Глава 47.2

Раньше улицы мыли водой. Имперская гвардия торжественно встала по обе стороны улицы, чтобы избежать несчастных случаев. Люди, живущие на улице, только осмелились приоткрыть маленькую щель в окне и взглянуть на конюха, который ехал во главе процессии.

Увидев появление Его Величества, некоторые люди от волнения чуть не распахнули окно. Этот прекрасный юноша в красных огненных одеждах был Его Величеством, благословлённым предками, чтобы все в городе избежал катастрофы земного дракона?

По сравнению с Его Величеством молодым мастерам семейств Ян, Сыма и Ли не хватало очень и очень многого.

Поэтому, без осознания этого Цзинь Яном, его внешность увеличила положительное отношение к нему многих граждан.

Цзинь Ян совершенно не задумывался о том, как люди думают о нём сейчас. В его голове повторялось только одно: он наконец женился на Цзю Цзю.

Когда он был верхом, мысли молодого человека вернулись в паланкин. Императорская Драконья Стража позади него не могла смотреть на него, когда молодой Император много раз оглядывался.

«Ваше Величество, не будьте столь безудержны только потому, что сейчас на улицах нет людей. Вы знаете, что должны быть большие толпы людей, выглядывающих из-за закрытых дверей и окон. Не могли бы Вы быть более сдержанными для своего славного имиджа?»

Императорские Драконьи Стражи были почти в упадке, но Цзинь Ян не мог понять их чувств. Его улыбка была ослепительной.

 – Все они говорят, что семья Сыма любит свою дочь и хочет отправить её с десятью милями приданого, – прошептал один стражник Ху Юнь Ци. – Я думаю, что семья Гу – это та, кто хочет отдать всё своей дочери.

Ху Юнь Ци оглянулся на бесконечную процессию приданого и с улыбкой сказал:

 – Это действительно так.

С юных лет у него были хорошие отношения с Гу Цунь Цзином. Парень знал, как сильно семья Гу любит свою дочь, и согласился со словами своего коллеги.

Длинный свадебный кортеж прошёл через главные ворота Императорского дворца. Придворные чиновники и титулованные дамы, торжественно стоявшие у ворот, дружно поклонились, когда паланкин проехал через ворота.

Паланкин остановился. Чжан Чжун Хань стоял перед паланкином с Императорским указом в руке.

 – Небо и земля в мире, инь и ян гармоничны и управляют всем живым. На четвёртом году Дэлуна Гу-ши пятнадцать лет, она из знаменитой семьи, величавая, умная и красивая. Чжэнь искренне стремится взять её в жёны, венчать её Императрицей, чтобы она была единым целым с Чжэнем, чтобы стать матерью мира. Мир празднует.

Люди, слушавшие указ, почти не могли удержаться от подергивания рта. Что означало это «Чжэнь искренне стремится взять её в жёны»?

Ваше Величество, этот указ о коронации Императрицы будет занесён в учебники истории. Вы хотите, чтобы ваши действия по возвышению Императрицы и уменьшению себя были известны в истории? Вы хотите сохранить своё лицо?

Завершая указ, Чжан Чжун Хань отступил на три шага и широко поклонился.

 – Ваше Величество Император, десять тысяч лет; Ваше Величество Императрица, тысяча лет.

 – Ваше Величество Император, десять тысяч лет; Ваше Величество Императрица, тысяча лет.

Гу Жу Цзю сидела в паланкине. Прислушиваясь к звукам приветствия снаружи, уголки её рта шевелились.