Исход 7.5 (часть 2)

Мы были в пути — как и было обещано, копы оцепили некоторые перекрёстки, и я могла только предполагать, что сделано это было по той же причине, по которой мы ехали по маршруту. Мэр хотел устроить шоу, и более впечатляюще это смотрелось с десятком явно вооружённых полицейских, перегораживающих дороги, чем с автоматизированными системами, перекрывающими улицы.

Было тихо, мой рой и естественная популяция насекомых прислушивалась к сотням тысяч звуков и голосов вокруг нас, причём большинство людей жаловались на пробки, а множество представителей СМИ освещали нашу поездку.

Но кроме этого не происходило ничего, даже несмотря на то, что Бэймакс действительно включил для нас больше зелёных светофоров, чем мы должны были иметь в пути.

Васаби и Хиро летели над нами, я сидела в первом бронированном грузовике колонны, набитом довольно большим количеством солдат, которые пытались «незаметно» меня разглядывать, не поворачивая в мою сторону головы — двое из них, в самом дальнем углу, вообще шептались обо мне. Им было интересно, как я выглядела под маской, и насколько полезной «девочка с жуками» вообще может быть в драке.

У нас в запасе было ещё десять минут, когда мы доехали до внешней границы аэропорта, направляясь к частной взлётно-посадочной полосе, где нас ожидал самолёт.

— Похоже, эта поездка всё-таки оказалась скучной, — выдохнула Гого.

— Скучная поездка — это хорошо, — сказала Хани.

— Мы ещё не доехали, — пробормотала я, достаточно тихо, чтобы это услышали только по нашей линии связи.

Я слушала, как водители отчитывались перед директором Уилсон, когда они проезжали последний контрольно-пропускной пункт, и как переговаривались пилоты вертолётов всякий раз, когда они попадали в зону действия моих сил — их перекрикивания слышать и понимать было сложнее. Они называли названия улиц и мест, которые я не могла видеть, но я имела хотя бы общее представление о том, что они имели в виду…

Теперь, когда мы были на окраине города, шум мегаполиса оказался за пределами моего радиуса. На открытой местности, окружавшей аэропорт и его взлётно-посадочные полосы, не было ни высоких зданий, ни нагромождений улиц.

— У нас есть движение! — послышалось из всех радиоприёмников одновременно, и я узнала голос одного из пилотов вертолётов.

Солдаты в моём грузовике не колеблясь схватились за винтовки и замолчали.

— К вам приближается несколько транспортных средств на повышенной скорости, маршрут пересечётся с вашим, если вы продолжите двигаться в том же темпе. Расчётное время прибытия — меньше минуты…

Как только он договорил, они появились и в моей зоне действия сил, две, три, четыре, шесть машин.

— Ещё больше приближается с юга… Вас понял, приказ подтверждаю. Директор Уилсон разрешила использовать боевые патроны, всем сменить магазины!

И солдаты не колеблясь заменили магазины с резиновыми патронами на боевые, помеченные красной отметкой.

— Ваши указания, сэр? — сказал уже другой человек, водитель моего бронированного транспорта.

Я слышала голос Хиро через своих жуков и наушник.

— Всем машинам остановиться! Первое подразделение, охраняйте медтранспорт, второе подразделение, вы будете прикрывать тылы. Всем солдатам выйти из машин и готовиться к бою.

Грузовики развернулись, и казалось, что угол поворота был настолько резким, что машины вот-вот перевернутся, но после инерция погасла. Двери открылись, и я вышла. Солдаты двигались за мной, словно единый механизм. Они были хорошо обучены.

Площадка, где мы остановились, была полностью открыта, не было ни одного места для возможного укрытия.

Моя рука потянулась к уху и пальцы активировали личный комм.

— Что насчёт автоматизированных систем безопасности?

— Они двигаются по краю рабочего периметра! — ругнулась Гого. — Они в нашей слепой зоне. Бэймакс не сможет их остановить!

Я почувствовала, как кровь застыла в жилах.

Совпадение? Или же они каким-то образом спланировали всё это?

У них есть предсказатель? Боевой Умник?

Грузовики противника мчались в нашу сторону. Их было двенадцать — восемь ехали с восточной стороны, ещё четыре — с южной.

Я прощупала местность вокруг меня — у меня всё ещё был приличный рой, но большая его часть была бесполезна — огромного количества жучков, которыми я могла управлять в черте города, здесь не наблюдалось.

Мне сойдёт.

Я чувствовала, как насекомые вокруг меня жужжат — пчёлы, осы, оводы, комары, пауки, скорпионы, тараканы и всё, что было между ними — даже мелкие мошки и медоносные пчёлы с окрестных полей были взяты под мой контроль. Над нами начало формироваться клубящееся облако, заслоняющее нас от лучей послеполуденного солнца.

— Плазма, на тебе безопасность медицинского транспорта. Мы не можем допустить пробуждения Дрожи Земли.

— Я понял.

Я подняла голову вверх и увидела Героя.

— Подтверждаю, плюс-человек был идентифицирован как Химера! Я повторяю, второй вертолёт подтвердил, что в составе группы есть Химера, всем следовать протоколам взаимодействия с Оборотнями.

Я чувствовала, как мои пальцы сжимаются, пока я оценивала нашу ситуацию.

Шестеро человек в каждой машине, всего двенадцать машин, всего семьдесят один человек плюс Химера, все вооружены. Когда противники начали готовиться к столкновению, их винтовки загудели необычным звуком, от которого у меня вдруг заныли зубы.

Некоторые из них носили броню, но не силовую, какая была у Охотника за головами, а броню, которая закрывала их с головы до пят. Таких была фактически половина. Тридцать из них были рангом повыше, лейтенанты?

Восточная группа с визгом шин по асфальту остановилась рядом с нами секунд на двадцать раньше южной группы. Наши солдаты открыли шквальный огонь по противнику, пули врезались в передние машины со скрежещущим звуком. Машины оказались брорированными, ни одна из пуль не смогла пробить их насквозь, но первая машина потеряла управление, резко накренившись на бок, прежде чем переднее колесо резко отвалилось, заставляя машину уйти в неконтролируемый штопор.

Автомобиль был остановлен в воздухе — он завис на месте, прежде чем его отшвырнуло назад. Задняя машина вильнула, избежав лобового столкновения, только для того, чтобы импровизированный снаряд задел заднюю её часть. Грузовик практически потерял заднее правое колесо, прежде чем остановился.

Остальная часть группы противников рассыпалась вокруг нас веером в попытке окружить. Люди из грузовика, который вывел из строя Герой, вывалились наружу, некоторые из них начали стрелять, но не по солдатам, а в Героя.

Я ощутила, что от оружия исходит жар, и сразу поняла, что…

— Это тепловые пушки! Двигайся! — крикнула я.

Герой знал, что лучше не спорить, что лучше не колебаться. Он начал уклоняться — крутился, вертелся, нырял в воздухе, ловко уходя от выстрелов, прежде чем перед ним возник плазменный щит.

Земля затряслась и потрескалась у нас под ногами, и на мгновение я подумала, а не очнулся ли внезапно Дрожь Земли, но он этого не сделал — жучок, которого я посадила на него, говорил о том, что тот всё ещё находился под действием седативных.

Вместо него это оказались водопроводные трубы, проходящие под землёй — они изгибались и перекручивались, отрывались с оглушительным треском металла, поддаваясь действиям Хиро, который возводил из них импровизированную баррикаду к северу от нашей группы.

К нам уже приближалась вторая часть нападающих, двигавшаяся с юга и возглавляемая Химерой, сидевшим за рулём машины во главе их колонны. Оборотень-парачеловек уже изменял форму своего тела — его мускулы стали больше, чем имели право быть у обычного человека, а руки начали покрываться жёстким чёрным мехом.

Наёмники из первой группы уже полностью выбрались из машин и открыли по нам огонь, когда я обрушила на них с небес свой рой.

То, что последовало за этим, было чистым хаосом, следить за которым у меня получалось только с помощью своего роя.

Я обрушила свой рой на противника, словно библейское нашествие саранчи. Насекомые жужжали, кусались, жалили противника. Какофония звуков была оглушительна даже по сравнению со звуками стрельбы из штурмовых винтовок.

Не все наёмники были в сплошной броне, чем я и воспользовалась. Мои жучки кусались, жалились и набивались внутрь, в результате чего большинство незащищённых бронёй солдат отчаянно царапали сами себя, пытаясь избавиться от насекомых, даже когда их крики становились всё тише из-за распухших ртов.

Хотя те, что были в сплошной броне…

Оставались невредимыми. Каждый из бронированных солдат был одет в облегающий костюм из материала, который мои насекомые не могли прогрызть. Я пыталась ослепить их, залепив им визоры, но они каким-то образом всё равно могли видеть обстановку вокруг, потому что их выстрелы всё ещё попадали в цель.

Я рассеяла рой вокруг таких, позволяя агентам ПЛИА видеть, где они находятся, позволяя им сосредоточить своё внимание на проблемных противниках. Один противник в сплошной броне упал, когда по нему попало бронебойными пулями — раздался крик, и вслед за ним упал и другой.

Я увидела, как Химера выпрыгнул из своего грузовика, бросившись вперёд на своих всё ещё человеческих ногах, взяв курс прямиком к медицинскому транспорту.

— Плазматек, слева от вас! — крикнула я. — Химера!

Васаби повернулся, и я увидела, как он поднял щит, в который злодей и врезался, словно поезд, оставив на щите паутину трещин, из которых с шипением выплёскивались газообразные горючие сгустки.

Мой рой окружил его, но его кожа больше не была обычной человеческой плотью, она стала чем-то более толстым, похожим на шкуру. Мои насекомые кусали, жевали и жалили, и я чувствовала, как под кожей Химеры перекатываются мышцы, но он превозмогал боль. Я слышала, как трещат его кости, когда он начал трансформироваться дальше, теперь больше похожий на зверя, чем на человека, словно помесь собаки с богомолом, на своих длинных, долговязых конечностях.

Я подтянула рой к его глазам и заметила, что они были защищены очками, и как и другие солдаты в сплошной броне, облако роящихся вокруг него насекомых, казалось, совсем не мешало ему видеть всё перед собой.

Нет…

Они были готовы ко встрече со мной!

Я думала, они готовились столкнуться только с командой.

Но они подготовились даже ко встрече со мной.

Химера что-то прорычал низким и нечеловеческим голосом, звук зарождался у него прямо в груди, прежде чем он снова взял на таран плазменный щит, словно разъярённый бык пробив его насквозь. Впервые за долгое время Плазматек включил свои клинки.

Васаби бросился на Оборотня, все его триста с лишним фунтов силовой брони в резались в то, во что, чёрт возьми, превращала Химеру его сила. Они столкнулись, словно грузовики, въехавшие в друг друга на полной скорости.

Васаби всегда использовал клинки больше как инструмент защиты, чем как оружие. Даже сейчас, после многих лет героической деятельности, он не хотел калечить противника.

Клинки сделали своё дело, выдержав напор Химеры и не позволив ему приблизиться на расстояние удара.

Я следила за боем, выискивая слабые места противников, даже когда ныряла за укрытие, избегая выстрелов от наёмников, которые видели меня даже сквозь облако насекомых.

Именно тогда я узнала, что они знали про некоторые аспекты моей силы, но не про все из них.

Один из наёмников подал сигнал рукой, и двое его парней отошли в сторону, чтобы обойти меня с фланга. Ещё двое отправились в другую сторону, чтобы взять меня в тиски.

Они не знали, что я могла их видеть.

Это означало, что они всё ещё не могли видеть сквозь твёрдые предметы, даже с помощью технологий, которые они использовали, чтобы видеть сквозь насекомых.

Первый наёмник выглянул из-за края бронированного грузовика только для того, чтобы кулак моей протезированной руки врезался ему в район виска.

Он пошатнулся, застигнутый ударом врасплох. Другой солдат навёл на меня винтовку и выстрелил, но я уже двигалась, обойдя его напарника, чтобы заломить его руку. Своей живой рукой я вытащила оружие у него из кобуры, направив на второго мужчину, используя его всё ещё ошеломлённого приятеля в качестве прикрытия.

Он колебался перед тем, как выстрелить.

Я — нет.

Мой выстрел попал парню в плечо, отдача была ужасной — мне точно повредило запястье. Это была пушка с обычными, бронебойными пулями, не тепловая.

Мои жуки кинулись в дыру, проделанную в броне, кусая и разрывая живую плоть, и внезапно парень оказался слишком занят криками и попытками убрать от раны насекомых, чтобы даже подумать о том, чтобы пристрелить меня.

Его приятель, которого я использовала в качестве живого щита, пришёл в себя, развернулся и попытался ударить меня своей винтовкой. Я пригнулась, выбросив вперёд протез, чтобы схватить его за горло и врубить на полную мощность электрошокер.

Он задёргался, начал задыхаться и схватился за горло, прежде чем его отбросило назад. Он ударился головой о землю и разбил шлем.

Последний из трёх наёмников, пришедших по мою душу, вскинул винтовку и выстрелил, но я снова вскинула руку, выстреливая из протеза абордажным крюком. Крюк, который мог спокойно пробить бетон, пробил броню и зацепился за неё ровно настолько, чтобы я могла без боязни дёрнуть его на себя со всей силы. Я сбила его прицел и отступила так, чтобы за его спиной оказались двое его приятелей, которые вот-вот должны были выйти на нас с другой стороны грузовика.

Увидев меня, они выстрелили, но попали в своего товарища. Раскалённые снаряды тепловых пушек прожгли его броню и плоть.

Он упал, захлёбываясь криком агонии.

Я выстрелила один раз, попав одному из наёмников в бедро. Последний оказался умнее и нырнул обратно за укрытие, за угол бронированного грузовика.

Я упала на землю — моя рука уже знала, в каком направлении должна смотреть. Я выстрелила, пуля просвистела под машиной, раздробив лодыжку наёмника. Он взвыл, падая на землю, как раз в тот момент, когда Васаби на моих глазах отбросило в борт медицинского транспорта, чуть его не перевернув.

— Герой!

— Я вижу!

Химера сделал выпад вперёд, протянув когтистые руки, намереваясь разорвать броню Плазматека. Плазматек поспешно поднял перед собой щит, чтобы защититься.

Однако прежде, чем злодей успел нанести удар, из облака насекомых вырвался лист металла, врезавшись в Химеру, словно шар для сноса зданий. Я услышала хруст то ли костей, то ли каких-то других частей его тела, когда он упал на асфальт. Герой пролетел между ним и Васаби, и куски металла, вырываемые им из машин, вращались вокруг него, словно планеты вокруг солнца.

Химера поднялся на ноги, кинув яростный взгляд в сторону героев. Его когти выстрелили собой, удлиняясь на невозможную длину, двигаясь с невозможной скоростью. Мои насекомые залетали прямо в его рычащую пасть, заползали внутрь его горла, даже когда он кусал, жевал, глотал и пытался их выплюнуть.

Хиро увернулся, едва избежав попадания под когти Химеры и последовавшего за этим удара.

Внутренняя часть горла Химеры изменилась, мышцы внутри сменили форму, теперь без труда перемалывая насекомых, раздавливая их и проглатывая.

Я недооценила то, на каком тонком уровне он был способен контролировать свою биологию…

Я услышала и почувствовала, как недалеко от меня упали ещё двое агентов. Наёмники начали прорываться не только с северной, но и с южной стороны тоже. Их оказалось слишком много.

— Плазма — возьми на себя южную сторону, агентам требуется подмога!

— Но что насчёт…

— Герой сможет постоять за себя! Мы не можем позволить взять себя в окружение дюжине наёмников и Химере, двигайся!

Он бросился в указанную сторону. Так будет лучше. Поскольку он не хотел использовать свои клинки для нанесения ран, а его щиты не могли удержать более чем парочки усиленных ударов Химеры, лучше ему будет заняться контролем толпы и усилить наших солдат.

Я услышала и почувствовала, как северную линию обороны, удерживаемую нашими агентами, прорвали, и все они отступили к медицинскому транспорту, последнему рубежу, который должны были защитить во что бы то ни стало.

Химера бросился на Героя, когда смог перевести дыхание, глотая и с хрустом перемалывая насекомых, которых мне удалось запихать ему в глотку. Он держал зубы стиснутыми, и каждый из его зубов был острым и зазубренным, словно нож, не давая моему рою снова забраться к нему в рот, даже когда он втягивал в себя воздух через рот.

Собранный Героем металлический мусор был, теоретически, слабее щитов Плазматека, но тем не менее, у мусора перед щитами было явное преимущество.

Гибкость.

Металлические пластины врезались в Химеру в середине его прыжка с силой, заставляющей заныть зубы. Металл вокруг него деформировался, скручивался и изгибался, обвиваясь вокруг парачеловека, словно вторая кожа, прежде чем вдавить Химеру в бетон, как только у Героя получилось остановить его продвижение вперёд.

Химера ударился об асфальт с громким звуком и тёмной крошкой, брызнувшей под его весом. Когти Химеры впились в землю, а колени подогнулись, когда Хиро навалился на него всем телом.

Васаби добрался до агентов на южной стороне, когда рухнула ещё одна линия обороны по восточной стороне. На этот раз никто не отступал — наёмники убили всех солдат.

Я стиснула зубы — нас чертовски разбросало.

С основной массой наёмников без спецзащиты, на которую я наслала своих жуков, было покончено — каждый незащищённый человек превратился в распухший, ужаленный, выведенный из строя беспорядок, валявшийся на земле, и потому я кинула большую часть своего роя на оставшихся в строю бронированных наёмников и Химеру.

Жужжащий, жалящий и кусавшийся, всё более отчаянно ищущий слабые места противника. Я находила такие у некоторых людей — пробоины от пуль или застрявших в костюмах кусочков шрапнели, или даже места, которые потрескались под градом оружейного огня или расплавились под воздействием тепла их собственных пушек. Ещё больше насекомых атаковали само оружие, заползая в стволы, поджариваясь в вентиляционных отверстиях, закупоривая их своими телами. Шесть пушек вышли их строя под натиском моей маленькой армии, две из них взорвались прямо в руках владельцев от перегрева, и раскалённая шрапнель вонзилась в людей, заставляя их кричать и корчиться на земле, когда горячий жар плавил их плоть в тех местах, где пробивал броню.

Я слышала вдалеке вой сирен приближавшейся подмоги — копы это были или ещё агенты, мне было всё равно.

Теперь я могла слышать их приглушённые голоса сквозь слои звукоизолированной брони. Они переговаривались по своей линии, ничего не говоря о самом Химере. Был ли он просто дополнением к боевой группе? Входил ли он вообще в их группу наёмников?

Наёмники накинулись на нас, будто до сих пор действовали не в полную силу. Их наступление на солдат агентства стало более яростным, они бросали боевые гранаты под бронированные машины, которые агенты использовали в качестве прикрытия, и стреляли очередями, не давая агентам ни минуты передышки, в какие они могли бы открыть ответный огонь по противникам, продвигаясь вперёд со скоростью, в какой ранее не были замечены.

Но даже в этом хаосе, почувствовав напряжение в теле Хиро, я была удивлена. Мои насекомые прислушивались к его дыханию и ощущали, как кровь пульсирует в его венах.

Впервые за долгое время я активировала программы, встроенные в визор маски, мигнув-кликнув на окошко с информацией о броне Хиро.

Энергопотребление костюма зашкаливало, и Хиро быстро отключил все несущественные системы, чтобы перенаправить всю энергию на магниты.

Я должна была вернуться, чтобы помочь ему!