Глава 66

Особенно Песнь Океана отметил, что только Аид был из греческого пантеона.

Даже для него воздух стал тяжёлым и душным. Он оглянулся на детей и нахмурился, увидев, как им стало трудно даже дышать.

Песнь Океана вспыхнул собственной Ци и взмахнул мечом.

Он не направил удар ни на кого из них, а буквально рассёк воздух, прорезав напряжение в воздухе.

Это ошарашило всех присутствующих — они только что устроили весьма напряжённую битву взглядов.

— Вы пугаете детей, — спокойно сказал Песнь Океана, несмотря на то, что теперь все эти взгляды были обращены на него.

Его слова заставили их всех прийти в себя; давление их присутствия ослабло.

— Вы все нарушаете правила, — первым заговорил Аид.

— Я — Ганеша, — отозвался бог со слоновой головой, его голос был странно успокаивающим, хоть и нёс в себе оттенок гнева. — Не неси чепуху, Аид. Ты знаешь, почему мы здесь.

Прежде чем Аид успел что-либо сказать, первым заговорил Песнь Океана:

— Приветствую тебя, Великий Бог Ганеша. Имя твоё известно этому ничтожному циклопу. Не осмеливаюсь быть дерзким, но смею предположить, что ты здесь ради своего сына? — Песнь Океана указал на одного конкретного ребёнка в группе.

Ганеша вдруг будто лишился всей своей уверенности, уставившись на Циклопа, который совершенно проигнорировал всё «враждебное» и перешёл прямо к делу. Точно так же Аид, который уже хотел врезать ему, внезапно замолчал.

— Как ты узнал, что он мой сын? — Ганеша посмотрел строго на Циклопа, ведь, странным образом, мальчик даже не выглядел индийцем; скорее, наоборот — кожа у него была довольно светлая.

— Разве это не очевидно? Сходство поразительное, — вежливо ответил Песнь Океана, в то время как остальные боги молча уставились на него с изумлением. — Воистину, он унаследовал твои янтарные глаза, Великий Бог. Элегантную и умиротворённую манеру поведения невозможно не узнать.

В этот момент Аид не знал, хочется ли ему задушить его или наградить, потому что тот как-то ухитрился пройти сквозь чрезвычайно деликатную ситуацию и сделал это так, что почти полностью обезоружил всех присутствующих от гнева.

Нет, если уж на то пошло, на лице Бога Ганеши даже появилась тень гордости от беззастенчивого лесть Песни Океана.

Хотя это вновь прервала вспышка молнии, за которой последовал раскат грома.

К группе присоединилась знакомая огненно-рыжая голова, сопровождаемая весёлым смехом:

— Редко увидишь столько разных лиц вместе.

— Тор, — поприветствовал его Аид.