Глава 451 — Перемены II

От лица Артура Лейвина.

Когда я вел Сильви и Каэру обратно в тронный зал уже, как мне казалось, в десятый раз за последние два дня, я не мог побороть вспышку раздражения, которая прошла через меня.

Эдирит и два других молодых дракона уже были здесь, но Шарон и Виндсом еще не прибыли. По несколько скучающему выражению лица Эдирита я понял, что их поиски снова оказались безрезультатными.

Остальные Фантомы, среди которых, если видение Сильви было верным, были, по крайней мере, остатки двух боевых групп, полностью растаяли.

‘Маловероятно, что они просто сдались и разошлись по домам’, — мысленно сказала мне Сильви. ‘Они определенно где-то выжидают своего часа, даже если мы отсрочили их атаку на Шарона и Этистин’.

Шарон выделил трех драконов для поисков в Этистине и его окрестностях. Он никак не препятствовал моей работе, но выделил очень мало времени для совместного стратегического совещания и категорически отказался выделять дополнительные ресурсы.

‘Такое впечатление, что они хотят, чтобы Фантомы напали’, — размышлял Реджис. ‘Как будто они их заманивают или что-то в этом роде’.

Сильви покачала головой, внимательно оглядывая лица остальных драконов.

‘Нет, я думаю, они искренне верят, что угроза минимальна. Что само их присутствие предотвратит ее. Они не глупы, они понимают отданные им приказы и связанную с ними опасность, но не осознают, насколько она реальна. Жизнь на вершине могущества и авторитета Эфеота убедила их в том, что они победят, что бы ни случилось’.

«Вы все опять говорите в своих головах?» — спросила Каэра тихим голосом, шагая рядом со мной.

Я побледнел, бросив на нее виноватый взгляд. «Прости, привычка».

Каэра отмахнулась от извинений, переведя взгляд на трех драконов.

«Думаю, я привыкну к этому, если ты будешь держать меня рядом достаточно долго».

«Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя нежелательной», — быстро ответил я. «Я все время спрашиваю, не хочешь ли ты вернуться в лагерь алакрийцев только потому, что…», — мой взгляд метнулся к драконам, — «…знаю, что до сих пор у тебя был не самый лучший опыт общения с ними».

Каэра криво улыбнулась мне. «Меня послала сюда леди Серис в качестве представителя, так что, отбросив свой личный опыт, я останусь, чтобы выполнить этот долг».

Мы снова погрузились в напряженную тишину, пока через несколько минут не появился Шарон, вошедший в тронный зал так непринужденно, словно он вышел на неторопливую послеобеденную прогулку. Кертис Глейдер не отставал от него и, увидев, что я уже жду, знакомо, хотя и не особенно дружелюбно, помахал мне рукой.

«По-прежнему никаких признаков активности Фантомов», — быстро подтвердил Эдирит Шарону, обращая на себя внимание. «При всем уважении, сэр, я думаю, мы зря тратим время».

Шарон остановился и улыбнулся, сцепив руки за спиной. Он кивнул, как будто ожидал этой новости.

«Похоже, что твоя казнь их разведчика положила конец этой угрозе, Артур. Ты уже прочесал половину Сапина. Поскольку элемент неожиданности больше не работает в их пользу, я думаю, можно с уверенностью сказать, что Фантомы отменили атаку».

«Мы не можем этого знать, но…»

Я выдохнул, выплеснув часть своего разочарования.

«Возможно, ты прав».

В этом, конечно, и заключалась проблема с видениями будущего. Старейшина Риния изо всех сил старалась вдолбить мне в голову, что реакция на ее видения, изменение того, что они предсказывают, таит в себе опасность.

«Кроме того, поиски стали привлекать внимание населения», — заметил Кертис. «Люди заметили твое присутствие, Артур, и это порождает всевозможные тревожные слухи после взрыва за городом».

Я посмотрел на Кертиса, вспоминая видение. Наблюдение за гибелью Глэйдеров подтолкнуло меня к необдуманным действиям, но я не жалею об этом. Не имея возможности узнать, когда произойдет нападение, малейшее промедление могло позволить этому будущему стать реальностью. С другой стороны, затаившись в ловушке, я мог потерять несколько дней, а то и недель драгоценного времени. Когда я действительно обнаружил разведчика Фантомов, было уже поздно что-либо предпринимать, кроме как бросаться в погоню.

‘Не будь слишком строг к себе’, — подумала Сильви. ‘Оглядываться назад, может быть, и бывает полезно, для поиска лучшего исхода, но даже видения не могут помочь нам увидеть все варианты развития событий’.

‘Ах, ну ты знаешь, как говорят: солдат, который никогда не совершает ошибок, получает приказы от того, кто их совершает’, — добавил Реджис.

‘Не уверен, что это применимо в данной ситуации’, — подумал я в ответ.

Реджис закружился вокруг моего ядра, его бесплотная форма весело хмыкнула.

‘Ничего, правда, я просто хотел почувствовать себя причастным, раз уж мы раздаем всякие мудрости, понимаешь?’

Я подавил нарастающий вздох и снова обратил свое внимание на Шарона.

«Итак, Артур, я надеялся, что у нас будет время поговорить наедине. Вы были так заняты, что у меня почти не было времени пообщаться со своей кузиной». Шарон поднял руку, когда я начал возражать, останавливая меня. «Я не буду пока отзывать дополнительных драконов, которых я привел в Этистин, но думаю, что город сможет прожить без тебя и Сильви несколько часов».

В конце концов, мне оставалось только согласиться.

Эдирит был отправлен к своим обязанностям, а Кертис, попрощавшись с нами, поспешил на какое-то совещание.

Протянув руку Сильви, Шарон повел нас за собой, непринужденно ведя бессмысленную болтовню о состоянии города и континента, о том, что он думает обо всем — от людей до еды, и о прочих подобных сплетнях.

Гостиная, в которую он нас привел, была излишне роскошной, явно оставшейся с довоенных времен. Оборонительные сооружения города и дворца на мгновение остались позади, когда мы вошли в бело-золотые покои, полные плавных линий и экстравагантности. Мебель выглядела так, словно ею редко пользовались, плюшевые ковры были такими яркими, словно их соткали только сегодня утром, и, несмотря на то что большой открытый камин оживленно горел, на белых поверхностях не было ни пятнышка грязи или пепла.

Виндсом стоял спиной к камину и спокойно наблюдал за тем, как мы входим. Он отказался от попыток заставить Сильви немедленно вернуться в Эфеот, но я был уверен, что он уже обратился к своему хозяину за инструкциями. Если бы Кэзесс попытался форсировать этот вопрос…

Что ж, пока я не был уверен, как мне поступить.

Я все еще не мог понять Шарона, который был либо разумным, либо просто более терпеливым и менее очевидным в своих манипуляциях, чем Виндсом. Не будучи уверенным, я относился к дракону со шрамом с большей опаской, чем к такому болвану, как Ваджракор, и все же он был потенциально интересным союзником.

‘Если им движет нечто иное, чем слепая преданность Кезессу, мы можем многое выиграть, работая с ним бок о бок’, — подумал я, глядя на его спину.

Лояльность уже оказалась сложной проблемой. В частности, тревожное положение занимали Кэйтлин и Кертис Глэйдеры. Мне было не по себе от того, насколько близкими они уже казались Шарону и его солдатам.

‘Уже?’ — отправила Сильви, отвечая на мои мысли. ‘Помни, для них прошли месяцы, а сила убеждения драконов гораздо сильнее, чем может выдержать большинство людей’.

‘Они и впрямь кажутся проблемно увлеченными’, — добавил Реджис, имея в виду Глэйдеров.

‘Посмотрим’, — ответил я.

«Леди Сильви, я прошу прощения, что ситуация с Фантомами отложила нашу возможность как следует поговорить», — сказал Шарон, закрывая за нами дверь гостиной. «Я с нетерпением ждал возможности встретиться с Вами снова с тех пор, как узнал о том, что Вы выжили. В клане на Вас смотрят как на загадку… и это было до недавних событий».

Я позволил Сильви взять на себя инициативу в разговоре. Я понимал, что в последние несколько дней слишком сильно давил на нее, пытаясь установить равновесие между собой и драконами. Сильви могла говорить на равных, извлекая выгоду из своего родства с Кэзессом, но только в том случае, если я буду держать себя в руках. Связь между нашими разумами позволяла нам при необходимости говорить как единое целое, подпитываясь знаниями друг друга при каждом ответе.

«Мне это стало совершенно ясно, когда мы с Артуром тренировались в Эфеоте», — негромко сказала Сильви, расхаживая по комнате и любуясь ее убранством. «Кэзесс изолировал меня от многого, чтобы я могла сосредоточиться на тренировках, но пристальные взгляды и шепот не прошли мимо меня. Смешанная родословная — Дракон и Василиск — родившаяся за пределами Эфеота и связанная с человеком? Я — диковинка, которую в Эфеоте даже представить себе не могли, так обо мне говорили».

Улыбка Шарона была теплой, хотя и слегка огорченной.

«Верно, хотя, возможно, это не слишком вежливая формулировка. В клане было много тех, кто возмущался тем, что лорд Индрат крепко держит Вас в своих руках. Думаю, если бы Вам позволили, Вы бы сочли свой клан весьма восприимчивым к Вашему присутствию. Тем не менее, в конечном счете, это только усилило Вашу таинственность». Он легкомысленно хихикнул, затем погрустнел. «Когда стало известно, что Вы… ушли из жизни, что ж. Это был удар для клана Индрат».

Я внимательно слушал, поглощенный их разговором. Я не придавал особого значения тому, что другие драконы думали о Сильви. Прежде всего, она была моей связью. Мысль о ее смешанном происхождении, и о том, что она являлась внучкой самого могущественного Асуры Эфеота, была далекой и запоздалой.

«Как видите, слухи о моей смерти были явно преувеличены», — сказала Сильви, в ее тоне прозвучала нотка юмора, несмотря на то, что мысли ее уходили от размышлений о произошедшем после того, как она пожертвовала собой ради меня. «Тем не менее, я… ценю Ваши слова. Если честно, я не очень задумывалась о своих отношениях с остальными членами клана».

Она прислонилась к спинке дивана и посмотрела на меня.

«Мы были очень заняты войной».

Шарон прочистил горло. «Пожалуйста, располагайтесь поудобнее. Нам есть о чем поговорить, и нет необходимости соблюдать формальности».

Подавая пример, Шарон пересел в кресло с высокой спинкой, на подлокотниках которого были вышиты золотые листья.