Глава 2: «Племя цзяо»

— Этот парень просто… — Шу уже не находил слов и только качал головой.

— Мин мастерски предает союзников, — подхватил Лай, тоже покачивая головой. — Тому, кто решится заключить с ним союз, несказанно «повезет».

Цинюй недовольно надула губы, но ее злость была направлена не на наследного принца Мина, а на другую изменницу:

— А эта девка…

— Забудь, — отмахнулся Сяэ Сяоюй, не желая долго обсуждать Мэн. — Она никогда не присягала мне на верность. К тому же, когда я поручал ей работу, она не отлынивала и выполняла все добросовестно. Считай, свой долг она исполнила.

— Ты просто ее выгораживаешь, — с обидой в голосе протянула Цинюй.

Остальные лишь с улыбкой переглядывались, забавляясь этой сценой.

Сяэ Сяоюй выдавил неловкую улыбку и примирительно заметил:

— Но я ведь тоже держал ухо востро и подстраховался, верно?

Не зря ведь только что Сяэ Сяоюй велел Цанэру позвать Цинюй и Цзяоцзяо, но намеренно не стал звать Мэн, хотя ее сила была куда выше.

— Ты действительно собираешься вот так просто отдать такую огромную выгоду наследному принцу Мину? — вернул разговор в прежнее русло Лай.

На этот раз Сяэ Сяоюй не ответил сразу, а погрузился в раздумья.

То предложение было чистой импровизацией, и Сяэ Сяоюй сам не знал, выгорит ли дело, но бурная реакция наследного принца Мина пробудила в нем нешуточный интерес.

Сяэ Сяоюй вдруг осознал, что перед ним открывается великолепная возможность. Бескрайние морские просторы к северу от пустыни Молодцов оставались дикой, неосвоенной территорией, ценность которой сейчас никто не понимал.

Прежде Сяэ Сяоюй и не посмотрел бы в сторону океана. Пусть в воде и скрывались духовные жилы, ресурсы и пища, которую добыть там было гораздо проще, чем на суше, сам он не принадлежал к водным обитателям. Но теперь, обладая телом цзяо, он внезапно вспомнил об одном очень перспективном, но незаслуженно забытом народе – о цзяо.

Строго говоря, цзяо не были отдельным видом. К ним относили представителей любых рас, способных в итоге превратиться в дракона. Чаще всего этот путь проходили семь видов существ: змеи, угри, вьюны, карпы, крокодилы, сомы и змееголовы. Стадия цзяо была лишь неизбежным промежуточным этапом на их пути к истинному драконьему облику.

Среди этих существ змеям и крокодилам жилось относительно неплохо: даже если им не удавалось превратиться в драконов, они могли совершенствоваться и становиться демонами, обладая приличной силой. А вот угрям, вьюнам, карпам, сомам и змееголовам везло куда меньше. Даже если они обретали разум и становились демонами, их сила оставляла желать лучшего.

Для благородного народа драконов сила цзяо казалась ничтожной. Однако по меркам всего остального демонического народа даже самый захудалый дракон оставался драконом – его плоть, магическая сила и врожденные таланты были невероятно сильны.

Если бы племя цзяо занимало почетное место в иерархии, Сяэ Сяоюй не стал бы строить планы. Но в том-то и дело, что среди драконов цзяо подвергались жестоким притеснениям и дискриминации. Формально не являясь низшей расой, они жили хуже самых жалких слуг. Стоило Сяэ Сяоюю предложить им достойное положение и уважение, как под его знамена рекой потекли бы тысячи верных сторонников.

— К тому же, разве я сейчас сам не дракон? С моей силой получить собственный удел будет вполне справедливо, верно? — спросил Сяэ Сяоюй, обводя взглядом присутствующих.

— Тебе? — Шу никак не ожидал от него таких слов. — Ты что, больше не планируешь служить княжне?

— Вовсе нет. Я собираюсь стать вассалом княжны, — поспешил успокоить его Сяэ Сяоюй, чтобы избежать недопонимания.

Обычные лорды подавали прошение на выделение свободных земель из общего фонда, вассалы же получали удел непосредственно из владений своего господина. К примеру, Хуэй сейчас являлся вассалом наследного принца Ю.

Будучи небесным демоном, Хуэй мог претендовать на удел в десять тысяч ли, но, став вассалом, получил лишь чуть более семи тысяч ли. На первый взгляд это казалось невыгодным, однако благодаря полной поддержке племени Лазурных Драконов его земли развивались куда быстрее, чем владения обычных независимых лордов.

— Я великий демон, так что мой удел должен составлять тысячу ли в окружности, — Сяэ Сяоюй не боялся, что его обделят: княжна Лань точно не станет скупиться.

— Это верно, — кивнул Шу, все еще не понимая, к чему клонит друг.

— Насколько я знаю, правила не ограничивают форму удела, главное – чтобы общая площадь соответствовала норме, — Сяэ Сяоюй давно подметил эту лазейку в законах.

— Да, это так, — снова кивнул Шу.

Сяэ Сяоюй усмехнулся и указал когтем на висевшую на стене карту:

— Тогда я возьму себе полосу земли вдоль Крайнего Северного Ледника длиной в миллион ли и шириной в один ли, включая все побережье пустыни Молодцов.

Присутствующие онемели. И Шу, и Лай, и Цинюй с Цзяоцзяо уставились на него с разинутыми ртами. Никому и в голову не приходило, что границы удела можно провести подобным образом.

Вдруг Цзяоцзяо осенило, и она радостно закричала:

— Я тоже хочу удел! Тоже у ледника, прямо от северных границ префектуры Тяньбао и в сторону пустыни Молодцов!

— Точно! Так ведь действительно можно сделать! — Шу звонко хлопнул себя по лбу.

Если привлечь еще нескольких лордов, они смогут полностью перекрыть побережье пустыни Молодцов и север префектуры Тяньбао, объединив их в сплошную линию.

Оспаривать эти водные просторы никто не станет. При разделе земель все стремились на юг, и владения княжны Лань, не говоря уже о землях наследного принца Ю, были смещены к югу. Холодный север никому не был нужен.

Прибрать к рукам это море было несложно, но Лай задал вполне резонный вопрос:

— И какой нам прок от этих ледяных вод?

— Огромный! Контролируя это море, мы фактически приберем к рукам весь Крайний Северный Ледник, и никто не сможет нам помешать. Война с народом призраков быстро не закончится, так что под предлогом военных нужд мы сможем требовать у верхов колоссальные ресурсы. К тому же я только что вспомнил об одном очень перспективном народе. Если мы сможем переманить его к себе, это принесет нам невероятную выгоду.

— О каком народе речь? — с живым интересом спросил Шу.

Внешний мир ценил в Сяэ Сяоюе стратегический гений, но его близкие знали: главным его талантом было умение находить ценность там, где другие видели лишь мусор. Многие презираемые ранее племена благодаря его решениям становились невероятно востребованными.

Взять тех же землеройных крыс под началом Шу. Раньше их считали бесполезными вредителями, а теперь за них дрались все военачальники. В мирное время крысы строили города, прокладывали дороги и копали шахты, а на войне возводили укрепления, служили дозорными, рыли волчьи ямы, устраивали подкопы под крепостные стены и прокладывали подземные ходы.

— О цзяо, — ответил Сяэ Сяоюй.

Шу вздрогнул и нахмурился, нерешительно заметив:

— Задумка хорошая, но будь осторожен. Племя драконов очень строго контролирует всех цзяо.

Народ фениксов испокон веков враждовал с драконами, поэтому Шу прекрасно знал положение дел у соседей.

Драконы держали цзяо в черном теле не только из-за чистоты крови. Главная причина крылась в страхе верхушки драконьего племени перед тем, что численность цзяо выйдет из-под контроля. Ведь как бы ни были плодовиты драконы, им было не угнаться за скоростью, с которой другие существа превращались в цзяо.

Слишком многие виды могли пройти эту трансформацию, к тому же сами цзяо обладали высокой плодовитостью. Без жесткого контроля их число быстро превзошло бы численность всех остальных драконьих ветвей.

Но самым страшным кошмаром для драконьих владык было появление амбициозного вожака среди цзяо, который додумался бы до искусственного выведения сородичей. Достаточно было наловить обычных вьюнов или угрей и бросить их в чан с драконьей кровью: те, кто выдерживал мощь крови, превращались в цзяо. Пусть выживал лишь один из ста тысяч, но вьюнов и угрей в мире было без счета. Из миллионов подопытных можно было за один раз создать сотни верных бойцов-цзяо.

Однако Сяэ Сяоюй лишь отмахнулся от предостережений Шу:

— Владыка племени драконов и так спит и видит, как бы сжить меня со свету. Куда уж хуже?

Шу посмотрел на друга со всей серьезностью:

— Племя драконов не едино. Золотые Драконы стоят во главе, но Демонический Император относится к ним прохладно, да и многие Драконьи Владыки не признают их власть. Они пристально следят за Старым Драконьим Владыкой, поэтому тот и не смеет действовать открыто. Но если ты покусишься на цзяо, ситуация в корне изменится. Все Драконьи Владыки объединятся против тебя, и тогда даже мой Предок и князь демонов Фэйлянь не посмеют открыто защитить тебя.

— Ну и пусть, — Сяэ Сяоюй лишь улыбнулся. — Мы в человеческом мире, сюда могут проникнуть только небесные демоны.

— Да брось ты! — покачал головой Шу. — Ты хоть представляешь, сколько небесных демонов у племени драконов?

— Не представляю, — усмехнулся Сяэ Сяоюй. — Но я точно знаю, что драконы не станут разбрасываться своими небесными демонами как пушечным мясом. Стоит нам прикончить пару десятков их изнеженных принцев, как владыкам придется поумерить пыл. К тому же сейчас идет война с призраками. Пока мы не вернем колесо перерождений, верхи просто не позволят драконам устраивать междоусобицы.

Шу, Лай, Цинюй и Цзяоцзяо замолчали, пораженные той уверенной силой, что сквозила в его словах.

Сам того не замечая, Сяэ Сяоюй обрел смелость бросить вызов всему великому племени драконов.

Война с призраками давала ему преимущество во времени – это было веление Небес. Ограничение на проход лишь для небесных демонов давало преимущество в месте – это была земная преграда. А через Цилинь и народ фениксов он мог заручиться поддержкой сторонников – ведь фениксы всегда радовались неудачам извечных соперников-драконов, и это был союз сплоченных сил.

Но главным залогом успеха была его собственная сила. Она складывалась из двух частей. Первая – личное могущество: тело цзяо с алмазной неуязвимостью делало Сяэ Сяоюя практически непобедимым. Вторая – общая сила их союза. Раньше у них было много рядовых бойцов, но не хватало сильных лидеров – на высшем уровне их представляли лишь княжна Лань и Лай. Но теперь Сяэ Сяоюй нашел способ создавать небесных демонов, и вскоре у них появится целая армия могучих воинов.

Как и говорил Сяэ Сяоюй, им не нужно было превосходить драконов числом. Достаточно было заставить их опасаться ответного удара, чтобы обезопасить себя от открытого нападения. А по ходу дела они смогут без труда привлечь на свою сторону огромное число недовольных цзяо.

— Шу, что тебе известно о внутреннем устройстве племени драконов? — неторопливо спросил Сяэ Сяоюй.

— А что именно тебя интересует? — Шу был готов поделиться любыми сведениями.

— Ограничение численности цзяо – это ведь не единственный способ притеснения?

— Разумеется, — подтвердил Шу, понимая ход его мыслей. — Среди них нет ни одного мастера на стадии Слияния с Дао. Да и тех, кто перешагнул ранг небесного демона, можно пересчитать по пальцам. Стоит цзяо достичь этого уровня, как им приходится намеренно сдерживать свое развитие, ведь за попытку совершить прорыв их ждет неминуемая смерть от рук сородичей.

Вдруг Шу замер, и на его лице отразилось озарение.

Вслед за ним все поняли замысел Сяэ Сяоюя.

— Точно! Почти все сильные цзяо – это великие или небесные демоны!

Шу расхохотался во весь голос:

— Сами же вырыли себе яму!

В условиях, когда существа сильнее небесных демонов не могли проникнуть в этот мир, былая политика притеснения обернулась против самих драконов.

Поняв это, Шу загорелся идеей:

— План отличный, но к его реализации нужно как следует подготовиться.

Он уже мысленно распределял задачи:

— Для начала нам нужно полностью закрепить за собой побережье от пустыни Молодцов до префектуры Тяньбао. Одной Цинюй и Цзяоцзяо тут явно не хватит.

— Ты забыл про Цинянь, — напомнила Цинюй. — Она небесный демон, так что ее удел может составлять не меньше десяти тысяч ли.

— Этого вполне достаточно, — кивнул Шу, но тут же засомневался:

— А она согласится?

— Не переживай, я сама с ней поговорю, — уверенно заявила Цинюй.

Цинянь была ее младшей сестрой. Когда Цинюй еще служила личной помощницей княжны Лань, она всячески опекала сестру, и ее предложение Сяэ Сяоюю использовать Цинянь для испытания нового метода было продиктовано исключительно заботой о ее будущем.

— Тогда решено, — подвел итог Шу. — Цинянь – небесный демон, так что ее удел утвердят без проволочек, а остальные получат свои земли как вассалы. После этого останется только уладить вопрос с границами. Для этого мне придется лично отправиться в Мир Демонов… Заодно я разузнаю побольше о настроениях среди цзяо.

— Только действуй осторожно, чтобы драконы раньше времени ничего не заподозрили, — предостерег его Сяэ Сяоюй.

— У меня есть предложение, — подала голос молчавшая до этого Цзяоцзяо. — Давайте пока не будем спешить. Даже с уделом для Цинянь можно повременить. Подождем, пока наследный принц Мин первым не потребует себе новые земли.

— Блестяще! — Сяэ Сяоюй звонко хлопнул когтистой лапой. — С его жадностью и заносчивостью драконы наверняка потребуют себе огромный кусок побережья. Мы двинемся следом и под шумок заберем то, что нам нужно. Заодно подтолкнем другие недовольные кланы надавить на драконов, чтобы те внесли больший вклад в войну. Зная характер этих старых ящеров, они ни за что не отправят на передовую собственных детей, а выставят вместо них цзяо в качестве пушечного мяса. И вот тогда…

— …тогда мы и приберем их к рукам, переманив на свою сторону! — расхохотался Шу.

Устраивать козни за спиной наследного принца Мина Сяэ Сяоюя ничуть не смущало.

Этот принц сам спал и видел, как бы предать союзников, поэтому, договариваясь с ним, Сяэ Сяоюй уже готовил ответный удар. И лучше было нанести его первым, не дожидаясь, пока Мин решит ударить в спину.

***

В это же время в просторном зале на другом конце лагеря группа людей увлеченно обсуждала те же события.

— Это просто великолепно! Среди высших рас драконы обладают наибольшим влиянием. Стоит им увязнуть в распрях, как во всем Мире Демонов начнется смута! — Чжу Юаньцзи так и лучился восторгом.

— Вряд ли они допустят открытый раскол сейчас, во время войны с призраками, — поспешил охладить его пыл Хэ Мяо.

Чжу Юаньцзи не согласился и покачал головой:

— Даже если сейчас они уладят разногласия, семена вражды уже посеяны. Рано или поздно это приведет к еще более жестокому столкновению.