41. Один шаг вперед… часть 2
Еще не стемнело, когда Северус аппарировал на площадь Гриммо. Он устал, как обычно, после вызовов Темного Лорда. Концентрация, необходимая для поддержания окклюментных щитов, забирала много сил. Но утомительнее всего было лавирование между правдой, полуправдой и ложью. А теперь он даже не мог вернуться в Хогвартс, в привычную рутину.
Не желая разбудить портрет миссис Блэк или других обитателей особняка, он вошел как можно тише. И тут же обнаружил в холле ожидающего его эльфа.
— Что-то случилось?
Эльф кивнул, заламывая руки.
— Пелла не уверена. Мисс попросила Пеллу сказать ей, когда вернется мастер зелий. Мисс спит. Пелла не хочет будить мисс.
Он ни капли не сомневался, кто эта «мисс». Гермиона решила не ложиться, пока он не вернется. Или, по крайней мере, попыталась. Боже, кто, кроме Альбуса, за последние двадцать лет ждал его с вызова?
— Она в своей комнате?
— Нет, мисс ждет в гостиной.
Северус снял мантию и перебросил через руку.
— Я позабочусь о ней. — Пелла кивнула ему, но не поклонилась, как это делали другие эльфы для Грейнджер. — И принеси чай. — Домовуха снова кивнула и исчезла.
Поднимаясь по лестнице, Северус начал убирать свои щиты окклюменции, которые держал последние несколько часов. Он не заснет, если не расслабится. Может, общение с Грейнджер поможет ему успокоиться. Когда он вошел в гостиную, на столике уже стоял чайник и две чашки — доказательство расторопности Пеллы. Грейнджер полулежала в углу одного из находящихся в комнате небольших диванов. Ее лицо было повернуто к спинке дивана, а пышные кудри раскинулись вокруг головы.
Не обращая внимания на исходящий паром чайник, Северус подошел ближе, рассматривая ее, чего не смог бы сделать в обычной обстановке. Ее кожа обладала фарфоровой гладкостью юности, но лицо уже утратило детскую припухлость, которая всегда ассоциировалась у Северуса с малолетними учениками. Короткие ресницы отбрасывали на щеки легкую тень. Он тихонько фыркнул, вспомнив ее слова о его собственных ресницах. На короткий миг его охватило дезориентирующее чувство двойного восприятия, знакомое всем, кто работает с детьми и видит, как они меняются, — словно взрослые черты наложились на детское лицо. И Северус вдруг осознал, что Гермиона — молодая женщина и к тому же очень привлекательная.
Отпрянув, он вернулся к столику с чаем, укоряя себя за эти мысли. Ведь он знал. Знал, что она уже не ребенок. Северус теперь понял, насколько отстраненно думал об этом — сухо, просто констатируя факт. Он сглотнул, не сводя взгляда с лица Гермионы. Сегодня это знание перестало быть будничным.
Северус намеренно стукнул два раза ложечкой о край чашки, наблюдая, как Гермиона просыпается. Ее ресницы дрогнули — о, какие же у тебя красивые ресницы! Ее глаза, обычно такие пытливые, теперь были затуманены сном. Она нахмурилась, сосредоточив взгляд на нем.
— Се… сэр? О, вы вернулись.
— Какое тонкое наблюдение, — отозвался он и сделал глоток чая. Она почти сказала Северус. Его не возмутило то, что она чуть не назвала его по имени. Но зато отсутствие возмущения привело его в замешательство. Он был уверен, что должен рассердиться. Северусу стало интересно, обладает ли он сам достаточным мужеством, чтобы обратиться к Гермионе по имени и посмотреть на ее реакцию.
Она села и потянулась, выгнув спину и подняв руки. Северус отвернулся, ощущая, как на щеках выступил слабый румянец. Милостивый Мерлин!
— Это чай? А можно мне тоже?
Совладав с собой, он кивнул.
— Да, это чай, и вы можете налить себе немного, если хотите, — и несколько раздраженно добавил: — Хотя я считаю, что не стоит увлекаться бодрящими напитками, а лучше сразу идти спать.
Она тепло улыбнулась ему, словно это не он только что ворчал на нее.
— Я читала и, видимо, заснула. Профессор Флитвик дал мне одну очень интересную книгу — больше по теории, чем, собственно, заклинаниям.
— И вы просто так уснули здесь? Без всякого тайного умысла?
Гермиона невинно посмотрела на Северуса.
— Похоже на то.
— Еще одно доказательство того, что лгунья из вас никудышная.
Она тихо рассмеялась.
— Тогда вы знаете, что я никогда не солгу вам, — тут Гермиона, очевидно, что-то прочитала по его лицу, потому что добавила: — Я просто хотела убедиться, что у вас всё в порядке. Что всё хорошо.
Почувствовав себя увереннее, Северус кивнул.
— Со мной все в порядке.
Она взглянула ему в глаза, а затем быстро осмотрела его, словно выискивая скрытые раны. Северус сомневался, что ему нравится, как его тело хочет отреагировать на такое откровенное оценивание, но тут Гермиона встала и сделала шаг к нему. Северус с трудом удержался, чтобы не отпрянуть.
Она подошла еще ближе, и его сердце бешено забилось. Гермиона протянула ладонь и накрыла ею руку, в которой он держал чашку с чаем. Северус ощутил тепло ее пальцев на своих.
— Думаю, вы правы, и мне пора спать. Спокойной ночи… сэр.
Глядя вслед Гермионе, Северус размышлял над сделанной ею паузой. Она хотела назвать его по имени? Или, что гораздо важнее, заметила, как его пальцы чуть дрожат под ее прикосновением?
* * *
— Гермиона, ты снова читаешь эту книгу? Иди к нам!
Она посмотрела поверх книги на сидящих на полу Джинни, Гарри и Рона. Фред и Джордж весело рассказывали о своих приключениях в бегах.
— Еще минутку, — отрешенно отозвалась Гермиона, снова возвращаясь к книге. — Хочу дочитать эту часть. Просто поразительная точка зрения на…
Фред кинул в нее малиной, а Джордж рассмеялся. Что ж, по крайней мере, они снова с ней разговаривают, подумала Гермиона. Уж лучше малина, чем молчание и напряженная атмосфера, которая царила в доме последние несколько дней. Она вздернула нос и высокомерно посмотрела на них.
— Я спущусь на пол к вам, простым смертным, когда закончу.
Затем презрительно фыркнула и с улыбкой вернулась к книге, услышав смех Джинни.
Гермиона прочла почти половину следующей главы о связующих чарах, прежде чем осознала истинный смысл написанного. Это было озарение, которое не уступало «Эврике!» Архимеда или головной боли Ньютона из-за яблока. Вернувшись на несколько страниц назад, Гермиона нашла то, что искала:
«…благоразумный маг должен знать, что некоторые Темные заклинания из принуждающего подкласса связующих чар могут спровоцировать неконтролируемую цепную реакцию, которая…»
— Связанные. Она назвала их «связанными».
— Гермиона? — позвала Джинни.
— Гребаный ад, они связаны друг с другом! — Гермиона вскочила с дивана и закружилась по комнате, показывая друзьям открытые страницы.
— Гермиона!
— Она спятила.
— Мне нужно идти! — крикнула Гермиона, бросившись к двери.
* * *
Северус находился в комнате рядом со своей спальней. Когда-то он присвоил это помещение, и после целого дня работы с защитными и укрепляющими чарами оно превратилось во временную, но вполне приемлемую лабораторию. Теперь, когда Хогвартс был закрыт, а приказ Темного Лорда требовал его постоянного присутствия в штабе Ордена, Северус не знал, чем заняться. Не то чтобы он скучал, но испытывал беспокойство. Процесс варки зелий, подразумевающий множество разных этапов, рутинную нарезку и прочее измельчение ингредиентов, лучше всего помогал Северусу восстановить душевное равновесие.
И поэтому он взялся готовить некоторые самые необходимые для Ордена зелья, а также пополнять запас исцеляющих зелий, которые, как он от души надеялся, не пригодятся. Помимо этого он поговорил с Альверес о том, в чем нуждается больница. Работа занимала его ум и руки и к тому же позволяла избегать остальных обитателей особняка. Это всех устраивало.
Он как раз нарезал корни красоднева, когда дверь распахнулась, и в комнату ввалилась взбудораженная и взъерошенная Грейнджер. Размахивая книгой так, что он не мог прочитать название, она закружилась по комнате.
— Они связаны друг с другом! Вы связаны! Он связан! Вы все связаны! У нас может получиться!
— Грейнджер!
Она не обратила на него внимания, продолжая кружиться.
— Нам нужно заклинание. Много заклинаний! Нет — то самое заклинание!
Она говорила так быстро, что глотала окончания слов, мечась по комнате и энергично размахивая руками в попытке объяснить что-то, известное только ей.
— Грейнджер! — снова окликнул ее Северус, добавив в голос нотки недовольства.
Но даже это не остановило безумный поток ее слов. Что ж, Северус уже забыл, когда в последний раз его переменчивый нрав производил на нее какой-либо эффект — хоть хороший, хоть плохой.
Судя по всему, ее новости были очень важными. Чувствуя, что у него не осталось выбора, если он все-таки хочет узнать, чем она горит желанием поделиться, Северус прибег к шоковой терапии.
— Гермиона!
Как Северус и ожидал, она замерла на месте, открыв рот и широко распахнув глаза. Уголок его губ дрогнул. Потрясенное выражение ее лица доставило ему немалое удовольствие. Впредь стоит чаще называть ее по имени, раз это так выбивает ее из колеи.
Протянув руку, Северус прикоснулся указательным пальцем к ее подбородку.
— Гермиона, закройте рот, ваши гланды — не самое приятное зрелище на свете.
Она тут же захлопнула рот, но по-прежнему не сводила с него вытаращенных глаз.
Да, определенно нужно чаще называть ее по имени.
— Итак, Гермиона, — не удержался и снова произнес это волшебное, судя по всему, слово Северус, — глубоко вдохните и начните сначала. И не тараторьте в этот раз.