Глава 38. Джон.
Атмосфера удушающей формальности испарилась, стоило Джону и его кузенам оказаться в жилых покоях крепости.
Рикон, как и следовало ожидать, сорвался первым: он громко заныл, жалуясь на тесноту парадного дублета и невыносимую южную жару. Санса привычно приструнила его, но Бран тут же перехватил инициативу, засыпав вопросами не столько Джона, сколько застывшего за его спиной королевского гвардейца.
Сир Лорас держался с безупречным достоинством. И если ему пришлось слегка поступиться строгостью устава, чтобы удовлетворить любопытство Брана, Джон решил, что оставит это их маленькой тайной.
Крепко держа Рикона за руку, чтобы тот не пустился вскачь по коридорам, Санса свободной ладонью подхватила Джона под локоть. Он на мгновение окаменел, прежде чем заставил плечи расслабиться. Он знал, что люди из его прошлого — особенно Санса и леди Старк — теперь будут относиться к нему иначе, но это льстивое внимание было ему противно.
В их глазах он оставался тем же человеком, которого годами считали живым напоминанием о грехе. Простое знание имен его родителей не делало его душу благороднее, чем она была в Винтерфелле.
Джон понимал, что никогда не сможет до конца простить тех, кто сменил гнев на милость, стоило ему сменить фамилию. Часть его всегда будет помнить: единственное, что им в нём не нравилось — это его имя. И неважно, что Санса, без сомнения, уже видела в нём мостик к короне Эйгона.
— Здесь всё так… упоительно! — ворковала она, с восторгом ощупывая взглядом каждую гобеленную нить. — Тебе так повезло жить в таком месте! А Арья! Поверить не могу, что она сбежала из дома, а в итоге получила такую награду!
Джон перехватил взгляд Робба. Тот лишь пожал плечами и отвёл глаза. Санса должна была понимать значение слова «заложница» — они ведь выросли бок о бок с Теоном Грейджоем, — но она предпочитала игнорировать реальность ради красивой картинки. Он никогда её не поймёт.
Он привёл их в свои покои. Пока мальчишки с голодным остервенением набросились на еду, Санса продолжала инспектировать обстановку. Ужин прошёл сносно: Робб старательно делал вид, что всё в порядке, а младшие просто радовались встрече. Джон позволял им фамильярность, на которую не осмелился бы ни один придворный, отчаянно пытаясь снова почувствовать себя их братом.
Но магия не сработала. Ни во время еды, ни после, когда он уложил Рикона, пообещал Брану завтрашний спарринг и пожелал Сансе доброй ночи.
Когда они остались с Роббом вдвоём, тишина стала невыносимой.
— Спасибо, что приехали, — нарушил молчание Джон.
— Я бы ни за что не пропустил твою свадьбу, — Робб поморщился. — И я хотел увидеть, как ты. Отец был… сам не свой после вашего разговора.
Джон дёрнул плечом.
— Я высказал ему несколько горьких истин. Слишком долго они копились внутри.