Глава 37. Рейнис.
Рейнис настояла на том, чтобы они встретили северян во дворе, как только те прибудут. Семья предстала перед гостями единым фронтом: в одинаковых красно-чёрных нарядах валирийского кроя. Трёхголовый дракон, вышитый на груди Эймона, был особенно заметен — Рейнис не собиралась давать Старкам ни единого шанса снова «задвинуть» её брата в тень.
Она и Эймон стояли по обе стороны от Эйгона. Их тёмные волосы и её смугловатая кожа Мартеллов выгодно оттеняли более светлые, классические черты лица короля. Рейнис не видела себя со стороны, но по одобрительному кивку септы Лемор поняла: эффект достигнут. Арья, стоявшая неподалёку, смотрела скорее с насмешкой, чем с почтением, но для Рейнис это было лучшим комплиментом — значит, они выглядели как истинные Таргариены.
Она чувствовала, как Эймон нервничает. Когда первые всадники показались в воротах, Эйгон коротко и крепко сжал руку брата — жест поддержки, который не укрылся от её глаз. Раньше Эймону никогда не позволили бы стоять в первом ряду; лорд Старк годами подтачивал его уверенность мелкими, незаметными унижениями.
Первыми шли знаменосцы с лютоволком. За ними — лорд Эддард и его старшие сыновья. В закрытой повозке, без сомнения, находились леди Старк и Санса. Арья много рассказывала о них, но красноречивое молчание Эймона говорило куда больше.
Следом тянулись знамёна вассалов Севера. Варис заверял их, что теперь, когда мир восстановлен, лорды стекутся в столицу, чтобы поглазеть на «принца из рода Старков». Лицемерие этого паломничества было очевидным для всех, и Джон Коннингтон уже удвоил стражу вокруг короля.
Глашатай выкрикнул титулы, и Рейнис с холодным удовлетворением наблюдала, как северяне с разной степенью неохоты склонялись перед ними. Только после этого Эйгон предложил им хлеб и соль — он знал цену законам гостеприимства и хотел связать этих людей узами чести.
— Благодарю вас за присутствие, — голос Эйгона звучал ровно и властно. — Свадьба моих брата и сестры станет символом единства королевства и исцелением ран, оставшихся после восстания. Для нас честь видеть здесь тех, кто знал принцессу Лианну и чтит память её сына.