Глава 67

Луг молчал.

Какой отец не хочет услышать похвалу в адрес своих детей?

Аид моргнул, уставившись на своего племянника, задаваясь вопросом, откуда, чёрт побери, тот вообще знает такие вещи.

Луг, быть может, даже непреднамеренно, расправил плечи и выпрямился чуть горделивее.

— Аид, скажи своему питомцу-монстру перестать отвлекать всех, — заговорил другой бог в явно японском облачении.

— Я не имею к этому никакого отношения, Гозу Тенно, — нахмурился Аид.

— Песнь Океана оживился. — Отец Великой Убийцы Демонов, Минамото-но-Райко? Лидер Четырёх Небесных Королей и победитель одного из Трёх Великих Монстров Японии, Они Сюдэн-додзи?

— …Да.

Японское божество было ошеломлено. Отчасти потому, что его удивило, что западное чудовище вообще знало имя его ребёнка, жившего сотни лет назад. И отчасти потому, что со временем его существование слилось с другими божествами.

Сегодня большинство смертных считает его либо Сусаноо, либо аватаром Индры.

Он находился здесь лишь потому, что был, по сути, одним из «подчинённых» Сусаноо, а сам Сусаноо сейчас вместе с Аматерасу устраивали переполох на Олимпе.

Он бы совершил повторную словесную атаку на Аида, но был почти уверен, что даже Аид не знал о его ребёнке, учитывая, что тот был значительно менее «знаменит» в других частях света. Если бы не почти врождённая способность богов распознавать друг друга при отсутствии сокрытия, он был уверен, что даже Аид не узнал бы, кто он такой.

Он, честно говоря, был выбит из колеи и сбит с толку.

— Ха-ха! — Тор расхохотался. — Какой осведомлённый циклопик. Давай-ка теперь про этого. — Он ткнул большим пальцем в стоявшего рядом с индуистским божеством.

Ганеша взглянул на Тора, затем на своего спутника.

Это было странное отвлечение. Хотя, если есть что-то, что боги любят, так это быть восхвалёнными — будь то они сами или их дети.