Глава 69: Натирание локтей

Глава 69: Натирание локтей

[Не знаю, что в названии имеется ввиду. Скорее всего попросту не знаю значения этого выражения?]

— А Жун дома? — раздался голос в послеполуденное время.

— Дома, — с улыбкой ответила Матушка Пин.

Вышла девушка лет 18-19 с круглым лицом и большими глазами. Хотя она была одета в облачение служанки, ее ханьфу было из фиолетового шелка, и она скромно улыбалась. Она казалась даже более благовоспитанной, чем некоторые молодые аристократки.

Она взглянула на Матушку Пин, затем с улыбкой посмотрела в сторону спальни.

— Дама Жуань пригласила А Жун.

Дама Жуань? Главная жена Чэнь Юаня?

Чэнь Жун вздрогнула и быстро поднялась на ноги, ответив из своей комнаты:

— Минутку, пожалуйста, я сейчас.

— Да. — улыбнулась в ответ горничная.

Вскоре Чэнь Жун переоделась в старое платье, которое часто носила в Пине, и появилась на ступеньках.

Когда горничная увидела ее, то снова склонилась в поклоне и отступила назад, пропуская ее вперед.

Чэнь Жун направилась вперёд.

Горничная возглавила двух младших девушек и грациозно последовала позади. По ее движениям можно было судить о благопристойности и безупречных манерах, приобретенных за годы тренировок. Чэнь Жун не учила подобных вещей, потому что приехала с севера, а дисциплина ее отца была слабой.

Оглянувшись, Чэнь Жун замедлила шаг, подражая ее шагам. Но почти так же быстро поняла, что ей не требуется заискивать перед Дамой Жуань. Более того, ничего не изменится, даже если она станет заискивать перед ней, так зачем ей учиться ходить у людей Ханьданя?

[Жители Ханьданя, столицы Чжао, были известны своими изящными шагами. Гражданин Янь, посетивший Ханьдань, имитировал их походку только для того, чтобы забыть, как ходить.]

При этой мысли она просто расслабилась и зашагала прочь.

Озадаченные ее внезапным ускорением, служанки поспешили за ней.

Когда Чэнь Жун прибыла во двор Дамы Жуань, те немного запыхались.

— Нюй-ши, пожалуйста, подождите, пока мы дадим знать даме. — одна из них, тяжело дыша, улыбнулась Чэнь Жун, прибыв к воротам.

Чэнь Жун кивнула, а затем наклонила голову, рассмотривая окружающий пейзаж.

— Заходите, А Жун.

— Да, — ответила Чэнь Жун и вошла во двор.

Служанка скромно улыбнулась Чэнь Жун со ступенек. Увидев, как та подошла, она слегка поклонилась и сказала:

— Дама ожидает внутри.

— Да.

Чэнь Жун прошла мимо нее прямо в комнату.

Пространство внутри было щедро украшено. Первое, что бросилось в глаза Чэнь Жун, оказался коралл высотой в три фута. Он был превосходил тот, небрежно разбитый ею в Пине, как в блеске, так и в целостности.

И все же этот драгоценный предмет оказался столь небрежно выставлен на стол красного дерева.

Чэнь Жун отвела взгляд, склонилась в поклоне перед женщиной, сидящей на диване у изящной нефритовой перегородки в центре комнаты, и приветствовала ее:

—Тетя.

Женщине было за сорок. Ее кожа была гладкой и свежей. На ее длинном лице, на котором играла легкая улыбка, не было ни единой морщинки.

Позади нее стояла молодая женщина лет тридцати, с которой Чэнь Жун уже встречалась. В тот день она пришла, чтобы разоблачить ее симуляции. Чэнь Жун знала ее как наложницу Чэнь Юаня.

Тем не менее онА являлась одной из людей Дамы Жуань. Она была умна и компетентна и пользовалась благосклонностью Чэнь Юаня. Несмотря на то, что являлась наложницей, ее статус был намного выше, чем у обычных наложниц.

Госпожа Жуань оценивающе улыбнулась Чэнь Жун и указала на стул:

— Присаживайся!

— Да.

Чэнь Жун подошла к стулу и безоговорочно села… От начала и до конца ее поведение было одновременно бестактным и неприличным. Тонкие брови Госпожи Жуань непроизвольно сошлись на переносице.

— А Жун, я прибыла в Нань’ян несколько дней назад, — мягко начала пожилая леди, наблюдая, как Чэнь Жун молча сидит, склонив голову. — Я была занята столькими вещами, что забыла о тебе. Надеюсь, ты не берёшь в голову.

— Я бы никогда не осмелилась, — быстро поклонилась ей Чэнь Жун.

Госпожа Жуань неторопливо улыбнулась.

— Я буду твоей матерью вместо отсутствующих родителей. Не церемонься.

— Да.

Госпожа Жуань отвела взгляд, улыбка на ее лице померкла, и она произнесла:

— А Жун, тебе исполнится 15 в следующем месяце, не так ли?