Глава 466

— Штаб-квартира Комиссии по Общественной Безопасности Героев в Киото… —

В просторном, но душном конференц-зале сидела бывший президент Панту, закованная в смирительную рубашку. Целая команда высокопоставленных правительственных чиновников, сменяя друг друга, уже несколько часов подряд методично допрашивала ее.

Последние несколько часов они буквально выжимали из нее каждую крупицу информации, каждую мало-мальски значимую деталь, чтобы в случае чего и без того хрупкая, разваливающаяся на глазах инфраструктура КОБГ не рухнула окончательно, похоронив под собой остатки порядка в стране.

Бесконечные вопросы сливались в монотонный, раздражающий гул где-то на задворках ее сознания, пока она, почти не слушая, безучастно смотрела в полированную поверхность стола. Одно и то же, снова и снова, как заезженная пластинка.

Еще одна страна выражает Японии свое глубокое возмущение.

Они винят ее и всю Японию во всем, что произошло.

Они винят ее в безвозвратной потере Горизонта.

Они в одностороннем порядке разорвали все торговые и дипломатические отношения с Японией.

Снова и снова, сотни, если не тысячи раз, одна и та же унылая, безрадостная история, безжалостно вбиваемая ей в уши.

Но сколько бы раз она ни пыталась отчаянно взять всю вину исключительно на себя, броситься, так сказать, на амбразуру, Япония была уже неотделима от ее персональной вины, как сиамские близнецы.

Когда начался очередной, уже казавшийся бесконечным, раунд допросов, по всему зданию внезапно разнесся оглушительный, истошный вой сирены тревоги.

Чиновники, находившиеся в комнате, раздраженно застонали, скорее от досады, чем от настоящего испуга. Тревоги в последнее время стали обыденностью.

— Какого черта эти протестующие постоянно умудряются прорываться мимо кордонов Про-Героев?! Это уже ни в какие ворота! — один из них в сердцах бросился к двери и осторожно выглянул в коридор, но увидел лишь тяжело вооруженных охранников, с криками бегущих по зданию. — Что, черт возьми, здесь происходит?! Опять учения?!

Один из пробегавших мимо охранников грубо затолкал его обратно в комнату.