Глава 5
От первого лица.
— Дракарис, — сурово приказал король своему дракону Вермитору, Бронзовому Гневу, зажечь погребальный костер его младшей дочери.
Я наблюдал за погребальным костром и задавался вопросом, каково это – пережить своих детей.
Нескольких.
Я не мог по-настоящему осознать это особое чувство. Но если я когда-нибудь потеряю дорогих мне людей, таких как мать или прабабушка, я наверняка закричу и пролью все возможные слезы.
«Но вот они не проливают ни слезинки на людях», — подумал я, наблюдая за королевской парой, которая меньше чем за неделю постарела на десять лет, но оставалась такой же сильной и собранной. Их лица были суровыми, а взгляды – холодными.
Они оба излучали достоинство и невозмутимость.
Я хотел подойти к прабабушке, но почувствовал, как мама сжала мою руку и неодобрительно покачала головой. Я видел свою прабабушку, когда она обнаружила тело тети Гейль; она была в слезах.
С тех пор она не навещала меня.
Я просто хотел обнять свою прабабушку и вложить в свои руки всю силу, на которую был способен.
Я помню, что в оригинале она умерла от горя, и я не хочу, чтобы она умерла и здесь.
Но что я могу сделать?
«Что же мне делать?» — подумал я, раздраженный и расстроенный своим бессилием.
***
Две недели спустя
От первого лица.
За прошедшие две недели я разработал план действий. Я ни за что не дам моей прабабушке зачахнуть.
И мой план начинает воплощаться в жизнь сегодня.
Благодаря нашим ежедневным прогулкам я знал коридоры Красного замка наизусть. Я знал, что личные покои короля и королевы находятся всего в дюжине метров от наших.
Я подождал, пока мама оставит меня с сиделкой (что случалось очень редко), и притворился спящим.
Посмотрев на меня, сиделка расположилась у камина и занялась своим обычным шитьем.
Тем временем я открыл свой статус:
• [Имя: Эймон Таргариен]
• [Возраст: 1 год]
• [Титул: Принц из дома Таргариенов]
• [Принадлежность: Дом Таргариенов, король Джейхейрис Таргариен]
[Фамильяр: Урракс]
• {Атрибуты}
[Телосложение: 40]
[Сила: 3—> 5]
[Выносливость: 6]
[Ловкость: 7]
[Подвижность: 6 —> 3]
[Скорость: 5—> 10]
[Интеллект: 76]
[Сила воли: 63]
[Харизма: 13]
[Восприятие: 71]
[Мудрость: 71]
[Свободные очки: 0]
{Пассивный навык}
[Негорящий 1: Повышает сопротивление к обычному огню на 5%; раскрывает драконью родословную на 2%]
Я улыбнулся и распределил свободные очки по атрибутам, а затем очень осторожно перелез через прутья своей кроватки и…
Приземлился задницей на пол.
Я перевел взгляд на сиделку, которая тоже смотрела на меня. Мы смотрели друг на друга несколько мгновений, а потом я со скоростью света вскочил и побежал к двери. Я подпрыгнул и схватился за дверную ручку, с помощью веса своего тела повернув ее.
Каким-то чудом у меня получилось. Я задумался…
Ах да, у меня же был перк, который я получил от своей связи с фамильяром. В дополнение к тому, что я был связан с Урраксом, как другие Таргариены со своими драконами, я также мог мысленно общаться с ним.
Поэтому я мысленно попросил Урракса задержать сиделку, а затем побежал.
Я бежал так быстро, как только мог младенец, по коридору к покоям моей прабабушки.
***
От третьего лица.
— Посмотрите, как он пытается убежать от нас своими маленькими ножками, — умилился рыцарь из дома Таргариенов, которому было поручено охранять покои принца Эймона и его матери.
— Тише, ты говоришь о принце. Он пытается убежать от нас своими маленькими королевскими ножками, — поправил другой рыцарь, которого не меньше забавляли усилия маленького принца.
Они оба пытались поймать этого малыша, которого мотало из стороны в сторону, как неуклюжего утенка.
***
От первого лица.
— Ладно, маленький принц, на этом все кончено. Вам пора вернуться, — произнес мужской голос. Я узнал сира Уиллема, одного из наших стражников.
Я почувствовал, как он подхватил меня своими мощными руками. Несмотря на его почти двухметровый рост, я обрушил на него свою последнюю атаку…
Я закричал.
Точнее было бы сказать, что я закричал так громко, что меня наверняка было слышно даже на другом конце замка.
Я метался в его руках и кричал, пока Джонквиль Дарк, Щит королевы, которая в этот момент стояла у дверей покоев моей прабабушки, не вышла и не спросила:
— Что здесь происходит?
— Прошу прощения, принц решил похулиганить, — сказала сиделка, убежавшая от Урракса, который теперь сидел и рычал у ног сира Уиллема.
Я не переставал извиваться и кричать, умоляя его опустить меня на пол, но тот, казалось, не замечал моих усилий, а может, ему было просто все равно.
Тогда я умоляюще посмотрел на Джонквиль, протягивая к ней руки.
Через несколько мгновений она сказала:
— Идите ко мне.
Я сразу успокоился, когда она протянула руки, чтобы взять меня. Я обхватил ее за шею так крепко, как только мог, и тогда она сказала:
— Пойдем, он успокоился.
Как только она это сказала, я сразу же снова начал кричать и тянуться к покоям моей прабабушки. Наконец она поняла и спросила:
— Вы хотите к своей прабабушке?
Если бы я не был ребенком, который мог только плакать и еще раз плакать, я бы закричал от радости и победно вскинул руки.
Но я только яростно кивнул. Женщина понесла меня, пока мы не оказались перед покоями королевы.
— Вы должны вести себя тихо и не беспокоить королеву, — предупредила она, властно нахмурившись в качестве предупреждения.
Я снова нетерпеливо кивнул, что, казалось, позабавило ее. Затем она постучала, сказав:
— Ваше величество, Эймон здесь. Он безутешен и безумно хочет к вам.
— Впусти его, — произнес слабый голос.
Войдя, я похолодел до костей от того, что увидел. Моя ранее сияющая, полная жизни прабабушка теперь похудела и выглядела слабой. Она сидела у изножья своей кровати, ее взгляд был отсутствующим.
Я почувствовал, как у меня защипало в глазах. Как только Джонквиль Дарк оставила меня на кровати, я быстро подполз к своей ослабевшей прабабушке и уткнулся ей в шею, где тихо всхлипнул.
Она обхватила меня руками, уже не такими большими, но все равно гигантскими для меня, и нежно погладила по спине круговыми движениями.
— Что случилось, мой маленький дракончик? — тихо спросила она.
Я продолжал плакать, не зная, как выразить свою боль. С тех пор как я появился в этом мире, я постоянно боялся смерти. Боялся до такой степени, что этот страх мешал мне жить.
Я боялся и не смел думать о том, что Алисанна Таргариен может не увидеть, как я возьму в руки деревянный меч.
И тогда я подумал: «К черту все это, чего страшного произойдет? Мне уже полтора года, я и так слишком долго терпел».
— Я… я не хочу, чтобы ты умирала, — сказал я, освобождаясь от груза, который душил меня с похорон тети Гейль.
И от всей тревоги, которую я испытывал при мысли о том, что могу потерять свою вторую семью.