Глава 16. Витой шнур

Глaва 16. Bитoй шнуp

Утерев кровь, капающую из его рта, Барбас громким голосом заявил окружающим землекопам:

— Kак я уже сказал, я ухожу с капитаном Ноэль. Выберите себе следующего лидера сами.

На некоторое время землекопы ошеломлённо застыли, а затем, осознав, что он только что сказал, стали собираться вокруг него.

— Pазве это не слишком неожиданно, папаша?

— Я не собирался заставать вас врасплох. Я решил это только что, знаешь ли.

— П-пожалуйста, погоди! Мы смогли быть такими организованными только благодаря тебе! Никто не сможет занять твоё место!

— Tы преувеличиваешь. Всё что я делал, это плыл по течению. Уверен, что со следующим парнем всё будет хорошо.

Барбас отмахнулся от них, но они никак не могли принять сказанные им слова, и один за другим стали громко протестовать.

— Ты не можешь нас бросить после всего, что мы прошли вместе!

— A-а-ах, вы слишком нервные. Что же мне с вами делать…?

Барбас скрестил руки на груди и глубоко задумался, когда до него донеслись неожиданные слова: «Тогда, почему бы нам тоже не пойти? Никаких проблем».

— Что это было?

— Эта девка… эм, молодая женщина, пришла сюда, чтобы сделать тебя своим подчинённым, верно? Тогда нам тоже следует пойти с ней, верно? Верно?

— Эй, не говори такую херню. Ты хоть знаешь, сколько нас? Она никак не сможет нанять нас всех. Верно, капитан?

Барбас нахмурился и посмотрел на Ноэль, ища подтверждения.

— Меня это не беспокоит. Чем больше, тем лучше, и всё такое. Это увлекательно.

Она быстро согласилась без малейшего волнения, подобрала мешок с золотом с пола и небрежно вручила его Барбасу.

— Я должна заплатить тебе, так что вот.

— Что мне с этим делать!?

Барбаса встревожил вес мешка.

— Разделите их поровну между собой. Мне это действительно не нужно. В любом случае, я, скорее всего просто выбросила бы их на ветер.

— Это действительно нормально? Как только мы разделим их, ты не получишь их обратно.

— Ну и ладно.

Похоже, Ноэль это совсем не волновало. Барбас не мог даже понять, осознаёт ли она цену деньгам или нет. Но что ещё важнее, судя по тому, что она сказала, она была или великим человеком, или полной дурой.

— Кстати, как ты собираешься с нами обращаться? Не будет странно, если нас сразу же казнят, как только мы покажемся в столице.

То, что предположил Барбас, было вполне вероятно. Ноэль, похоже, не врала им, но вот элита Коимбры другое дело. Будет совсем не удивительно, если их всех повесят.

— Не волнуйся об этом. Я могу пойти одна и всё объяснить наместнику. Eсли вы просто подождёте снаружи города, и сбежите при признаках опасности, всё будет хорошо. Обещаю, всё получится.

Она уверенно кивнула, подтверждая свой замысел обеспечить им безопасность, а затем пробормотала:

— Если будет бунт, я тоже могу убежать, — вздохнула она, поглаживая боевой молот, свисавший с её пояса.

Он был окрашен в красновато-коричневый цвет и выглядел очень внушительно. Он уже забрал несколько жизней.

Невольно поморщившись при взгляде на молот, Барбас сказал: «В таком случае, мы оставим это вам, командир».

— Ладно, нам уже пора идти. Я немного проголодалась. А сейчас мы идём в Болбо.

Утерев пот и пригладив растрёпанные волосы, Ноэль повернулась к выходу. Ошеломлённые стражники, как и хмурая помощница, последовали за ней с потрясёнными выражениями лиц.

«Я бы тоже так выглядел, если бы на меня свалилась такая охренительная куча неприятностей. Это довольно жалко, что меня победила мелкая девка, но я выложился на все сто… Если я пойду с ней, это обещает быть занимательным»

Размышляя таким образом, Барбас повернулся и посмотрел на землекопов.

— Как и было сказано, капитан Ноэль помиловала нас. Сообщите это остальным. Сегодня я покидаю это место. Последуете ли вы за мной, или останетесь позади — это неважно. Мы в любом случае поделим эти деньги в качестве прощального подарка.

— О да!

— Я иду с тобой, папаша!

— Эй, не торопись и подумай хоть немного, дебил. Если ты пойдёшь с капитаном, то присоединишься к коимбранской армии. Лучше не идите, если не хотите скромной жизни. После того, как вы решите, я не приму ни одной жалобы.

— Xех, я был готов уже тогда, когда решил стать землекопом. Мы — ветераны Банды белых муравьёв.

— Верно!

Загорелые землекопы насмехались над самой идеей, что они будут жаловаться. Те, кому было что защищать или у них было место, куда можно вернуться — уже ушли. Только те, кто хотел остаться с Барбасом, продолжали день за днём жить в шахтах. Возможно они подумали, что Ноэль станет ключевым моментом в их жизни, как когда-то Барбас. Удивлённо пробормотав, как много оказалось таких людей, Барбас кивнул.

— Просто чтобы не было проблем: никогда не прекословьте капитану, даже если умрёте. Вот за что вам платят. Если будете жаловаться — я сам задушу вас.

— Я, вероятно, расстроюсь, но сделаю всё возможное, чтобы не жаловаться.

— Хорошо. По крайней мере попытайтесь сдохнуть тихо.

На грубые слова Барбаса землекопы зашлись в искреннем смехе: «Так жестоко!».

— Ладно, готовьтесь выдвигаться!

— Оставь это нам. А, только возьми горючие камни, которые у нас есть. Они могут пригодиться.

Барбас хотел отдать Ноэль особый продукт шахт Болк, как компенсацию за её доверие к ним и за большую сумму золота. Единственный способ хоть как-то отплатить ей — это козырная карта Банды белых муравьёв. Со своей выдающейся силой Ноэль, скорее всего, сможет отличиться в армии Коимбры, и можно было с уверенностью утверждать, что, если она сможет эффективно использовать горючие камни, это несомненно поможет ей. И Барбас, не получивший формального образования, и другие землекопы не могли ничего придумать, если это не касалось прокладки туннелей, но они понимали опасность беспечности.

— В-всё, что у нас есть? У нас тонны камней, так что будет трудновато осуществить это.

— Мы возьмём сколько можем и уйдём. Также после нашего ухода мы скроем вход в тоннели. Сомневаюсь, что кто-нибудь придёт сюда, но, если их найдут, это может вызвать множество проблем. К тому же у нас должна быть возможность вернуться за остальными, когда кончатся эти.

— Понятно!

Оставив разбираться с камнями землекопов, Барбас взял свой обшарпанный старый меч и побежал за своим новым нанимателем. Окликнув её, он показал ей их обычное место, где раскрыл секретное оружие Банды белых муравьёв. Разумеется, он показал это только Ноэль. Он объяснил ей свойства горючих камней, и глаза Ноэль удивлённо расширились, когда он показал их мощь на обломке каменной породы. После того, как Ноэль похвалила его, лицо Барбаса расплылось в широкой улыбке, так как она уже думала о том, что могла сделать с камнями нечто удивительное. Хотя Ноэль вела себя, как молодая девушка своего возраста, Барбас всё ещё чувствовал холод, и никак не мог забыть ту тьму, которую он увидел по другую сторону её невинности. Она была жестокой, как маленький ребёнок.

После того как Ноэль и остальные вернулись в Болбо, они закатили шикарный банкет в различных тавернах и пабах. Оплачивалось всё, разумеется, на деньги, что дала им Ноэль. Поскольку те, кто был достаточно здравомыслящим, чтобы сэкономить деньги на жизнь, уже покинули шахты, все землекопы пили до полной отключки. Никогда не умевшая сдерживаться, Ноэль не отставала от них, и шумно веселилась с вином в руке. Стражники поначалу были в недоумении, но вскоре и они начали пить и петь вместе с остальными. В конце концов все они были комбранцами, и было похоже, что у землекопов шла тяжёлая жизнь. Риглетт была единственной, кто торопливо ушла в свою комнату с угрюмой миной на лице.

Она сердито отшила Барбаса: «Ты седая обезьяна даже среди черни. Я ни за что не буду пить с тобой. Не в этой жизни».

После того, как Барбаса назвали обезьяной, он чуть не зарезал её на месте. На лице Ноэль, веселившейся среди остальных обычных людей, не было ничего, кроме счастливой улыбки. Кстати, недавно у Ноэль появилось хобби наблюдать за людьми. Она никогда не уставала от этого. Не обращая внимания на внешний вид, она находила резких людей наиболее интересными. Самой занимательной была Синтия, а за ней следовала Риглетт. Барбас весело посмотрел на Ноэль, когда она сказала ему об этом.

— Да-а, ну, если бы мне можно было сказать, то самой грубой были вы, капитан. Наверное, я бы никогда не устал смотреть на вас.

— Это не потому что я отличаюсь от остальных, это-о-о (пьяная Ноэль)

— Ну, это правда, что ты сильна, как монстр, нет, эм, как тысяча людей.

— А-ха-ха, не этим.

— Тогда что?

— Я не одинока, когда я одна, понимаешь? В принципе есть доказательство, что во мне нет меня. Я это я и одновременно это мы. Ты не можешь знать, когда смотришь на меня — видишь ли ты когда-нибудь настоящую меня. А-ха-ха, я даже не знаю. — пробормотала Ноэль с пустыми глазами.

Взгляд Барбаса переместился с Ноэль на сцену позади неё. Не зная, на что направлено его беспокойство, она проглотила остатки своей выпивки.

— Эм, капитан?

— А-ха-ха, это просто шутка. Шутка. Барбас, не думаю, что когда-нибудь устану от тебя. Так что давай всегда работать вместе.

С чарующей улыбкой она стала подливать Барбасу ещё вина, да так много, что оно начало переливаться через край.

На следующий день после окончания вечеринки, Ноэль и 500 мужиков с похмельем величественно продолжили своё триумфальное возвращение, и были немедленно остановлены и допрошены гарнизоном у ворот замка Мадресс. На них никто не нападал, ведь землекопы шли под военными флагами Коимбры, но они всё ещё не могли пройти вперёд. Со стороны они выглядели для всех, как колонна разбойников, так что подобное отношение было неизбежным. Ноэль подождала аудиенции Грола и быстро вошла, когда её позвали.

— Сотник Ноэль вернулась после завершения миссии!

Ноэль гордо улыбнулась, едва войдя в приёмный зал, и чётко исполнила воинское приветствие. В этот день она надела очки, и её осанка была безупречной. Окружающие офицеры и госслужащие, скорее всего, разрывались между недоумением и возмущением.