемота. В его глазах вспыхнул гнев, и он низким голосом произнёс: — Вы что, не слышали моего предупреждения? Почему не использовали всю силу?