Глава 892. Выбор Линь Цие
Линь Цие испугался. Он по-настоящему испугался, и небывалый ужас овладел его разумом.
Трагический конец отряда [Маска] снова и снова прокручивался в его голове. Он даже уже видел, как после стирания, вызванного Законом Времени, знакомые лица одно за другим исчезают из этого мира.
Цзя Лань, Ань Цинюй, Цзян Эр, Цао Юань, Толстяк Байли, Шэнь Цинчжу…
Лик Короля обладал [Временными Бунтарями], и если бы он выбрался отсюда, у него в будущем был бы шанс вернуться во времени и спасти всех. Но Линь Цие был другим.
Для него потерянные вещи и потерянные люди уже никогда не возвращались.
— Цзя Лань!!! — Линь Цие крепко схватил Цзя Лань за плечи. Его рассудок не был поглощён кровавой луной, но глаза горели красным. — Ты хочешь, чтобы я жил один?! Ты хочешь, чтобы я смотрел, как вы умираете?! Думаешь, я смогу спокойно жить, зная это?!
Его рёв эхом разносился в глубинах моря, тело Линь Цие неконтролируемо дрожало. Рассудок Цзя Лань уже был истерзан кровавой луной до такой степени, что стал мутным и неясным, но даже так она стиснула зубы и держалась. Она позволяла Линь Цие кричать ей в уши, но не забирала [Бессмертие] обратно.
Она просто молча и упрямо обнимала тело Линь Цие.
Мощная сила стирания окутала разум Линь Цие. Он поднял голову и увидел, как в глубинах моря серебряное кольцо стремительно увеличивается в его глазах…
Бум —!!
Как раз в этот момент серебряное кольцо внезапно дрогнуло, и скорость его расширения резко замедлилась, словно некая невидимая сила изо всех сил сопротивлялась его распространению!
Сила стирания Закона Времени была с трудом выдержана кем-то. И хотя кольцо всё ещё расширялось, его скорость была уже намного ниже, чем раньше.
Такого никогда не случалось в той временной петле Лика Короля.
Линь Цие, увидев это, слегка опешил, и в его глазах затеплилась надежда.
Хотя расширение кольца было затруднено, оно не остановилось полностью. Это означало, что сила, сопротивлявшаяся Закону Времени, не была ему ровней, и стирание всего сущего было лишь вопросом времени… Но само наличие времени означало, что всё ещё можно было изменить.
Хотя Линь Цие не знал, что происходит снаружи, это был его последний шанс.
Его кулаки крепко сжались.