Глава 37. Индукция с Орденом.

Конечно же она оказалась права. Все смотрели на них, но далеко не все с улыбкой. Северус подвёл её к предназначенному им месту. Гермиона шла будто на автопилоте и лишь нервно улыбнулась мужчине, когда он вытащил для неё стул, прежде чем усесться самому.

— Ах, Гермиона и Северус. Приветствуем вас. Я пока проинформировал всех о вашей совместной миссии. И прежде чем мы начнём обсуждение, есть ли у вас какие-то новости для нас?

Дамблдор сидел во главе длинного стола, внимательно разглядывая их сквозь очки-полумесяцы. Северус начал свой доклад нарочито скучающим тоном, по порядку рассказывая о всех встречах и планах Волан-де-Морта. Когда настала её очередь говорить, все взгляды обратились к Гермионе, включая зелёные глаза Гарри и карие — Рона. Она начала говорить, и только утешительное тепло колена Северуса, которое соприкасалось с её ногой, удерживало её голос от дрожи.

— Во время последней вылазки я пошла осмотреться в своей анимагической форме. Но в подземельях я не обнаружила ничего нового…

Дамблдор взглянул на неё с надеждой, но, когда Гермионино молчание затянулось, он раздражённо вздохнул.

— И что было в подземельях?

Глаза Гермионы сузились.

— Заключённые, сэр. Жертвы войны, горы мёртвых и умирающих, склад органов. Там был даже маленький мальчик, которого подвергали пыткам. Я не знаю, жив он сейчас или нет.

Её тон был прохладным, и взгляд Дамблдора девушка встретила с вызовом. Она точно знала, что Северус одобрил бы её поведение, даже если другие этого не оценили. Дамблдор отвёл взгляд и повернулся к большому пергаменту, возникшему перед ним на столе. Гермиона разглядела магические чернила, которые каждый раз заново проявлялись на бумаге, ещё даже не высохнув. В списке было её имя.

— Гермиона Джин Грейнджер, принимаете ли вы предложение вступить в ряды Ордена Феникса и делать всё, что в ваших силах, чтобы помочь тем, кто находится на стороне света, и противостоять тем, кто находится на стороне тьмы, чтобы, в конечном итоге, победить Тёмного Лорда?

Гермиона встретила взгляд директора и кивнула. Её голос был абсолютно спокойным.

— Да, сэр.

В раскрытой ладони Дамблдора появилось перо, которое мгновенно напомнило ей о бордовых перьях на одеждах Пожирателей смерти. Гермиона встала и подошла к директору, аккуратно макнув кончик пера в горшочек с чернилами и изо всех сил постаравшись не капнуть на пергамент. Едва гриффиндорка поставила подпись напротив своего имени, как она почувствовала магию, крепко-накрепко связывающую её с договором и буквально проникающую в её душу, разрушая там всё к дьяволу. Это всё, конечно, было смешно, но воздействие магии, работающей на силу света, было уничтожительным… А на хорошей ли стороне эта магия? Закончив выводить свою фамилию, она подняла глаза, наткнувшись на ободряющий взгляд Северуса, который обещал, что всё будет хорошо. Остальные равнодушно наблюдали за её действиями. Гриффиндорка знала, что она делает всё это именно ради Снейпа, что благодаря этому она станет к нему ближе, чем когда бы то ни было. Она так отчаянно боялась, что кто-то может занять её место рядом с ним…

Девушка прочистила горло и повернулась к улыбающемуся Дамблдору, чтобы пожать его протянутую руку. Она не могла понять, был ли директор искренен или нет. Гриффиндорка вернулась на место и легко улыбнулась Снейпу, который аккуратно сжал её колено под столом.

Остатки собрания они слушали Дамблдора, рассказывающего новости с магического фронта. Северус сообщил, что им придётся остаться на ужин, так как миссис Уизли их отсюда не выпустит, — ведь они такие худые!!!

Молчание за обеденным столом было немного неловким. Гермиона закусила губу и перевела взгляд на Северуса, который спокойно смотрел лишь в свою тарелку с большим куском говядины и никуда больше. Ремус делал всёвозможное, чтобы завести светскую беседу с Мастером Зелий, но удостаивался в ответ лишь кивка или потока язвительных комментариев. Гермиона тяжело вздохнула, и чёрные глаза мгновенно обратились к ней.

— С тобой всё в порядке?

Она отрешённо кивнула, пронаблюдав за гриффиндорцами на противоположном конце стола, которые склонились друг к другу, что-то горячо шепча. Гермиона знала, что они говорили о ней, потому что Рон то и дело кидал на неё взгляды «лёгкие», как кирпич.

Очевидно, Снейп проследил за её взглядом, поскольку его челюсти сжались. Гермиона откашлялась и улыбнулась зельевару, присоединившись к разговору об изменениях Волчьелычьего зелья и «случайно» втянув Северуса в обсуждение интересной ему темы. Снейп периодически кисло отвешивал язвительные шуточки, но Гермиона, тем не менее, смеялась, наблюдая, как он подкалывает Люпина и его вторую сущность.