Глава 4

Возрастное обновление: 9 месяцев

POV Эсми

У нас не было времени, чтобы подготовиться к неумолимо надвигающемуся визиту Вольтури. Видение Элис — ледяной осколок правды — говорило, что до их появления оставался месяц, не больше. Созывать всех наших друзей, кланы, разбросанные по миру, было непозволительной роскошью времени, да и после семи лет… я сомневалась, что многие из них захотят вновь узреть багровые мантии Вольтури. Карлайл был непреклонен: мы должны встретить их лицом к лицу, раз и навсегда.

В конце концов, их манила Ренесми, проверка её… стабильности. И да, время для неё словно застыло. Год она пребывала в облике шестнадцати-семнадцатилетней девушки, не подавая ни малейшего знака ни к росту, ни к увяданию. Я молила всех богов, известных и забытых, чтобы этот визит завершился как можно скорее.

Погружённая в пучину мрачных мыслей, я едва заметила, как малышка Грейс увлечённо играла в своём бассейне с шариками. И вдруг, словно удар молнии, все чувства заострились, внутри зародился ледяной ком ужаса. Мы забыли о Грейс! Подхватив её на руки, я прижала девочку к себе, спеша в кабинет Карлайла, где уже собрались Белла и Эдвард.

— Мы забыли о Грейс, — Эдвард озвучил мой кошмар.

— Действительно, — Карлайл закрыл глаза и устало потёр переносицу. — Мы были настолько поглощены тревогой за Ренесми, что забыли о той, кто действительно в опасности.

— Что случится, если они узнают о ней? — Белла взглянула на встревоженные лица Грейс и Карлайла. — Неужели они потребуют её обращения?

— Нет, — твёрдо ответил Карлайл. — Это породит бессмертного ребёнка. Нам придётся её спрятать.

Эдвард нахмурился, словно столкнулся с непробиваемой стеной:

— Где? Мы не можем отнести её к Сэму. Аро узнает о ней, стоит ему лишь прикоснуться к одной из наших мыслей. То же самое касается и Чарли.

Он был прав. Куда бы мы ни попытались её спрятать, вездесущий Аро, словно паук, оплетающий сеть, узнает об этом, украв информацию из наших голов. В комнате повисла гнетущая тишина, пока каждый из нас лихорадочно искал выход, придумывал щит для беззащитной Грейс. В этот момент, сквозь тишину, вихрем пронёсся знакомый, но оттого не менее отвратительный запах мокрой псины — Ренесми вошла в комнату вместе с Джейкобом. Карлайл вскинул голову, и мне показалось, что над ним на мгновение вспыхнула крошечная лампочка.

— Если мы не можем привести Грейс к стае, мы можем привести стаю к Грейс, — произнёс он с едва заметной усмешкой. — Элис не видит будущее дальше запаха Джейкоба. И это касается только его. Если один-единственный оборотень так искажает дар вампира, представьте, что сделает запах целой стаи с дарами Вольтури?

— Значит, — Эдвард кивнул, мгновенно поняв суть гениального плана. — Мы приведём сюда всю стаю, будем жить в этой вони целый месяц, чтобы Вольтури отшатнулись, не разглядев ничего необычного.

— Они увидят то, что мы хотим, чтобы они увидели. Мы-то к вони оборотней уже немного привыкли, благодаря визитам Джейкоба.

— Ох, спасибо за комплимент, — саркастически проворчал Джейк. — Я понял, что вы задумали. Я приведу Сэма и стаю к завтрашнему утру. Они сделают всё для Грейс.

Я почувствовала, как меня захлестнула волна облегчения, и поцеловала малышку в щёку, с нежностью наблюдая, как её крошечные пальчики касаются моего подбородка. Если этот план сработает, то появление Грейс в нашей семье станет началом новой, светлой главы.

После недели напряжённых тренировок, план был готов. Стая будет патрулировать дом днём и ночью, а Эмили останется с нами, внутри дома. В конце концов, она человек. Когда появятся Вольтури, она будет в детской с Грейс, чтобы та оставалась спокойной и накормленной во время визита. Сердцебиение волков заглушит любые звуки, издаваемые Грейс, а их удушающий запах скроет её собственный. Единственное, что могло пойти не так — если она начнёт плакать или шуметь. Но я отогнала эту мысль. Не стоит накликать беду, верно?

Ко второй неделе вонь мокрой псины стала почти невыносимой. В доме постоянно находилось не меньше пятнадцати оборотней, а Сэм пообещал привести ещё десять новобранцев на следующий день. Я твердила себе, словно мантру, что всё это — ради Грейс. Иначе, волки давно бы разбежались. К счастью, Эмили и Белла помогали готовить на всю эту ораву.

Чтобы скоротать время, мы по очереди присматривали за Грейс, разрешая знакомым волчатам держать её на руках и играть с ней. Карлайл предложил смешать её нежный, детский запах с запахом оборотней, чтобы Вольтури держались от неё подальше. Сэм, Пол и Джаред сменяли друг друга по утрам, Эмбри, Квилл и Сет — днём, а Джейкоб делил вечера с Ренесми.

После третьей недели я, честно говоря, начала сомневаться в видении Элис. Действительно ли они прибудут в этом месяце? А вдруг она ошиблась, и стоит ждать их лишь в следующем? Но звук волчьего воя, этот зловещий сигнал, вновь доказал, что видения Элис никогда не лгут.

Они прибыли.

План был запущен в действие. Стая заняла свои позиции, некоторые — уже в волчьей форме, готовые отразить нападение. Розали отнесла малышку Грейс к Эмили, чтобы та как можно быстрее уложила её спать. Остальные члены семьи застыли в ожидании на заднем крыльце, готовясь встретить Аро и его клан. Я молилась, чтобы Грейс хватило тёплого молока, чтобы быстро заснуть. И, главное, чтобы она не заплакала и не зашумела.

POV от третьего лица

Все Каллены, словно изваяния, ждали на заднем крыльце лесного особняка, плечом к плечу, объединенные невысказанным страхом. Лишь Ренесми, зажатая в объятиях родителей, и Джейкоб, неотступно следовавший за ней, казались живыми в этой застывшей картине. Они чувствовали приближение Вольтури, ощущали, как тьма сгущается вокруг, предвещая неминуемое столкновение. У подножия крыльца застыли Сэм, Пол и Джаред — готовые в любой момент сорваться в волчий бег, стать живым щитом. Эмбри, Квилл и Сет уже обратились, их янтарные глаза сканировали лес, охраняя каждый угол дома. Эмили укачивала Грейс, пытаясь усыпить её, но сон никак не приходил, заставляя сердце девушки сжиматься от тревоги.

Лия осталась с Эмили, чтобы скрыть человеческий запах и обеспечить им хоть какую-то безопасность. Ирония судьбы: девушка, испытывающая неприязнь к той, кто стал наречённой её прежней любви, теперь должна была её защищать.

И вот они появились — алые плащи, разрезающие сумрак. Впереди шествовали Аро, Кайус и Маркус, за ними — стеной стояли самые верные и могущественные стражи: Алек, Джейн, Деметрий и Феликс.

Карлайл выпрямился, заслоняя Эсми своей спиной, в тот самый миг, когда троица древних остановилась в нескольких шагах от Сэма.

Багровые глаза Аро вспыхнули нескрываемым удовольствием, когда он увидел оборотней, окруживших дом:

— Карлайл. Давно не виделись, друг мой.

— Аро, — сухо поприветствовал его Карлайл, сильнее сжимая руку Эсми.

— Довольно много оборотней для простого дружеского визита, — заметил Аро, и в голосе его послышалась зловещая ирония.

— Думаю, мы оба знаем, что если бы это был дружеский визит, то на столе стоял бы чай, — парировал Карлайл. — Излагай свои дела, Аро.

— Ты знаешь, зачем мы пришли, Карлайл, — прорычал Кайус, его лицо исказила гримаса отвращения. — Не притворяйся глупцом! Мы пришли взглянуть на полукровку, получеловека-полувампира, которого породил твой клан.

— Да, мы пришли именно за этим, — мягко произнёс Аро, поднимая руку, чтобы остановить брата. — Разве ты не пригласишь нас войти? Какие дурные манеры.

— Нам не нужно садиться за стол, чтобы сделать то, ради чего вы пришли, — голос Эсми звучал твёрдо, как сталь. — Если вы хотите увидеть Ренесми, смотрите и уходите.

Белла и Эдвард спустились к Вольтури, держа Ренесми между собой. Джейкоб, словно тень, последовал за ними, не отпуская наречённую ни на шаг. Улыбка Аро расцвела на его лице, и он издал тихий смешок, вновь услышав биение её сердца, ощутив живую кровь, бегущую по её венам.

— Боже, как ты выросла! — прошептал он и протянул руку Эдварду.

Эдвард, с тяжёлым сердцем, коснулся руки Аро, позволяя ему прочитать свои мысли, молясь, чтобы тот не увидел ничего о Грейс. Спустя мгновение Аро, казалось, остался доволен увиденным. Ренесми действительно перестала расти и стареть, она застыла в своей красоте навечно. Законы не были нарушены, и Каллены сдержали своё слово. Кайус разочарованно вздохнул, услышав слова Аро. Он жаждал, чтобы они нарушили закон, лишь бы получить повод для расправы. Маркус, словно тень, молча стоял рядом со стражами, безразличный ко всему происходящему.

Тем временем Эмили, наконец, удалось уложить Грейс спать. Она почувствовала облегчение, ведь на этот раз девочка сопротивлялась дольше обычного.

— Наконец-то, — пробормотала Лия, встретив укоризненный взгляд Эмили. — Что? Они не услышат меня за шумом собственного эго.

— Да, но ты можешь разбудить Грейс. Тогда их эго покажется нам меньшей из проблем, — рассудила Эмили и опустилась в кресло-качалку.

— Нет. — Лия закатила глаза и подошла к кроватке, наклонившись, чтобы проверить, спит ли девочка. — Она спит. Всё спокойно. Я могу идти?

— Нет, Сэм сказал, чтобы ты оставалась здесь, — Эмили покачала головой.

— Ну, — насмешливо ответила Лия, хватая первую попавшуюся игрушку с полки, — Сэм больше не мой альфа. Им стал Джейк. Я автоматически перестала заботиться о том, что говорит Сэм, и слушаться его, после того, как он бросил меня ради тебя. И мне это прекрасно удавалось, спасибо тебе большое!

В порыве раздражения она забросила игрушку через плечо, не заметив, что внутри неё есть батарейки…

И как только игрушка коснулась пола, раздалось громкое: «Привет, друзья!» К ужасу обеих девушек, она запела песенку из детской азбуки. Грейс проснулась от неожиданного шума и заплакала, а Эмили и Лия побледнели, словно полотно.

На заднем дворе Аро вскинул голову, услышав какофонию детской музыки и плача. Каллены пытались сохранять невозмутимый вид, но испуганные глаза Розали выдавали их с головой.

— Есть ли ещё какая-то причина, по которой ты не приглашаешь нас войти, Карлайл? — спросил он, сузив глаза. — Связано ли это как-то со звуками детского плача?

— Думаю, на этом всё, — сказал Карлайл. — Вы видели Ренесми, теперь уходите.

— Зачем тебе человеческий ребёнок, Карлайл? — настаивал Аро.

— Прощай, Аро.

— Покажи мне его!

Карлайл понял, что всё кончено. Аро не уйдёт, пока не добьётся своего, а если они и дальше будут ему отказывать, он просто прикажет напасть и уничтожит клан Калленов. Он не мог подвергнуть опасности ни свою семью, ни волков. Не оставалось ничего другого, кроме как показать им Грейс.

Он вздохнул и отступил в сторону, пропуская Вольтури в дом.

Розали обезумела, забаррикадировав дверь в детскую Грейс, не давая Карлайлу и Эсми войти, а Эмили — выйти. Эммет отчаянно пытался оттащить её от двери, но всё было напрасно. Даже самый сильный вампир в семье не мог сдвинуть её с места.

— Я не подпущу их к ней! — кричала она, вцепляясь ногтями в руки Эммета, царапая его глубже, чем когда-либо прежде. — Я не позволю им увидеть её! Они причинят ей боль! Они убьют её!

Если бы вампиры умели плакать, её щёки были бы мокрыми от слёз. Вместо этого девушку сотрясали тихие, беззвучные рыдания, от которых у Эммета сжималось сердце. Меньше всего на свете он хотел видеть её такой. И всё же, он не отпускал блондику, продолжая тянуть от двери. Джасперу, казалось, тоже было больно помогать. Он бы и сам боролся, окажись на её месте. Меньше всего на свете ему хотелось, чтобы эти проклятые Вольтури приблизились к малышке Грейси. Он не знал, что будет делать, если они причинят ей вред: сойдет с ума от ярости? Отомстит самым жестоким образом? Начнёт новую войну с вампирами?

Наконец им удалось оттащить Розали от двери, и Эммет заключил её в свои объятия, прежде чем она смогла вырваться, открывая Карлайлу и Эсми доступ в детскую.

— Нет! — кричала она, когда они уходили с Грейс. — Нет, Карлайл, верни её! Положи её на место! Не делайте этого…

Но у них не было выбора. Оставалось только надеяться, что Аро смилуется над девятимесячным ребёнком или прикажет обратить её, когда она достигнет совершеннолетия. Это было бы против их воли, но это было лучше, чем видеть, как её убивают Вольтури. Никто даже не смел надеяться на чудо. С Вольтури чудес не бывает.

Они ждали в гостиной вместе с Эдвардом, Беллой, Элис, Ренесми и Джейкобом. Остальные члены стаи ждали снаружи, на крыльце, чтобы не занимать место в доме. Карлайл спустился по лестнице вместе с Эсми, держа на руках бодрствующую Грейс. Но она не улыбалась и не издавала милых детских звуков, как обычно, когда только что просыпалась. Казалось, она чувствовала напряжение, витающее в воздухе. Розали сидела на нижней ступеньке вместе с Эмметом, не в силах что-либо предпринять, наблюдая за тем, как её маленький лучик радости несут на растерзание чудовищам. Багровые глаза всех Вольтури расширились, они неотрывно смотрели на девочку.

— Аро, познакомься с Грейс, — тихо произнёс Карлайл, представляя клану то, что казалось ему собственной дочерью.

Аро шагнул ближе, за ним последовали Кайус и, к всеобщему удивлению, Маркус, который до этого момента не проронил ни слова. Стражи оставались на своих местах, не шелохнувшись. Все, кроме Деметрия, чьи багровые глаза вдруг стали абсолютно чёрными. Феликс заметил перемену в его поведении и внезапно почувствовал неясную тревогу.

— О, боже! — прошептал Аро. — Только посмотрите: настоящий человеческий младенец живёт под одной крышей с вампирами. Как, интересно, вам удаётся сдерживать себя рядом с ней? Она пахнет восхитительно.

— Не смей к ней прикасаться! — прорычала Розали с лестницы. — Если только не хочешь узнать, каково это — гореть в аду!

Аро проигнорировал её реплику, продолжая разглядывать ребёнка. Внезапно, словно извержение вулкана, гнев Кая вырвался наружу.

— Зачем ты приютил человеческого младенца, Карлайл?! — прорычал он, не щадя никого вокруг. — Ты задумал создать бессмертное дитя? Что ж, это вполне в твоём духе, учитывая твою неприязнь к гибриду, так быстро обретшему зрелость. И ты прекрасно знаешь, что это прямое нарушение наших законов!

Грейс вздрогнула от его яростной вспышки, и Карлайл передал её Ренесми, надеясь, что та её успокоит. Ренесми тут же поделилась с Грейс успокаивающими воспоминаниями, а Джаспер добавил в общий поток положительные эмоции. Аро не мог сдержать мрачного удовольствия, наблюдая за этой трогательной сценой. Как же кучка кровожадных вампиров может так трепетно относиться к человеческому ребёнку…

Но решение ещё не было принято. Между тем, Деметрий начал неконтролируемо дрожать, ловя ртом воздух между Феликсом и Алеком. Феликс толкнул его в бок, пытаясь вырвать из оцепенения. Почему никто не замечает его состояния?

— Что, чёрт возьми, с тобой происходит?! — раздражённо прошипел Алек.

— Как интересно, — усмехнулся Аро, не обращая внимания на то, что его гвардеец теряет над собой контроль. — Скажи мне, Карлайл, каковы твои планы относительно её воспитания? Собираешься ли ты раскрыть ей свою истинную природу?

Карлайл перевёл взгляд с Грейс на Аро.

— Она Каллен, и она заслуживает знать правду. Я сам ей всё объясню, когда она будет достаточно взрослой, чтобы понять.

— И когда же настанет этот момент? В десять лет? В двенадцать? В двадцать? Она начнёт замечать странности, Карлайл. Начнёт задавать вопросы. Почему ты никогда не стареешь, почему сверкаешь на солнце, почему ты сильнее и быстрее обычных людей. Что ты ей ответишь?

— Мы разберёмся, — тихо произнесла Эсми. — Как всегда.

Этот ответ их явно не удовлетворил.

— Неужели? — с издевкой протянул Кайус. — Вы «разберётесь»? А может, вы планируете обратить её, когда она вырастет? И не надо нам рассказывать сказки о её «праве выбора»! Откуда нам знать, что вы не лжёте? Что мешает нам уничтожить это дитя прямо сейчас?!

После этих слов события понеслись с безумной скоростью. Едва Кайус закончил свою угрозу, из-за спины раздалось утробное рычание, и он едва успел уклониться от броска Деметрия. Следопыт мгновенно сменил цель, на этот раз направившись прямо к Грейс. Ренесми не успела отступить, и Деметрий схватил её за руки, вонзая ногти в нежную плоть. Грейс зарыдала, а Ренесми вскрикнула от боли, и видения прекратились. В мгновение ока Эммет схватил Деметрия за шею и грубо отбросил его назад, ударив головой об пол. Феликс, не раздумывая, бросился на защиту друга, сбив Эммета с ног. Эдвард попытался помочь, но рухнул на пол, сокрушённый волной боли, посланной Джейн. Сэм, Пол и Джаред ворвались в комнату, пробив стеклянную дверь, но тут же оказались парализованными тёмным туманом, выпущенным Алеком. Деметрий поднялся на ноги и вновь попытался добраться до Грейс, но его остановили Джаспер, Розали и Элис, которым удалось его сдержать.

— Аро, прекрати это.

В комнате воцарилась тишина, когда заговорил Маркус. Все взгляды обратились к нему, пока он продолжал смотреть на маленькую Грейс.

— Я чувствую связь, — пробормотал он, затем указательным пальцем приподнял подбородок Деметрия, заглядывая ему в глаза.

Глаза ищейки были абсолютно чёрными, он метался взглядом между Маркусом и Грейс, как зверь, высматривающий добычу. Аро, заметив это, жестом приказал прекратить бой. Не дожидаясь разрешения, он взял руку Деметрия, чтобы прочесть его мысли.

С каждой секундой его глаза расширялись всё больше и больше, пока он, наконец, не отпустил руку вампира.

— La tua cantante… Невозможно. Она всего лишь младенец.

Он кивнул Феликсу, который тут же крепко схватил Деметрия, освободив Джаспера, Элис и Розали. Следопыт извивался в объятиях огромного вампира, отчаянно пытаясь вырваться. Он не мог контролировать внезапно вспыхнувшую жажду крови ребёнка. Её запах затмевал всё, что он когда-либо чувствовал, и с каждой секундой становился всё сильнее. Члены обоих кланов в замешательстве переводили взгляд с Грейс на Деметрия, не ожидая подобного поворота событий.

— Я не верю в чудеса, мои дорогие Каллены, — усмехнулся Аро, потирая руки. — Но, полагаю, сегодня вы стали свидетелями одного из них.