Глава 88.1

— Так, подождите-ка. Рай? Ад? Не говорите мне, что вокруг шляются еще и ангелы с демонами!

Исаак оглядел лица присутствующих, словно услышал шутку и надеялся найти в их выражениях тому подтверждение, но все оставались предельно серьезными. Неловко рассмеявшись в возникшей тишине, парень допил остатки вина из своего бокала. Ну да, в такой-то фантастической обстановке куда уж без ада и рая?

— Война против Рая и Ада продолжается с незапамятных времен. Говорят, что до Семидневного Бедствия существовал мост, который соединял наш мир с ними.

— Говорят?

— Никто не видел его лично. Он походил на Врата, за исключением того, что если он и  открывался, то оставался таковым до тех пор, пока его не закрывали принудительно. Поэтому его и назвали Мостом. Ради того, чтобы запечатать его, нам пришлось провести множество сражений. Это мы знаем уже наверняка, поскольку есть свидетельства самого старого живого существа, который родился до Семи Дней Бедствия.

В этом мире могло быть только одно существо, которое было достойно звания старейшего.

-…Дракон?

— Мы называем его Древний.

— Дракон, вау… Хотелось бы мне однажды его увидать.

В воображении Исаака имелось множество вариаций воплощений драконов, поскольку в мире фэнтези литературы и сериалов встречалось просто невероятное количество их разновидностей. Мазелан же вдруг с искренним сочувствием покачал головой.

— …Я бы не рекомендовал. Представители этой расы обладают… сложным характером, если не сказать больше. В любом случае, даже если этот Мост, соединявший Рай и Ад, рухнул во время Семидневного Бедствия, они все еще продолжают вторгаться к нам, используя врата в качестве альтернативного маршрута.

— То есть выходит, вы боретесь не только с Экспедиционными Силами, но и с Раем и Адом?

— Все верно.

— И демоны неистовствуют, а у ангелов есть крылья?

— Ты хочешь знать, похожи ли они на демонов и ангелов внешне?

— Да.

— Мы не знаем. Никто не видел их истинных форм. Все, что мы знаем точно, что и те и другие – настоящие сучьи дети.

Исааку показалось любопытным то, что Мазелан был настроен к ним настолько враждебно.

— Позволь мне объяснить тебе кое-что.

Мазелан поставил перед собой две солонки, друг рядом с другом. Затем положил нож и вилку с обеих сторон солонки справа.

— Правая солонка – это мир, в котором мы сейчас находимся. Левая – твой предыдущий мир.

Затем Мазелан посыпал на стол немного перца, связав вилку, нож и солонку справа в одну линию.

— Перец – это врата, которые соединяют наши миры. Вот почему мы называем наш мир Срединным.

— Тогда нож это Ад, а вилка – Рай?

— Быстро схватываешь. Но Ад – это не суровое место с бесплодными пустынями, а Рай – не солнце да бесконечная радуга. Они оба не особо отличаются от мира, в котором мы живем. Это миры, в которых проживают множество рас, включая людей.

— То есть ты говоришь, что там живут не ангелы или демоны, а люди и другие расы, как и здесь?

— Да. Правда, при этом расы тех миров полностью отличаются от наших.

— Тогда почему вы, ребята, вообще сражаетесь? Я уверен, что вы могли бы хотя бы попробовать провести дипломатические переговоры, если те существа так похожи на нас.

Мазелан так сильно замотал головой, отрицая это, что Исаак даже забеспокоился о сохранности его шеи.

— Это невозможно. Обдумай все хорошенько. Мы – Срединный мир. Внизу Ад, сверху Небеса. Куда люди твоего мира уходит после смерти, по их мнению?

— Наверх, к Богу, если вел себя хорошо, и к Дьяволу, если был… что?

Исаак вздрогнул и не смог договорить фразу до конца. Мазелан горько улыбнулся и кивнул.

— Все как ты говоришь. Для ребят из Ада – наш мир является Раем, для ребят из Рая – Адом. Проблема заключается в том, что все действительно так. Жители Ада готовы на все, чтобы подняться сюда, а те, кто падает с Небес, делают все возможное, чтобы сбежать и вернуться домой. Все расы объединили свои силы, пытаясь разобраться с проблемами Рая и Ада еще до Семидневного Бедствия, и эта традиция никогда не нарушалась. Экспедиционные Силы просто стали новым дополнением в нашем списке врагов.

— Честно говоря, это куда больше напоминает сказочки для наивных обывателей.

— До Семидневного Бедствия они проходили через Мост целыми и невредимыми, однако теперь вторгаются силой, используя тот же метод, что и жители твоего мира.