Часть 29

— Ты же знаешь, что не сможешь долго со мной не разговаривать, — сказал Клаус все еще очень сердитому сыну. — Твоя мать однажды поклялась, что больше никогда не заговорит со мной, и она продержалась целых три часа. Да, ты терпеливее ее, но ты сдашься.

— Уходи, папа, — проворчал Генри. — Мне уже почти одиннадцать, меня не надо провожать до школы.

— Ну же, Генри, — сказал Клаус со вздохом. Мальчик был слишком похож на свою мать. — Мы поссорились, но я уже забыл обо всем.

— Ну, а я нет, и тебе не придется бросить всех своих друзей, — пробурчал Генри, не оборачиваясь. — Тебе даже люди не нравятся.

— Верно, — сказал Клаус. — Но я люблю тебя.

Генри остановился, и Клаус улыбнулся. Он смог до него достучаться. Если бы Клаус тысячу лет назад знал, насколько эффективны эти слова, он, возможно, давно начал бы выражать свои чувства.

— Я не хочу уезжать, — сказал Генри, наконец, взглянув на него.

— Я знаю, — сказал Клаус, — но нам пора переезжать. Подумай о своей матери. Подумай о проблемах, с которыми она столкнется из-за того, что выглядит так молодо. Ей было всего восемнадцать, когда она родила тебя. Даже сейчас это слишком юный возраст для того, чтобы заводить ребенка. Люди начнут задавать еще больше вопросов, на которые она не сможет ответить.

— Я не хочу, чтобы у мамы были проблемы, — пробормотал Генри.

— Я тоже, и именно поэтому нам нужно переехать, — сказал Клаус, и Генри кивнул. — Хороший мальчик, а теперь покажи мне ту девочку, которая тебе нравится.

Генри покраснел.

— Ну, папа… — со стоном протянул Генри, и Клаус обнял его одной рукой.

— Что? Ну же, сынок, где она? — спросил Клаус, когда они подошли к крыльцу.

— Эм… вон та, с вьющимися каштановыми волосами, — сказал Генри, слегка кивнув в ее сторону. Клаус оглянулся и увидел смеющуюся маленькую девочку. Она походила на… Елену.

— Как ее зовут?

— Шарлотта, — ответил Генри, — Шарлотта Петрова, — Клаус замер. — Папа? Что такое?

— Как много ты о ней знаешь?

Петрова, легкое сходство Шарлотты с Еленой — это точно не совпадение.

— Только то, что она переехала сюда пару месяцев назад, она живет со своими тетей и дядей, ее родители умерли, когда она была маленькой.

— Послушай, Генри, мне нужно, чтобы ты выяснил о ней все, что сможешь, хорошо? — попросил Клаус, положив руки на плечи мальчика.

— Зачем?

— Просто сделай, пожалуйста, — Клаус сказал это как можно спокойнее, в голове же у него был хаос, мысли лихорадочно сменяли друг друга.

— Хорошо, — Генри пожал плечами. Его удивила просьба отца, но ради него он бы это сделал.

***

Первое, что Клаус решил сделать, вернувшись домой, — это разузнать все о семье Петровых. Могла ли родословная продолжаться? Значит, мог родиться ещё один двойник, а это означает создание гибридов. Зайдя в дом, он, к своему удивлению, увидел Кэролайн.

— Почему ты дома? — спросил Клаус как можно небрежнее. — Разве у тебя нет встречи с клиентом?

— Он отменил встречу, — сказала Кэролайн с улыбкой, — так что я могу провести с тобой весь день.

Обычно Клаус радовался бы этому, но сегодня у него другие планы.

— Замечательно, дорогая, но у меня появились кое-какие дела, люди слишком некомпетентны, так что сегодня мне нужно поработать, — солгал Клаус.

— О, — разочарованно протянула Кэролайн. — Тогда я, наверное, пойду помогу Бонни с подготовкой свадьбы.

— Хорошо, — сказал Клаус, и Кэролайн внимательно посмотрела на него.

— У тебя все в порядке?

— Да, любимая, — ответил Клаус, но Кэролайн не выглядела убежденной. — Правда.

— Как скажешь, — сказала девушка, подходя к нему. — Я вернусь вечером, — она поцеловала его, затем взяла сумку и ушла. Клаус со вздохом запрокинул голову. Впервые за одиннадцать лет он солгал ей.

***

— Он вел себя действительно странно, — сказала Кэролайн Бонни, когда они рассматривали платья.

— Клаус всегда странный.

— Нет, мне показалось, что он что-то скрывал.

— Может быть, он что-то планирует… под влиянием свадебной лихорадки.

— Думаешь?

— Он намекнул Колу, но не смей сказать ему, что я тебе это рассказала. Я поклялась, что это останется между нами.