Глава 23. Джон.
— Они ведь не должны так быстро расти, верно? — пробормотал Джон, глядя на парящих в вышине драконов и чувствуя лёгкую тревогу. Он любил Снежку, их связь крепла с каждым днём, но она оставалась драконом. Она не думала и не чувствовала как человек. И если Призрак был необычайно умён для зверя, то Снежка порой казалась почти человечной в своей сообразительности, что пугающе сочеталось с её хищной натурой.
Усиливало это беспокойство и то, что Эйгон уже несколько недель не выходил на связь. Джон понимал: брат на войне, и слать воронов слишком рискованно, но ни он, ни Рейнис не знали, как развивается связь Эйгона с Нимеракс. Если Джон сам порой сомневался, сможет ли удержать Снежку в узде, то на что способна более слабая связь?
— Не думаю, — ответила Рейнис. — Судя по донесениям о драконах Дейнерис, те росли куда медленнее.
Джон взглянул на сестру. По ее тону и выражению лица было ясно: она что-то скрывает. Он уже приловчился подмечать такие моменты — в последнее время это случалось всё чаще.
— Рей…
Та на мгновение задумалась, затем подошла к одному из крупных валунов на берегу и устроилась на нём, похлопав по камню рядом с собой. Когда он сел, она заговорила:
— Помнишь тот сон? Тот самый, после которого они вылупились?
Джон вздрогнул и кивнул. Вряд ли он когда-нибудь сможет его забыть; в глубине души он радовался, что ничего подобного ему больше не снилось.
— Эта земля… весь этот остров и воды вокруг повидали столько смертей, Эйм. Так много валирийцев, драконьих семян погибло здесь. Многие из них отдали жизни ради нас, ради нашей семьи. По сути, целая война случилась…
— …из-за меня. Потому что отец хотел «третью голову дракона».
Рейнис обняла его, притягивая к себе.
— Это не твоя вина. Отец мог поступить иначе, найти другие пути. И даже если бы наш дед не совершил того, что совершил, войны могло не быть. Но она произошла. И люди умирали ради тебя, ради нас. Тысячи жизней были принесены в жертву. Даже наш отец… истёкший кровью в водах Трезубца, который впадает в Залив Крабов, а затем — в Узкое море…