Глава 34
В лифте было тихо, пока они спускались вниз. Для Джеймса тишина была возможностью сдержать свою ярость, подавить жаркий огонь, грозивший вырваться наружу. Для Глинды и Кроу она была более напряжённой, неуверенной и, в случае Кроу, сопровождалась стиснутыми зубами и трясущимися кулаками.
Только Озпин оставался спокойным, да и то не совсем. Его потряхивало, он почти бессознательно напевал какую-то тихую мелодию и постукивал ногой по полу лифта, который уносил их в недра Бикона. Такое неуважительное отношение к столь серьёзной ситуации раздражало Джеймса ещё больше. Его раскрыли, поймали, а Озпин выглядел безразличным.
Джеймс понял, что тот взволнован. Озпин был взволнован. Он суетился, как ребенок.
Не успел лифт открыться, как Озпин вышел из него, трость уже не поддерживала его, а была подброшена вверх и зажата под мышкой. Он никогда ещё не выглядел таким бодрым: он практически бежал между высокими зелёными колоннами по тёмной дорожке к тонкому пятну света вдалеке. Глинда и Кроу обменялись молчаливыми и неловкими взглядами, но Джеймс двинулся следом. Он пришёл за ответами. И никак иначе.
Он хотел бы сказать, что нашёл их, увидев двух девушек, одна из которых была совсем ребёнком, привязанных к белым матрасам на стальных рамах. Их лица были впалыми и бледными, под глазами — тени, а волосы — матовые. На каждой из них были надеты белые медицинские халаты с оскорбительно простыми капельницами, поддерживающими их гидратацию. Две девушки, которые по какому-то провидению носили одно имя и, если его подозрения были верны, обладали одинаковыми способностями.
— Озпин, нет, — тяжело дышала Глинда. — Что ты сделал…?
— Я сделал то, на что никогда прежде не был способен, — сказал Озпин, обводя взглядом двух девушек — точнее, Эмбер Арк — с горящими глазами и широкой, маниакальной улыбкой. Его пальцы гордо перебирали простыни, словно он поглаживал старинный спортивный автомобиль. — Наконец-то я приблизился к тому, чтобы раз и навсегда победить Салем. Я близок к тому, чтобы нанести последний удар.
— Ты просил у меня экспериментальное медицинское оборудование, — прошипел Айронвуд, глядя на Деву Осени. — В том числе и оборудование для переноса ауры, над которым ты заставлял нас работать. Почему они привязаны к кроватям, а рядом с ними нет ни одного прибора для поддержания жизни?
— Потому что они не работают! — Вместо того чтобы расстроиться, Озпин радостно рассмеялся, глядя на них так, словно рассказывал анекдот и ждал, когда они дойдут до развязки. — Мы все знаем, что делает Проявление мистера Арка, его Обнуление, но Chivalric Arms совершила с ним грандиозную ошибку. Не только дав ему мотивацию и средства для охоты на них, но и упустив абсолютную жемчужину в его окружении. — Его рука коснулась плеча Эмбер Арк, и Джеймс напрягся. — Жон Арк, возможно, и был первым, кто продемонстрировал потенциал Проявления Арков, но он — предшественник, ранний цветок. Его Проявление не настолько развито, как у этой девушки.
Озпин положил трость на кровать Эмбер и полез в карман, вытащив тонкое лезвие длиной не больше пальца, предназначенное скорее для разрезания веревки или ткани, чем для людей. Он прижал его к большому пальцу и воткнул, давая им возможность увидеть, как кровь пузырится на стали.
— Видите? Ауры нет. Ни у кого из нас её нет. Проявлений тоже нет, а она даже не проснулась и не использует свою силу сознательно. Да и радиус действия больше — целых шестьдесят метров до дверей лифта — и при этом не наблюдалось ни одного заметного момента, когда вы могли бы почувствовать, что ваша аура исчезла.
— Тебе не обязательно было резать себя, — сказал Кроу. — Мы могли бы проверить наш свиток…? Он не работает. — Он потряс устройство. — Что? У него не просто разрядилась батарея, он полностью мёртв!
— Да! — Озпин подпрыгнул на месте, улыбаясь так яростно, что можно было пересчитать каждый зуб. — Это ещё одна часть того, что делает её Проявление гораздо более мощным. Она обнуляет не только ауру и Проявления, Кроу. А также ещё и прах, включая всё, что может на нём работать. Вот почему я не могу разместить здесь никаких аппаратов или медицинского оборудования — они не работают. Именно из-за неё упал Буллхед, перевозивший её, и он рухнул в Изумрудный лес.
Проявление Обнуления, влияющее не только на ауру, но и на механизмы. Айронвуд задумался о последствиях. Конечно, не вся техника, но раз уж в Ремнанте практически всё работает на прахе, значит, так тому и быть. Если бы Эмбер Арк прогуливалась по центру города, она вызвала бы небывалый хаос. Если бы её завезли в государственную больницу, там бы отказало всё оборудование, и в результате погибли бы сотни людей.
Девушка — живая бомба. Антиаурная, антитехнологическая бомба.
— Дальше было лучше! — воскликнул Озпин, отбросив все притворства невинности, все притворства спокойного и уравновешенного человека, каким он обычно был. — Когда я нашел её в Изумрудном лесу, я нашёл её в окружении кучек чёрной пыли и ни одного Гримма в поле зрения. И это несмотря на то, что их привлекли последствия крушения и предсмертные крики людей внутри. Знаете, почему? — Он не дал им времени на ответ, слишком взволнованный, чтобы сказать это. — Её Проявление обнуляет даже Гриммов! — Его голос понизился до шепота. — Она сводит на нет их силу. Силу богов!
Айронвуд почувствовал воображаемый удар в глубине живота. Он резко вдохнул воздух и почувствовал ледяную воду глубоко в душе. Более того, он почувствовал искушение. Искушение, которое так точно овладело Озпином. Эмбер Арк была потенциально самым мощным Проявлением, о котором он когда-либо слышал. Если бы Атлас обладал им, нет, если бы он обладал им…
Нет! Он не станет таким же как Chivalric Arms.
— Ты не серьёзно! — воскликнул Кроу. — Как может человек обладать силой, способной соперничать с богом?
— О, это не так, — быстро сказал Озпин. — Не совсем. Скорее, у неё специфическая сила, для искажения или отмены воздействия. Я пока не знаю подробностей. — Он снова рассмеялся, громко и звонко. — Возможно, это более сильная грань силы Бога Тьмы или какая-то причудливая смесь света и тьмы, которая в итоге оказывается посередине. Никто не понимает, как работают Проявления, и уж тем более я, но я знаю, что Эмбер больше не проявляет никаких признаков того, что она — Дева Осени, когда находится рядом с другой Эмбер. Я знаю, что сила воздействия на душу Эмбер ослабла. Я знаю, что не могу использовать свою магию, и смею предположить, что ты не сможешь превратиться в птицу, Кроу. Во что бы то ни стало, попробуй. Это магия, а не Проявление, так что ты сможешь превращаться на глазах у Жона Арка. Попробуй сделать в присутствии его сестры.
Все взгляды были устремлены на мужчину, и он кивнул после секундного раздумья, поднялся и посмотрел на маленькую грустную девочку. Джеймс внимательно следил за его выражением лица, больше интересуясь мыслями Кроу, чем тем, сработает это или нет. Если Озпин сказал, что да, то у него не было причин сомневаться.
Глаза Кроу не отрывались от лица девушки. Хотя она была светловолосой, в отличие от его собственной младшей племянницы, она всё ещё оставалась маленьким и хрупким ребенком, и Кроу Бранвен не знал, что делать. Он открыл было рот, чтобы заговорить, но кашель Озпина вернул его обратно. Он закрыл глаза, сосредоточился и… ничего не сделал. Ничего не произошло.
— Я не могу, — прошептал он почти жалобно. — Я не могу превратиться.
Значит, это была правда. Айронвуд закрыл глаза и вздохнул.
— Невероятное Проявление, — сказал Озпин. — Гораздо лучше, чем у Жона Арка. Ты спрашиваешь, почему я забрал её, Джеймс? А я спрашиваю, как я мог этого не сделать. Если эта девушка может отменить силу, дарованную Богами, то, возможно, она также способна покончить с Салем раз и навсегда. Если не убить её, то лишить бессмертия и позволить кому-то другому нанести последний удар.
— И для этого ты загубишь жизнь молодого человека, — сказал Джеймс. — Ты выкрал его сестру, затем подставишь и убьешь его, а после заставишь сестру стать твоей рабыней и отдать свою жизнь против невозможного врага. Ты превратишь четырнадцатилетнюю девочку в оружие.
Глинда с трудом подбирала слова, а Кроу продолжал смотреть на Эмбер Арк.
— Я бы так и сделал, старый друг. Из всех ошибок, которые я совершил за свою долгую жизнь, я с гордостью могу сказать, что использование ребёнка в качестве оружия не было одной из них. Однако я не могу с чистой совестью позволить своему эго помешать мне использовать её. Я не буду этим гордиться, — признался Озпин. — Я не буду считать себя хорошим человеком и не стану ожидать, что Николас Арк, его жена или семья простят меня в загробном мире. Но если, используя одного человека, я смогу спасти многих других, я это сделаю. Я должен это сделать. Выбора нет.
— Выбор есть всегда.
— Да, конечно, семантика. Есть выбор между победой над Салем и избавлением мира от угрозы Гриммов и помощью одной девочке в обеспечении нормальной жизни и возможностью спокойно уехать, пока люди страдают и умирают, а Салем готовит свой возможный приход к власти и уничтожение человеческой расы. Не надо заниматься морализаторством, Джеймс. Я прожил три тысячи лет и знаю о добре и зле больше, чем ты когда-либо узнаешь! Это неправильно! — прошипел он. — Конечно, это неправильно, но именно в такую несправедливость я и окунусь, если это поможет закончить эту битву раз и навсегда.
— И ты будешь работать с Chivalric Arms?
— Руби! — воскликнул Кроу, внезапно подняв голову.
— Мисс Роуз, да. Chivalric Arms каким-то образом узнали, что их пропавшая подопытная находится у меня, и хотят её вернуть. Они захватили Руби Роуз, надеясь использовать её в качестве заложницы в ходе обмена.
Обмен, который не состоится. Осознав это, Кроу отступил назад и сильно задрожал. — Ты… Ты собираешься оставить Руби умирать, не так ли?
— Она не умрёт. — хрипло произнёс Джеймс. — Хотя, возможно, ей этого захочется. Эксперименты. Пытки. Принудительное оплодотворение. Иглы, тесты и постоянное одиночество, пока она не начнёт молить о холодных объятиях смерти.
Кроу издал придушенный звук. — Озпин! Помоги ей!
— Помогу, Кроу. Обязательно. — Озпин нахмурился и направил взгляд в сторону Джеймса. — То, что Chivalric Arms считает, что у них есть преимущество, ещё не значит, что это так. Мы вернём мисс Роуз, если сможем…
— Если!? — воскликнул Кроу. — Они её хотят! Скажи, что согласишься на обмен. Мы можем подделать её или что-то в этом роде, начать обмен, а потом напасть на них, чтобы вернуть Руби!
Озпин не сказал ни слова.
Айронвуд хихикнул. — Он не станет этого делать, Бранвен. Разве ты не видишь? Твоя племянница уже устарела. Серебряные глаза? Смутные и туманные силы древних воинов? Они не могут сравниться с Обнулением, не говоря уже об Обнулении на стероидах. Он не станет рисковать своим новым оружием, чтобы спасти старую модель.
— Я сделаю всё возможное, чтобы спасти мисс Роуз.
— Исключая подвергание опасности своего нового актива.