Глава 438

На следующий день Такума, как ни в чем не бывало, вернулся на работу. Он сидел за своим столом, держа в руке официальный документ с печатью. Это был пропуск, дающий ему право изучить ниндзюцу B-ранга из секретных архивов АНБУ. Это было то, чего он желал больше всего на свете за все время своей службы, то, к чему он так долго и упорно стремился, и все же сейчас ему было на удивление трудно радоваться, видя перед собой плоды своих многомесячных усилий. Тяжесть вчерашних открытий давила на плечи.

В дверь кабинета осторожно постучали, и Такума поднял глаза, увидев на пороге Амами.

— Ну что, пойдём, мой дорогой Тринадцатый? Время для нашего первого серьезного собрания.

Она буквально сияла, явно взволнованная и полная энтузиазма по поводу этого нового дела о «Корне». Видя ее неподдельную радость, он ощутил неприятный укол раздражения, смешанного с завистью. «Ну почему всем вокруг так весело и интересно, пока я тут страдаю на всех фронтах, и жизнь катится к чертям?» Он на мгновение до боли сжал в кулаке письмо-пропуск, но тут же опомнился и заставил себя успокоиться, разгладив мятую бумагу.

— Идём, конечно, — сказал он, выдавив из себя подобие улыбки и убирая скомканное письмо в ящик стола.

Для предстоящей встречи они зарезервировали одну из просторных архивных комнат, заваленных стеллажами с документами. Крайт, а также Дзётоми и Богинори, двое оперативников, которые должны были оказывать основную аналитическую поддержку по делу, уже ждали их там, склонившись над разложенными на столе картами.

Сев за стол, Такума заметил, что Крайт с явным усилием разминает затекшую шею, на его лице застыла маска усталости.

— Когда ты успел вернуться? — спросил он.

— Пару часов назад, не раньше.

Крайт не вернулся с остальным отрядом сразу после операции, а остался на месте обнаруженного бункера, чтобы лично убедиться, что все улики должным образом собраны, описаны и задокументированы.

— Итак, прежде чем мы официально начнем, у меня есть для вас важное объявление, — сказал Крайт, сделав глубокий вдох и обведя всех присутствующих серьезным взглядом. — Командир Барбари выделил нам большое отдельное помещение на втором этаже специально для этого дела. Пока мы не разберемся со всем тем объемом материалов, что мы собрали, будем использовать исключительно его. И запомните: ничто, абсолютно ничто, связанное с этим делом, не покидает этого помещения. Ясно? Далее, анализ всех биологических и медицинских материалов командой ирьёнинов, работающей на другом, засекреченном объекте, займет как минимум пару недель, а то и больше. Мы будем тесно работать с ними и параллельно допрашивать того ученого, чтобы как можно точнее выяснить, чем именно они там, в этом бункере, занимались. Пока они разбираются с «внутренней» частью, мы отвечаем за «внешнюю». Наша команда сосредоточится на поиске любых связей этого бункера с общей сетью «Корня».

То, что командир Барбари выделил им целое отдельное помещение и так строго ограничил перемещение любых материалов, было недвусмысленным знаком той огромной важности, которую он и капитан АНБУ придавали этому делу. Все, что хоть как-то связано с «Корнем», всегда рассматривалось с особым, пристальным вниманием, и на фоне грядущего возможного смещения фокуса всего отдела это можно было расценить как стратегическое решение капитана – закрепиться на этом плацдарме, чтобы затем нанести решающий удар.