Глава 70: Личность

Глава 70: Личность

Был еще полдень, когда экипаж Чэнь Саньлан подъехал ко двору Чэнь Жун на следующий день.

— А Жун, идемте,—позвал слуга.

Чэнь Жун согласилась и вынесла цитру.

Подойдя к воротам, она с удивлением обнаружила, что Чэнь Вэй с любопытством наблюдает за ней и экипажами Чэнь Саньлана. Та, казалось, немного опасалась его, потому что ее глаза нервно бегали по сторонам.

Когда Чэнь Жун приблизилась, Чэнь Саньлан поднял занавеску кареты и бросил взгляд на цитру в ее руках.

— Разве столь заурядная цитра не выставит нас в дурном свете?— нахмурился он.

Затем он наклонился и вручил Чэнь Жун искусно сделанную цитру, усыпанную нефритом и жемчугом, все время улыбаясь:

— К счастью, твой третий брат хорошо подготовлен. А Жун, воспользуйся этой.

Отдавая инструмент, тот намеренно или нет коснулся тыльной стороны её фарфоровой ладони.

Чэнь Жун держала свою цитру с той же самой преданностью, и сделала шаг назад, слабо улыбнувшись:

— Ты напрасно беспокоишься, третий брат. Цилан видел мою цитру раньше.

Чэнь Саньлан сделал паузу, припомнив, что Чэнь Жун играла ”Любовную Песнь Феникса” для Ван Цилана. И покачав головой, пробормотал:

— Не бери в голову. Сделаю, как захочешь.

Он положил цитру обратно, а затем взглянул на пышную грудь Чэнь Жун, при этом рассмеявшись:

— А Жун, усаживайся со мной в том же экипаже. Мы должны дать знать посторонним, насколько мы близки.

— Благодарю, третий брат, но моя поездка уже приготовлена, — сказала Чэнь Жун, покачав головой и улыбнувшись. Затем она повернулась и пошла к своему экипажу.

Случайно Чэнь Жун заметила, что Чэнь Вэй выглядывает из-за двери с некоторой завистью.

Чэнь Жун отвела взгляд, и подняв юбку, шагнула вовнутрь, после чего оба экипажа направились к главным воротам, один за другим.

— Я слышал, ты и Ван Цилан встретились на пути, верно? — Чэнь Саньлан поднял занавеску и улыбнулся Чэнь Жун. — И тогда ты привлекла его внимание?

Из-за занавеса донесся чарующий голос Чэнь Жун, обладающий такой же сильной привлекательностью, как и ее внешность. Чэнь Саньлан прищурил глаза, с удовольствием выслушивая ее ответ.

— Ван Цилан настоящий ши-фу,— сказала она.—Я просто разговаривала с ним раз или два.

— Дом Ван занимает ведущее место среди знати, — сказал ей Чэнь Саньлан, — И их тотем — Цилан. Мэймэй, это большая удача для кого-то с твоим положением, подружиться с ним и получить его хорошую оценку.

Из его слов Чэнь Жун поняла его мысли, что она тянется к луне, даже если станет наложницей Ван Цилана. Но хотя она будет только наложницей, она будет любимой благодаря хорошей оценке Ван Цилана о ней.

Она опустила глаза, тайно усмехнувшись, но послушно ответила:

— Да, ты прав.

Чэнь Саньлан смотрел на изящную фигуру Чэнь Жун, в то время как его внутренности покалывало от зуда. Ни одна из куртизанок, которых он встречал, не могла сравниться с этой девушкой по имени А Жун, ни фигурой, ни лицом. Не говоря уже о том, что ее изящество и осанка аристократки так сильно отличались от этих женщин низкого происхождения. Девушка перед его глазами была такой потрясающей; жаль, что она кузина.

Через некоторое время он, к сожалению, отвел взгляд и, вспомнив о своих собственных делах, улыбнулся, сказав:

— А Жун, порекомендуй своего третьего брата знакомому Цилана, когда увидишь его.

— Конечно, — покорно ответила Чэнь Жун.

Под стук колес экипажи выехали из поместья Чэнь и въехали в город.

В воздухе Нань’яна витало беспокойство. Чэнь Жун подняла занавеску, увидев улицы такими же пустынными, какими они были в ее предыдущей жизни. Магазины были особенно пусты, так как многие из них закрылись.

Пока она была погружена в раздумья, к ней приблизилось тепло. Чэнь Саньлан направил свою карету ближе к ней. Наблюдая за Чэнь Жун, находившейся на расстоянии вытянутой руки, он от души рассмеялся:

— Что ты высматриваешь там, меймей?— Затем он наклонился и понюхал, ухмыляясь: —Ты пахнешь очень приятно. Кто сделал твое саше?

Чэнь Жун тихо отодвинулась и опустила взгляд.

— Ты дразнишь меня, кузен.

Она отступила на другую сторону экипажа.

Увидев, как та удаляется от него, Чэнь Саньлан вздохнул и сказал:

— Процветание может исчезнуть в мгновение ока. Как цветы весной, женщины самые красивые в течение нескольких дней. Никто не знает, что ждет нас завтра в этом беспокойном мире. Почему же тогда мы не получаем удовольствие здесь и сейчас? Ты тоже так считаешь, меймей?