Глава 53. Достоинство капитана

Наруто сделал глоток из чашки. Напиток оказался слабоалкогольным, с легкой сладостью во вкусе — фруктовое вино, больше подходящее для детей.

— Я все-таки капитан, и у меня есть соответствующие способности, — начал он прямо. — Сделать немного больше…

— Дело совсем не в этом, — Сюнсуй Кьёраку положил руку на голову Наруто и заставил его повернуться в сторону Джинъэмона Коцубаки.

— Неужели ты еще не заметил, что твои подчиненные уже начали выражать недовольство? — продолжил Сюнсуй Кьёраку. — Сегодня лейтенант Коцубаки пригласил нас выпить именно для того, чтобы обсудить с тобой этот вопрос.

Коцубаки вздрогнул, расплескав саке. Даже темные очки не могли скрыть изумление в его глазах.

«Капитан Кьёраку, что вы делаете? Нет… Вот так прямо взять и выложить все… Лучше бы мне умереть прямо сейчас?»

Он напряженно пытался вспомнить, когда и где мог обидеть капитана Кьёраку.

— Ха-ха-ха, — рассмеялся Сюнсуй Кьёраку, довольный своей шалостью. — Лейтенант Коцубаки, не делайте такое лицо. Наруто — хороший мальчик. У него нет тех избалованных замашек, о которых вы беспокоитесь, он умеет прислушиваться к советам. И ему небезразлично ваше мнение.

Коцубаки посмотрел на Наруто. На лице светловолосого юноши не было и тени гнева — он серьезно и внимательно смотрел на своего лейтенанта.

— Мои действия действительно вызывают у вас недовольство? — мягко спросил он.

— В какой-то степени да, — Коцубаки почесал голову. — Капитан Наруто берет на себя слишком много. Хоть мы и не так сильны, как капитан, но мы тоже члены седьмого отряда. Мы тоже хотим делать то, что в наших силах.

— Ты капитан, а не родитель, — Сюнсуй Кьёраку похлопал Наруто по голове. — Если ты будешь делать все сам, что останется им?

Шиба Иссин отставил чашку с саке:

— Главнокомандующему понравится видеть безупречный отряд. Но подчиненные тоже должны расти. Они будут ошибаться, получать ранения, но именно благодаря этому они станут сильнее. Мы, капитаны… Разве не должны просто протягивать руку помощи, когда они не могут идти дальше, когда они попадают в тернии, лечить их раны, а затем смотреть, как они продолжают свой путь?

— И это оправдание тому, что вы, капитан, сложили руки и заставляете нас делать всю работу? — пожаловалась Рангику Мацумото.

Шиба Иссин рассмеялся.

— Наруто, так ты только измотаешь себя, — Сюнсуй Кьёраку покачал чашкой с саке. — Нужно учиться расслабляться. В таком месте как Сейрейтей, быть слишком напряженным — не самая лучшая идея.

Коцубаки опрокинул в себя две чашки саке. Его лицо покраснело, а слова стали более весомыми и прямыми:

— Это взгляд с позиции капитанов. Но для нас, рядовых членов отряда, все выглядит иначе. Капитан лично занимается всеми делами, даже самыми незначительными мелочами. Это… заставляет нас выглядеть некомпетентными!

Он сделал паузу и посмотрел на Наруто:

— Капитан Наруто, вы знаете, что значит «капитан» в глазах таких рядовых членов отряда, как мы?

Наруто покачал головой.

— Это достоинство, — Коцубаки опустил чашку с силой, словно опуская лезвие меча. — Это достоинство, которое мы готовы защищать ценой жизни. В этом ценность нашего существования как членов отряда.

Наруто удивленно посмотрел на него. Это был неожиданный ответ. Достоинство… Странное определение.

— Но я стал вашим капитаном всего полгода назад, — тихо произнес Наруто. — Неужели только из-за звания капитана я настолько…

Коцубаки прервал его громким, искренним смехом:

— Капитан Наруто, вот тут вы сильно ошибаетесь. Мы уважаем вас не из-за звания капитана седьмого отряда. А просто потому что… вы — Узумаки Наруто. И вы, будучи Узумаки Наруто, просто случайно стали нашим капитаном седьмого отряда.

Наруто сжал чашку. Причина их уважения только в том, что он «Узумаки Наруто»? И это почти не связано со званием «капитана»? Это тоже был неожиданный для него ответ.

Рангику Мацумото подняла чашку, взглянула на Шибу Иссина и тяжело вздохнула:

— А мы в десятом отряде очень завидуем седьмому отряду. Все говорят, как было бы хорошо, если бы нашим капитаном был господин Узумаки.

Шиба Иссин громко рассмеялся, почесывая затылок.

Сюнсуй Кьёраку согласно кивнул:

— Я тоже часто слышу подобное от своих подчиненных. Наруто, ты действительно замечательный капитан, которому многие завидуют.

— Иметь такого выдающегося капитана — большая ответственность, — сказал Коцубаки, отпивая саке. — Но именно потому, что у нас такой выдающийся капитан, у нас есть стимул следовать за вами. Если мы не можем успеть за шагом капитана, это наша проблема, — продолжил он, становясь еще серьезнее. — Это значит, что нам нужно больше тренироваться и набираться опыта. А не надеяться, что вы возьмете все на себя и будете заботиться о нас, как о детях.

Сказав это, Коцубаки хлопнул по столу и пробормотал:

— Если говорить о возрасте, капитан Наруто, вы ведь младше всех нас.

— И есть еще одна очень реальная проблема, Наруто, — Сюнсуй Кьёраку отпил саке.

Наруто повернулся к нему.

— Сможешь ли ты… защищать их постоянно? — казалось, он задал этот вопрос мимоходом.

Наруто нахмурился и, помолчав некоторое время, неуверенно покачал головой.

— Когда они столкнутся с настоящей опасностью, но еще не успеют обрести силу для самозащиты — это может стать фатальным, — Сюнсуй Кьёраку, вспомнив что-то, опустил чашку. — Пока у тебя есть возможность защищать их, позволь им быстрее расти. Тогда, когда придет настоящая угроза… Они смогут обнажить свои мечи.

— Ведь цветок нашего седьмого отряда — ирис! — Коцубаки взмахнул левой рукой.

Язык цветов говорит, что ирис символизирует «мужество».

Наруто задумался. В тот вечер он выпил немного — Шиба Иссин и Сюнсуй Кьёраку особенно заботились о нем, все-таки с таким «несовершеннолетним» лицом и телом заставлять его пить было бы слишком «греховно».

Вернувшись в седьмой отряд, Наруто попробовал отпустить контроль. Он начал поручать подчиненным дела, которые, на его взгляд, не требовали его личного участия. Члены отряда с улыбками принимали поручения, даже с нетерпением брались за задания.

После той беседы в баре Коцубаки научился правильно общаться с Наруто. Он прямо говорил, что этого недостаточно, что можно делегировать еще больше обязанностей. Наруто прислушивался к его словам, постепенно ослабляя контроль, внимательно наблюдая за реакцией подчиненных. Они не возражали, наоборот, были полны энтузиазма.

В итоге Наруто растерянно сидел в казармах. Он обнаружил, что у него почти не осталось дел. Нужно было только просматривать отчеты подчиненных или вмешиваться, когда кто-то недостаточно опытный допускал ошибки, чтобы решать эти проблемы.

Жизнь стала спокойнее. У Наруто появилось больше времени наблюдать за седьмым отрядом. Джинъэмон Коцубаки оказался очень надежным лейтенантом. «Саджин Комамура» был вовсе не таким, как описывал себя сам — в седьмом отряде его довольно любили, просто из-за его строгого характера, скрывающей все тело одежды и холодной, отстраненной ауры многие не решались подойти к нему близко.

Наруто вспомнил слова Коцубаки в тот день. Он подумал…

«Кажется…»

«Теперь я понял, как найти подход к Саджину Комамуре».

«В конце концов, мужские проблемы требуют мужских решений».