Глава 115

…

Спустя час Сэнью привели на скалистую местность, усеянную небольшими каменными столбами. До этого момента он рассеянно следовал за Цунаде, погруженный в свои мысли, но, узрев это необычное место, в его глазах промелькнуло легкое удивление.

«В Конохе есть такое место?» — задался вопросом парнишка.

Деревня Скрытого Листа по большей части окружена лесами, и кроме возвышенности с высеченными в скале ликами Хокаге, здесь нет каких-то примечательных гор или возвышенностей.

Этот каменистый участок Сэнья не видел ни в оригинальной истории, ни после своего перемещения сюда.

Тем временем Цунаде, стоя к нему спиной, окинула взглядом местность. Похоже, она осталась довольна увиденным и, кивнув самой себе, обернулась к Сэнье.

— С этого момента я буду обучать тебя медицинским ниндзюцу, — произнесла она. — Для освоения целительных техник требуется способность к тонкому контролю чакры, а также обширные специальные знания. Но сначала я хочу спросить… Тот стиль рукопашного боя, что ты применял на общем экзамене, — это ведь техника чудовищной силы?

Взгляд Цунаде остановился на малыше. По правде говоря, она уже начала что-то подозревать. Из известных ей ниндзюцу, способных наделить человека столь невероятной мощью, какую продемонстрировал Сэнья, было всего два варианта. Первый — техника сверхчеловеческой силы, которой владели она сама и ее дед. Второй — секретное водное дзюцу ее двоюродного деда Тобирамы, а также некоторые тайные техники других селений. Но Сэнья с малых лет рос в Конохе, и в свои семь никак не мог освоить ниндзюцу чужих деревень, так что этот вариант отпадал сразу.

Таким образом, внезапный всплеск мощи у паренька мог объясняться лишь двумя причинами.

К тому же, судя по объему и природе его чакры, использование как техники усиления, так и секретного водного дзюцу выглядело одинаково правдоподобным.

Освоение сверхсилы требует более точного контроля чакры, чем даже для медицинских ниндзюцу. Так что если Сэнья действительно применял именно ее, значит, он уже достиг нужного уровня управления энергией.

Конечно, мальчик сам попросился в ученики к Цунаде, благодаря чему она и выиграла спор с Третьим Хокаге насчет права стать его наставницей. Но все же ей хотелось убедиться, что у Сэньи действительно есть склонность к медицинским техникам. Без сомнений, он был ошеломляющим гением, но даже гениальность не значит, что человек способен освоить абсолютно все.

А если он и правда научился использовать технику сверхсилы… Что ж, тогда в его тренировки нужно будет внести кое-какие дополнения. Цунаде снова придется испытать потрясение, узнав, что в столь юном возрасте Сэнья уже постиг этот прием.

Именно поэтому она и задала ему этот вопрос.

Однако парнишка не спешил с ответом. Похоже, он о чем-то напряженно размышлял — уголки его глаз слегка подрагивали, выдавая внутреннюю борьбу.

Он все еще терзался из-за улыбки Кушины.

Видя, что Сэнья никак не реагирует, Цунаде ощутила нарастающее раздражение.

БАМ!

Увесистый кулак опустился на макушку мальчишки.

БУМ!

В следующий миг в отдаленном от деревни скалистом районе взметнулось облачко пыли.

«Больно же!»

Сэнья распластался на земле, уткнувшись лицом в почву. На его темени вздулась покрасневшая шишка, от которой поднимались струйки дыма.

Удар пришелся в самый центр небольшой воронки, расходящейся от тела мальчика трещинами во все стороны.

Над ним возвышалась Цунаде, медленно опуская кулак и подергивая уголком рта.

— Когда с тобой разговаривают старшие — будь добр слушать внимательно! Это же элементарная вежливость! — процедила она.

После этой затрещины мысли об улыбке Кушины напрочь выветрились из головы Сэньи. Зато он в полной мере ощутил пугающую мощь Цунаде. Всего один удар, но мальчишка почувствовал себя так, словно на него обрушилась целая гора. И хотя его тело, способное открывать Четвертые Врата, не получило серьезных повреждений, все кости ныли от боли.

Это был совсем другой уровень по сравнению с ударами Кушины.

«Потрясающе! Так вот она какая — легендарная сила Пятой Хокаге Цунаде, сильнейшей из Трех Саннинов?»

По одному лишь этому удару Сэнья осознал невероятную мощь Цунаде. И ведь она явно не вкладывала в него всю силу — это был просто легкий подзатыльник в воспитательных целях, а не полноценный боевой прием.

«Но даже такой шлепок, наверное, раз в восемь превосходит мою собственную технику усиления при использовании чакры Врат Боли, — прикинул про себя парнишка. — Мы просто небо и земля. Да, я освоил принципы применения сверхсилы, но до уровня Цунаде мне еще расти и расти. В сравнении с ее техникой моя годится разве что щелбаны раздавать».

«Круто! Нереально круто!»

Распробовав на себе удар легендарной куноичи, Сэнья неожиданно ощутил прилив радостного возбуждения.

«У меня все получится! Точно получится! Если запасов моей чакры хватит, я стану по-настоящему устрашающе силен!»

— Прошу прощения, госпожа Цунаде, — пробормотал мальчик, потирая ушибленную голову и медленно поднимаясь на ноги.

Несмотря на охватившие его восторг и предвкушение, удар и правда вышел знатным — голова раскалывалась от боли. Но Сэнья поспешил принести извинения в первую очередь.

В этой ситуации извиниться первым было верным решением.

Цунаде внимательно посмотрела на Сэнью.

Кушина оказалась права насчет этого ребенка: он часто погружался в задумчивость, становясь совершенно невосприимчивым к окружающему миру. И выражение его лица в такие моменты почему-то всегда вызывало ощущение какого-то недоброго умысла. Сам по себе мальчик выглядел миловидным и безобидным, но стоило ему принять этот задумчивый вид, как симпатия к нему испарялась.

«И что это на меня нашло? Сама не заметила, как руку подняла…»

«Однако парнишка и правда крепкий. Неудивительно, раз он сумел освоить технику Восьми Врат вплоть до четвертых. Должно быть, с ранних лет проходил немыслимо суровые тренировки. Причем Кушина даже не подозревала, что он изучает Восемь Врат — она узнала об этом, лишь когда Сэнья открыл четвертые. Выходит, она никак не могла заставлять его практиковать этот опасный прием, требующий непрерывной интенсивной физподготовки».

«Неужели этот малыш в столь юном возрасте освоил четвертые Врата только за счет собственной силы воли? Без чьих-либо понуканий и надзора, опираясь лишь на самодисциплину, день за днем выполнял монотонные тренировки тела?»

«И даже обладая выдающимися способностями к ниндзюцу, он не забросил эти нудные и трудные физические упражнения ради более легкого пути — целиком посвятить себя изучению техник…»

«Этот ребенок одарен не только талантом, но и незаурядным умом. А еще он невероятно трудолюбив, целеустремлен и тверд духом».

«Лучшего ученика и пожелать нельзя!»

«Честно говоря, я даже немного нервничаю. Неудивительно, что Кушина решила передать его мне. Может, она почувствовала: продолжив учить Сэнью сама, она попросту загубит его потенциал?»

«Кушина, которая никого и ничего не боится и всегда знает, чего хочет… И надо же, она все-таки приняла такое решение — сама пришла ко мне с просьбой стать наставницей Сэньи. Конечно, я только об этом и мечтала. Даже если бы Кушина не обратилась ко мне, я бы сама подошла к мальчику и взяла его в ученики. Но все равно поступок Кушины кажется невероятным».