76. Грязные разговоры

Он был занят весь день. К счастью, Гермиона была сама увлечена своими заметками, потому не задавала ему слишком много вопросов. Не то чтобы Северус не хотел на них отвечать — нет. Они договорились, что отныне между ними не будет секретов, и он хотел сдержать это обещание. Но это не означало, что он готов был обсудить всё с ней прямо сейчас — без конкретного плана.

Ему нужно было чётко знать, что делать дальше. Стал большой неожиданностью тот факт, что Анадора захотела с ним встречи. Эта была своего рода уловка, уловка в игре, которую она затеяла. Северус — не дурак.

Однако это не отменяло того, что, если Мария и собиралась с ним встретиться тет-а-тет, то, значит, ей есть чем торговаться. Как бы он ни доверял Сангвини, а тот — ему, вряд ли вампир поведает ему слишком уж много о тайнах Совета. Он сам заявил, что его долг Совету будет выплачен в полной мере только после судебного заседания.

Мария варилась в самой гуще событий, участвовала в манипуляциях, связанных с жизнью Гермионы, и разрушила абсолютно всё. Она должна знать больше, чем другие, располагать деталями и нюансами, в которые остальные не были посвящены. Северус сам не раз говорил, что, если б её определили на Слизерин, он бы этому даже не удивился. Его бывшая коллега знала, что её жизнь в опасности, она знала, что это всё результат сделки.

Отчаявшиеся люди заключают отчаянные сделки.

Северус когда-то был одним из таких людей.

Но согласился он на встречу далеко не поэтому. Никакой жалости, никакого сочувствия к той, которая кричала, чтобы Уизли сбросил свою супругу с башни. Никаких тёплых мыслей о бывшей коллеге, которая врала и манипулировала им на протяжении двух лет.

Чего-чего, а Снейп терпеть не может, когда его выставляют идиотом. Когда его водят за нос, а он даже не понимает этого. Ведь из-за этих манипуляций он, сам того не понимая, собственноручно толкнул Гермиону в лапы изверга. Нет, единственное тёплое чувство, которое испытывал к ней Северус, — чистый гнев.

Он тщательно обдумал подходящие для неё слова. И пусть основной целью встречи были далеко не высказывания обид, у него появилась прекрасная возможность сказать всё, что Снейп о ней думал. Ему хотелось заставить её страдать, страдать так, как это делала Гермиона. Даже сильнее. И если Мариэтта уже приложила руку к тому, чтобы изуродовать жизнь Марии Анадоры, за все её деяния этого было недостаточно.

Отчасти поэтому Северус решил взять с собой Сангвини. Он доверял вампиру; тот в случае чего сдержит все его порывы прикончить Марию прямо там, в камере, и поможет отделить правду от лжи, которую женщина им непременно попытается внушить. Ничто из того, что они услышат, нельзя будет воспринимать за чистую монету.

Они уселись в его кресло — обычай, к которому Снейп уже привык. И пусть напротив стояло очень удобное кресло, Гермиона предпочитала его колени. Признаться, он сам наслаждался этой близостью. Девушка до сих пор мусолила книгу о языках любви, которую он непременно должен будет прочитать после неё. Уставившись на огонь в камине, Северус задумался над завтрашним разговором.

Перспектива снова оказаться в Азкабане ни разу не привлекала. Особенно после того, как он навестил Уизли. В принципе, можно и в этот раз остановиться на его камере, мягко намекнуть на то, что Гермиона теперь с ним, и посыпать немножко соли на его раны, если они вообще у него имеются.

Рассеянно он провёл пальцами по её коже. Мерцающий свет камина отбрасывал тени от его пальцев на её тело. Северус посмотрел ей в лицо: коричневые радужки глаз впитывали в себя множество слов, а губы порой сжимались в тонкую линию. Её разум лихорадочно работал, это было видно невооружённым взглядом. Интеллект — то, что его так привлекало в людях. И особенно в ней.

Отбросив низменные желания, Северус собрался было с мыслями, чтобы рассказать ей о своих планах. Умолчать о таком было бы неправильно. Нечестно.

Гермиона, оторвавшись от страницы, посмотрела ему в глаза и нежно улыбнулась.

— Мне нужно тебе кое-что сказать, — выдал он даже с чересчур излишней мрачностью.

Её брови сошлись на переносице. Она отложила книгу в сторону.

— Что-то случилось?

— В некотором роде.

Гермиона коснулась его щеки:

— Что?

— Завтра, вместе с Сангвини, я отправлюсь в Азкабан, чтобы встретиться с Марией Анадорой.

Беспокойство в её глазах сменилось на замешательство, затем на испуг, за которым мгновенно последовала подозрительность.

— Зачем?

— Она хочет со мной поговорить и передала эту новость через Сангвини, — Снейп накрыл её руку своей, удерживая.

Гермиона дёрнулась, напряглась.

Внутри себя он уже сто раз дал себе по лбу за то, что потревожил её душевное спокойствие, но… лучше так, чем скрывать.

— Всё равно не понимаю, почему ты согласился, — бросила она, вставая на ноги.

Северус её отпустил и положил руки на подлокотники кресла.

— Она может знать то, чего не знаем мы. И, скорее всего, за эту информацию Мария может потребовать что-то взамен.

— Нет, — отрезала Гермиона, скрестив руки на груди, и прислонилась к книжному шкафу.

— Нет?

Она прикусила нижнюю губу и отвела взгляд. Челюсть от злости заметно напряглась.

— Ты не станешь заключать с ней никаких сделок. Она врала, врёт и будет врать. А, и если ты забыл, она пыталась меня прикончить.

— Ничего такого я не стану делать, просто хочу узнать чуть больше информации. Знаешь, лучше узнать о возможных угрозах со стороны врага при помощи допроса до того, как мы столкнёмся с этими угрозами, — развёл руками он. Гермиона злилась, и не совсем понятно на что: то ли на то, что он решил встретиться с Марией, то ли на неё и на то, что она сотворила с её жизнью.

Девушка топнула ногой — видно, она была очень зла. А ещё расстроена.

— А откуда тебе знать, что это не дело рук Совета?

— Я и не знаю, — признался Северус, пожав плечами. — Вот почему я беру с собой Сангвини и Поттера.

— И ты, — задумчиво протянула она, — не хочешь, чтобы я пошла с вами? — фыркнула Гермиона и поправила очки.

— Не хочу. У меня нет никакого желания приближать тебя к мисс Анадоре, — строго проговорил он. Ему не хотелось видеть то, как эта женщина попытается её снова удавить — пусть и словесно. Мария не могла задеть его чувства, но чувства Гермионы — запросто. — Она не имеет такой власти надо мной, как над тобой. Я не позволю ей снова сделать тебе больно.

— А что, если у неё и нет никакой информации и она просто врёт? — Гермиона, вперившись взглядом в пол, словно на лютого врага, отошла от книжного шкафа и принялась расхаживать взад-вперёд.

Снейп уже успел обдумать и ту вероятность, что Мария соврала и может ещё не раз это сделать ради спасения своей шкуры, и потому решил немного успокоить её:

— Тогда я впустую потрачу целый день. Однако… если у неё действительно есть что-то, что поможет нам подготовиться и избежать неприятностей, я буду последним дураком, если не воспользуюсь такой возможностью.

Гермиона с ответом медлила, снова скрестила руки на груди и уставилась в деревянный пол.

Северус ждал, пока она соберётся с мыслями.

— Нет, и всё же я не согласна, — проворчала она, откидывая волосы назад.

— Я вижу.

Вздохнув, Гермиона остановилась перед ним.

— Я хочу хотя бы попытаться тебя остановить.

— Я чувствую в твоих словах какое-то противоречие, — оглядывая её, произнёс он. Её лицо порозовело, глаза сохраняли жёсткость и расчётливость. Огонь, который Северус так полюбил в этой девушке, сейчас вовсю полыхал в карих глазах.

— Но ты отчасти прав. Если Анадора расскажет вам что-то, чего мы не знаем, то это того стоит, конечно, — её слова прозвучали так, будто Гермиона и правда сдалась.

Неуверенный, что она остыла окончательно, Северус осторожно протянул к ней руки:

— Я рад, что ты меня поняла.

Она со вздохом уселась к нему на колени.

— Что ты предложишь ей взамен на информацию? Помилование? Свободу?

Снейп покачал головой, давая понять, что ничего из этого он предлагать ей не станет.

— Я не предложу ей ничего, кроме слабой надежды на то, что смогу замолвить за неё словечко относительно её наказания. Я хочу, чтобы она была наказана, так же, как хочешь этого ты.

От его слов Гермиона, казалось, немного расслабилась.

— Но при всём этом я не хочу, чтобы ты оставался с ней наедине, — настойчиво продолжала она.

Северус приглушённо хмыкнул:

— Вряд ли в Азкабане нас оставят одних.

— Барти Крауч-старший, например, смог поменять местами свою жену и сына прямо под присмотром дементоров, так что, извини меня, но я не очень доверяю охране этой тюрьмы.

Гермиона была права. С таким аргументом не поспоришь. Да и нет смысла этого делать. Её страх был полностью оправдан. И дело тут не в ревности, нет, тут и ревновать-то не к кому, она просто боялась за его безопасность.

— Я попрошу Сангвини присутствовать рядом с нами во время беседы, — Северус попытался её хотя бы немного успокоить.

И всё же этого казалось недостаточным.

— А Гарри? — не унималась она.

— И Гарри, — глубоко вздохнув, он потёр лоб и кивнул, — если тебе от этого будет спокойнее.

— Будет. Я знаю, что ты способен позаботиться о себе сам, но если с тобой что-то случится… — начала было Гермиона, но Снейп её тут же перебил.

Это было то, чего они оба боялись, — страх за то, что кто-то причинит кому-то из них боль.

— Я знаю, — Северус приобнял её и притянул к своей груди, — я чувствую то же самое по отношению к тебе.

Гермиона не стала больше противиться. Вместо этого сдвинулась так, чтобы оказаться к нему лицом.

— Ты расскажешь мне о вашем разговоре?

— Конечно, — без колебаний ответил он, — больше никаких секретов.

Она пристально посмотрела ему в глаза, пытаясь убедиться, что он не врал. Северус не противился и не уклонялся от её взгляда, спокойно подтверждая своим выражением лица, что он сказал ей правду.

— Мне это не нравится.

— Я понимаю, но это нужно сделать. Не хочу упускать шанс узнать для нас что-то, благодаря чему мы сможем себя обезопасить, — мягко согласился он, руками скользя по её спине, дабы снять напряжение.

— Обезопасить? Благодаря Марии? — фыркнула Гермиона.

— Да и да, от Марии ты в безопасности сейчас, но те, с кем она работала, находятся на свободе.

Они в ту ночь не обошлись полной победой: для гарантированного спокойствия необходимо ещё много чего сделать. И они сделали то, что сделал бы любой здравомыслящий человек: ушли в подполье, спрятались и планировали момент, чтобы нанести удар. Но Снейпу не хотелось кровопролитий.

— Хорошо, — смиренно проговорила она.

— Почему это звучит так, словно ты даёшь мне на это разрешение? — решил поддразнить её Северус в надежде привнести в эту ситуацию крупинку юмора.

— Потому что именно это я и делаю, — усмехнулась девушка и подалась вперёд, чтобы запечатлеть на его губах поцелуй.

Он откинул голову назад и недоверчиво на неё глянул:

— Да неужели?

— Ага, я разрешила тебе встретиться с Марией, — ухмылялась она.

— Мне это и не нужно, — Северус с вызовом склонил голову набок.

На её лице отразилось озорство.

— Но ты всё равно его получил!

— Невыносимая всезнайка, — проворчал он.