Часть 36

Мадара дремал, когда несколько часов спустя Сакура наконец вернулась в спальню. Только скрипнула дверь, и он сразу открыл глаза. Мадара сонно наблюдал, как Сакура забирается к нему под одеяло.

Устроившись на подушке, она тихо вздохнула и легла к нему спиной. Мадара колебался, стоит ли ее трогать. Он страстно желал прижать ее к себе, обвиться вокруг нее всем телом и заснуть. Однако одного взгляда на Сакуру хватило, чтобы заметить ее напряженность.

— Сакура?

Она медленно развернулась к нему. Выражение ее лица было непроницаемым, как бы Мадаре хотелось хоть раз проникнуть ей в голову и понять о чем она думает. Сакура дотронулась пальцами до его лба. Он почувствовал прилив ее чакры.

Мадара поднес ее руку к своим губам и поцеловал ладонь. Знать бы еще, как успокоить Сакуру, но он боялся, что его слова лишь усугубят ситуацию. Даже обычное прикосновение казалось ему плохой идеей, хоть он не в силах был отпустить ее руку.

— Ты особенный, Мада-кун, — произнесла Сакура.

Его сердце бешено колотилось, Мадара чувствовал, что его тянет к Сакуре будто магнитом. Одной рукой он прижал ее к себе, устраивая ее голову так, чтобы она слышала его пульс.

— Спи, малышка, — тихо пробормотал он.

Сакура уткнулась носом в его грудь. Легкие взмахи ресниц щекотали его кожу. Дыхание Сакуры выровнялось. Как только Мадара убедился, что она заснула, он тоже закрыл глаза.

***

Мадара проснулся один. Он вслепую обшарил вторую половину кровати и очень разочаровался, не обнаружив Сакуру. Пошатываясь, он поднялся на ноги. Он должен был почувствовать ее движения, но почему-то этой ночью он спал намного крепче обычного.

Предположив, что Сакура ушла в больницу на свою смену, он направился на кухню, чтобы раздобыть себе завтрак.

После вчерашних событий Мадаре было о чем поразмыслить. За все то время, пока он гонялся за ней и влюблялся, ему ни разу не пришло в голову поставить себя на ее место и понять, почему Сакура не решалась на нечто большее, нежели рабочие отношения. Дело было вовсе не в Саске, как ранее предполагал Мадара — ее пугала именно неопределенность.

Мадара не мог объяснить, почему нисколько не сомневался в своей правоте насчет их с Сакурой «будущего». Он был до мозга костей уверен, что все его видения сбудутся. Он найдет способ вернуться домой и спасти Изуну. Заберет Сакуру с собой, и вместе они предотвратят падение клана Учиха.

Но это не означало, что Сакура была неправа в своих колебаниях. Мадара был обязан развеять ее страхи, и это означало, что ему нужно было быстрее продвигаться в своей работе в архивах Учиха.

Наливая чашку чая, он мысленно пометил себе закупиться продуктами. Не брать же каждый раз еду на вынос. Мадара разочарованно вздохнул: придется ему где-то найти денег. Нельзя просить у Сакуры, она и без того уже многое для него сделала.

Мадара надеялся, что в квартале Учиха что-нибудь осталось.

***

Когда Мадара продолжил читать с того места, где он остановился в архивах, то обнаружил, что не все понимает. Некоторые слова озадачили его. Иногда казалось, что цепочки предложений вообще не имеют смысла.

Эти странные маленькие заметки то тут, то там встречались на страницах, отчего Мадара ощущал неловкость.

В конце концов он осознал, что отчасти причиной было отсутствие у него Мангеке. Судя по тому, что прошлой ночью Сакура рассказывала о своих исследованиях, Мадара пришел к выводу, что в данный момент не может быть и речи о пробуждении его додзюцу. К сожалению, в таком случае ему понадобится помощь Саске в прочтении архивов.

Покорно вздохнув, Мадара закрыл текущий том и направился обратно к святилищу Учиха. Мгновение он смотрел на пыль, невесомо парящую в воздухе вокруг него. Все в этом месте вызывало у него озноб. Воздух, казалось, обжигал его кожу и застревал в легких.

Тайны святилища, должно быть, как-то связаны с загадочными обстоятельствами его прибытия сюда. Единственный источник, где он еще мог почерпнуть информации, это луна.

Но Мадара был благодарен, что та больше не показывалась. После ее предыдущих появлений Мадара частенько чувствовал себя опустошенным, и ему только предстояло понять причину.

Если луна действительно вела его куда-то, все дороги указывали на Сакуру. Итак, теперь, когда он нашел ее, что ему делать?

Эта мысль расстроила Мадару, вновь в его голове начала формироваться тьма. Он сел на корточки, отряхивая грязные руки. Воздух на крыльце главного дома был вполне приемлемым, и ветерок приятно ласкал его разгоряченную кожу.

Мадаре удалось найти приличную сумму денег, спрятанную в комнате, которая, как он предполагал, была спальней родителей Саске. Вероятно, он нашел бы и больше, если бы обыскал остальную часть квартала, но на данный момент ему хватит на продукты для Сакуры.

Мадара оставил закладку в книге и покинул квартал. На этот раз, повинуясь интуиции, он наложил несколько защитных печатей. Теперь, пребывая в Конохе, Мадара считал себя ответственным за место, где некогда проживал родной клан. Ему не хотелось, чтобы здесь отирались всякие зеваки, особенно если его присутствие могло пробудить прежде дремлющее любопытство местных к клану Учиха.

Закончив, Мадара пошагал к рынку. После покупок он планировал приготовить обед и отнести его Сакуре в больницу. Так у него будет достаточно времени во второй половине дня, чтобы попытаться разобраться во всей проблеме Мангеке.

Не успел он подойти к первому прилавку, как к нему бочком приблизился знакомый человек, заглядывая в ящик с манго, возле которого остановился Мадара.

— Проголодался?

Мадара повернулся к сенсею Сакуры, раздраженно уставившись на его лицо, почти полностью скрытое тканью, за исключением глаза без шарингана.

— Какаши-сан, — коротко, но вежливо поздоровался Мадара.

— Сакура послала меня за тобой, — чуть ли не извинился Какаши. — но если ты хочешь есть, уверен, она отведет тебя в кафетерий.

Мадара в замешательстве приподнял бровь.

— Ты что, на побегушках у собственной ученицы?

— На самом деле, очень многие просьбы Сакуры я отклоняю, — признался Какаши, — но когда это что-то простое, я не прочь ей помочь.

Данный ответ только еще больше сбил его с толку.

— И о чем она тебя попросила?

— Для начала, забрать тебя, — сказал Какаши, его нетерпение росло. — для каких-то исследований. Как я понял, она специально выделила время. Наша девочка вечно чем-то занята, ты так не думаешь? И она разозлится, если мы собьем ей график, так что нам лучше поторопиться.

Мадара стиснул зубы, но все равно последовал за Какаши.

***

Какаши привел Мадару прямо в кабинет Сакуры, а затем, никому не сказав ни слова, вышел и резко закрыл за собой дверь.

Его поспешный уход вызвал у Мадары подозрения, но прежде чем он смог расспросить Сакуру, заметил, как она тянет в рот солдатскую пилюлю. Мадара мгновенно оказался возле Сакуры и вырвал эту дрянь из ее руки.

— Ты не будешь есть ЭТО вместо обеда, — строго заявил Мадара.

— У меня сегодня нет времени ни на что другое, — возразила Сакура, вырываясь из его хватки. — пора начинать, так что, будь любезен, присядь… пожалуйста.

Мадара впервые оглядел кабинет, немного шокированный его роскошью. Он был совсем не похож на ее квартиру, которая была опрятной, но маленькой и довольно скромной, если не считать множества растений.

Кабинет Сакуры скорее напоминал одну из комнат в доме Учиха до его разрушения. На полу мягкий ковер ручной работы из шелка и хлопка, вдоль стен — высокие полки, полностью заставленные книгами по медицине в кожаных переплетах с золотыми буквами. На столе стояла глянцевая табличка из черного дерева, на которой было выгравировано ее имя: Харуно-сенсей. За ее спиной висел какой-то сертификат, по бокам которого с одной стороны была пара медалей, а с другой — огромное окно, откуда открывался вид на внутренний двор и оранжерею — ту самую, которую он видел раньше, но под другим углом.

Мадара послушно уселся в одно из удобных кожаных кресел, которые стояли рядом с ее столом. С такого ракурса он мог напрямую смотреть на улицу, пока Сакура не села рядом.

Секунду он сверлил ее взглядом, сжимая в кулаке пилюлю. Атмосфера между ними все еще была напряженной. Мадара пока не мог успокоить Сакуру: не знал как. Он мало что мог сделать, но его сердце болело при виде ее, освещенной полуденным солнцем.

Она потянулась к Мадаре и разжала его руку. Покачала головой, когда обнаружила раздавленную пилюлю. Ее глаза метнулись к нему, немного предостерегающе, но все же в них можно было заметить смешинки. Сакура взяла салфетку с крошечного столика между их креслами и вытерла им ладонь Мадары.

— Мада-кун, для этой фазы исследования мне необходимо задать тебе несколько довольно провокационных вопросов, — перешла к делу Сакура, бросив салфетку на стол, а затем сжала руки в кулаки. — этот разговор, вероятно, будет неловким, — отвела она взгляд, — но мне нужно, чтобы ты был честен, независимо от того, как, по-твоему, я отреагирую на ответы.