48. Преграда

Руины.

Повсюду была разруха.

Гермиона шла босиком по пыли и повсюду разбросанному мусору.

Пахло огнём, не пожаром, а чем-то алхимическим.

Что-то, что с каждым новым вдохом обжигало нос.

Свет луны казался слишком тусклым. И никаких звёзд на небе.

Как я сюда попала? Где я?

Она продолжала идти вперёд, перешагивая через обугленные останки кровати, от которых остался только металлический каркас.

Пепел в вальсе кружил возле её лодыжек.

За одной из одиноко стоящих стен послышался кашель.

Она ускорила шаг, её ноги едва касались пола.

Раздался чей-то стон. Северус?

Обогнув стену, Гермиона увидела его, лежащим на полу. Из его шеи сочилась кровь, попадая на одежду и на землю.

Это было всё равно, что снова увидеть его в хижине.

Грейнджер бросилась к нему и попыталась прикрыть рану, которая, несмотря на все попытки, продолжала кровоточить.

— Он не заслужил смерти, — самодовольно промурлыкал голос позади неё.

Пока она всеми силами пыталась спасти Снейпа, вокруг её тела обвились едва заметные тени.

Гермиона проигнорировала этот голос и применила следующее беспалочковое заклинание.

Куда я дела свою палочку?..

— Северус, держись, пожалуйста, — захныкала она, когда поняла, что её магия куда-то испарилась.

Руки были в крови, а Северус бледнел с каждой секундой всё сильнее и сильнее.

Ониксовые глаза пристально на неё посмотрели:

— Гермиона.

— Тише, побереги силы, я помогу тебе, — она огляделась в поисках чего-нибудь, что могло бы спасти его: его палочка, её палочка… что угодно.

— Это… — он снова кашлянул.

— Всё будет хорошо, — пыталась утешить его Грейнджер. Он стал холодным.

— Это всё твоя вина, — взгляд Северуса сменился гневом.

И он, лёжа возле неё, безмолвно обмяк. Неподвижные глаза смотрели на девушку с ненавистью.

— Что… нет! Нет, Северус? — она постаралась привести его в чувства.

Он не мог умереть. Он не мог оставить меня. Я… он нужен мне. Я люблю его.

Снова запел эхом чей-то голос:

— Он не должен был умереть. Если бы ты не вернулась, он был бы жив.

— Заткнись! — рявкнула Гермиона, не оставляя попытки разбудить его.

Тем не менее, вина съедала её изнутри.

— Что ты будешь делать теперь, маленькая львица, когда твой защитник и возлюблённый мёртв? Из-за тебя мёртв.

— Заткнись! — снова закричала она. — Северус… мне очень жаль.

Грейнджер прижалась к его холодной как лёд груди. Окровавленные пальцы вцепились в его мантию.

— Ты не сможешь спрятаться от меня, львица. Однажды я испытал твой страх, и я буду искать его снова и снова, пока ты не подчинишься мне, — эхо стало громче, словно голос кружил прямо над ней.

— Зачем ты это сделал? Кто ты? — она оторвала взгляд от Снейпа и попыталась разглядеть источник этого голоса.

В темноте её встретили фиалкового цвета глаза.

А из скрытой пасти торчали два острых клыка.

— Я — тьма, а ты станешь следующей.

Её окутала темнота.

— Нет!

Её кто-то активно толкал, обхватив руками тело. Взад-вперёд.

— Тише-тише. Гермиона, это просто кошмар, — в ушах звенел голос Северуса.

Глаза распахнулись. Рядом с ней сидел Северус. Живой.

— О боже, Северус, ты жив, — повернувшись к нему, она поцеловала первое место, до которого смогла дотянуться. Пальцами коснулась его шеи, чтобы убедиться, что она цела и невредима.

Нащупала старый шрам. Снейп напрягся.

Крови не было.

Её захлестнула волна облегчения, и она, уткнувшись в его грудь, вдыхала привычный и родной аромат.

— Если я правильно понимаю, то да, пока ещё жив. С тобой всё нормально? — прошептал он, притягивая её к себе. — Что случилось?

— Я… ты истекал кровью, я не могла тебя спасти, и эти твои глаза… ты сказал, что во всём виновата я, — всхлипнула она.

Он жив… Всё хорошо, это всего лишь сон… мысленно повторяла Гермиона, прижимаясь к нему настолько близко, насколько это вообще было возможно.

— Ну, единственная твоя вина в том, что я сейчас не сплю, но это простительно, — усмехнулся он. — Это был всего лишь кошмар, хотя я понимаю, какими реальными они порой бывают.

Пальцы выводили на её спине незамысловатые узоры — это успокаивало и не причиняло никакой боли, даже когда они скользили по тому месту, где кожа только-только начала заживать.

— Это казалось очень реальным. Я всё чувствовала, всё, чего касалась, даже то, как тебя покидала жизнь, — Грейнджер вздрогнула.

Губы прижались к её макушке, она ощутила его горячее дыхание.

— Наш разум часто выдаёт во снах что-то неприятное, я понимаю.

Гермиона держалась за него, как за спасательный круг.

Крепче прижавшись к его груди, она услышала стук его сердца.

Его ровный стук, смешанный с ритмом дыхания, привёл и её собственное состояние в норму.

Она перестала за него цепляться.

Оковы кошмара постепенно рассеялись.

— Ты засыпаешь? — Снейп прокашлялся.

Гермиона отрицательно покачала головой. Вряд ли ей удастся снова сегодня заснуть.

Он пошевелился, со стоном высвободив из-под неё руки.

— Хочешь избавиться от кошмаров?

— Я не принимаю зелья сна без сновидений, — напомнила ему она.

Слишком велик был страх перед зависимостью и беспомощностью.

Северус, немного поёрзав, перекинул руку через её голову. Снова пробормотал что-то невнятное и обнял Грейнджер за плечи.

— Я помогал одному человеку с изготовлением полезных штук, но они имеют, хм, некоторые побочные эффекты. Если дать тебе половину от обычной дозы, вероятно, побочка будет не такой сильной.

Свет от камина красиво отражался от его лица.

— Что?

Последовала долгая пауза. Казалось, он что-то обдумывал: его глаза сосредоточенно смотрели в одну точку.

— Сейчас мы его называем «Кошмарная нуга», — объяснил Северус, проводя рукой по её волосам.

Любопытно. Интересно, что ещё он успел придумать за последнее время?

Но Гермиона не собиралась ни на что соглашаться, пока не узнает, что с ней после этого может случиться.

— Побочные эффекты… — задумчиво протянула она.

Снейп чмокнул её в лоб и тяжко вздохнул:

— Если принять всю дозу, то нуга вызовет сны эротического характера, но, повторюсь, если я дам тебе только половину, то тебе приснятся просто приятные сны.

В его голосе слышались трепет и доля волнения.

Что означало одно — он и сам не до конца был уверен в том, что ей приснятся только хорошие сны и ничего сверх.

Неловко.

— Думаю, я лучше попробую обойтись без этого. Я… — но договорить ей не дали. Северус нежно коснулся пальцем её губ.

— Тебе не нужно передо мной оправдываться. Я просто предложил, — сказал он, выпутываясь из её объятий, — сейчас вернусь.

Неужели я его обидела?

В полумраке комнаты его тело казалось ещё красивее и рельефнее, чем при свете.

Он выглядел как Аид, перемещающийся по своим подземным владениям.

Гермиона решила ничего ему не говорить, боясь, что Северус до сих пор расстроен. Он вышел из комнаты, и, когда двинулся в сторону туалета, девушка слабо выдохнула.

Она уселась на кровати, поправила сбившиеся одеяла и снова в них укуталась, удобно подложив подушку под голову.

Что-то было не так.

Закрыв глаза, Грейнджер ощутила в спальне магическую энергию.

Потянулась за палочкой, щёлкнула ею и увидела над кроватью серебристый щит и слабое свечение на своей коже.

Дверь ванной распахнулась, и на пороге появилась фигура Северуса. Его глаза скользнули по освещённой сфере, а затем вернулись к Гермионе.

— Прости, что не спросил, но в свете недавних событий я хотел лишний раз перестраховаться.

— Ты наложил на меня защитные чары? — спросила она, взмахнув палочкой ещё раз и положив её на тумбочку.

Снейп, не дойдя до кровати, резко остановился. Из-за отсутствия нормального света его лицо разглядеть было очень трудно.

— Да, извини, — аккуратно сел на край постели.

Внутри неё вспыхнула волна любви к этому человеку.