316

Роден узнал о связи конца света и драконов благодаря пророчеству Лоэль Райца. Также на Западном континенте благодаря пророчеству удалось заранее узнать об опасности, исходящей от Валис Новы, и избежать её.

И всё же Роден не очень любил пророчества. Из-за ощущения, будто с момента, когда он видел пророчество, его действия становились ограниченными.

С того момента, как он впервые увидел пророчество о конце света от Лоэль Райца, конец света не покидал его мыслей. Слова «дракон» и «Фрувал» преследовали его даже во сне.

С опасностью от Валис Новы было похоже. В тот момент, когда он увидел пророчество, мысль о том, что нужно обязательно её избежать, завладела им. «Прорваться», «проигнорировать» — такие варианты, казалось, исчезли из его головы.

— Нужно обязательно смотреть?

Ты всё ещё не очень любишь пророчества.

— Да, немного. Так и есть.

Лоэль Райц знал, что Роден не очень любит пророчества. Роден сам говорил об этом, да и исходящая от него атмосфера говорила о его неприязни к пророчествам.

Лоэль Райц прожил невероятно долгую жизнь.

Все люди, которых он встречал за это время, были связаны пророчествами. Стоило ему показать хоть одно пророчество, как они начинали донимать его вопросами о следующем.

Роден был первым человеком такого типа за всю долгую жизнь Лоэль Райца. Он вновь подумал о том, как широк мир.

Забавно, что тот, кто так не любит пророчества, путешествует вместе с деревом, которое их показывает.

Ты, случаем, не веришь в пророчества?

— Нет, верю. Просто они… неприятны, неудобны, что ли? Просто не по душе.

В этом пророчестве появляешься ты. Всё равно не хочешь смотреть?

— А! Я? А! Тогда нужно посмотреть. Интересно, каким я там буду.

Роден схватил Лоэль Райца. В его голове возник незнакомый пейзаж.

Как и сказал Лоэль Райц, в пророчестве появился «он» сам, которого он видел разве что в зеркале.

«Хм? Это же действительно я».

«Он» в видении стоял перед гигантом. Не было ощущения, что он ранен или что его магическая сила истощена.

Гигант, всё тело которого состояло из пламени, скрестив руки, смотрел в глаза «ему», который был меньше его ногтя.

После непродолжительного обмена взглядами, огромный огненный гигант первым открыл рот.

— Готов?

От голоса гиганта задрожала земля и загудела атмосфера.

От невероятно громкого звука «его» лицо исказилось гримасой. Сильно нахмурившись, он посмотрел на гиганта.

— Потише!

— Готов?

— Если я скажу, что не готов, ты дашь мне время?

— Готов?

— Да. Готов.

Тело гиганта рассыпалось на части. Разлетевшиеся осколки пламени образовали в воздухе цифры и сложные символы.

— Реши! Срок — один день.

«Это математика? В этой области я уверен в себе».

«Он» в пророчестве быстро начал вычислять огненное уравнение, парящее в воздухе. Роден в реальности тоже, глядя на уравнение, начал вычисления.

— 44, 33, 78.

— 44, 33, 78.

Роден в пророчестве решил задачу раньше, чем Роден в реальности. Похоже, что срочность ситуации в видении ускорила работу его мозга.

— Правильно. Вторая задача.

Пламя снова рассеялось и сформировало задачу. И в этот раз Роден в реальности и Роден в пророчестве без труда решили задачу.

— В основном попадаются уравнения 8-го круга.

— Уравнения 8-го круга?

Как и следовало ожидать от одного и того же человека, даже время, когда они выражали сомнения, совпадало.

— Третья задача.

Пламя снова сформировало задачу, и Роден в реальности и в пророчестве легко её решили.

Хотя это были уравнения, связанные с магией 8-го круга, для Родена это не было сложной задачей. В теоретических основах он не уступал магам 9-го круга.

— Последняя задача. Если ты решишь её, то попадёшь в скрытое место.

— Понял. Давай быстрее задачу.

— Вот задача.

Пламя снова рассеялось, а затем сформировало уравнение. Эта задача была гораздо сложнее и запутаннее предыдущих.

— Хаа, и это нужно решать в уме?

— Непросто.

Реакция Родена в пророчестве и в реальности немного различалась. Из-за разницы в ситуации отличались и впечатления.

Роден в пророчестве и в реальности скрестили руки и сосредоточились на задаче. Потом подпёрли подбородок, а затем начали массировать переносицу.

— Сложно.

— Непросто.

Это был не уровень 8-го круга. Он превышал даже уровень 9-го круга. Это было сложнее, чем уравнения, необходимые для искажения пространства.

Это была задача, которую составитель создал с намерением сделать её сложной.