Глава 34 — Опасные игры

Жон выбрался из медпункта, ощущая себя каким-то ожившим мертвецом. Янг пыталась донести свою новость как можно аккуратнее, но та всё равно обрушилась на него с силой разогнавшегося грузового поезда. К счастью, она приняла его потрясение за шок от известия о том, что девушка Жона оказалась преступницей.

Он поспешил воспользоваться этим предлогом, чтобы поскорее убежать, заодно заявив, что ничего не знал о текущем местонахождении Нео и вообще долгое время ее не видел, а потом и вовсе отправился на свое задание. В каком-то смысле это даже было правдой, поскольку она легко могла оказаться где угодно, а встретился Жон с ней уже в Мерзковуде. Но его мир с ног на голову перевернула совсем не ее криминальная деятельность.

Нео попыталась убить Янг…

Еще какую-то неделю назад Жон в это просто бы не поверил. Разумеется, он ничуть не сомневался в том, что Нео являлась мелкой мстительной психопаткой, но хладнокровной убийцей?

Жон закрыл глаза, попробовав отогнать от себя не самые приятные воспоминания о Мерзковуде.

Теперь он знал, что Нео при желании легко могла убить. Наверное, ему следовало понять это с самого начала, учитывая ее близость к Роману. Тот ведь никак не смог бы добраться до своего текущего положения в криминальном мире при помощи одних лишь красивых речей. Но подобные размышления казались чересчур сомнительными, малоинтересными и не достойными его внимания… пока с Янг – студенткой Жона и той, о ком он искренне заботился, – не случилось то, что случилось.

Дальше так продолжаться не могло. Жон не имел права просто… позабыть обо всем и оставить как есть. Он не знал, что планировали сделать Роман с Нео, но сидеть сложа руки, когда пытались убить его студентов, тоже не собирался.

«Мне нужно выяснить с ней отношения», – подумал Жон.

Эта мысль совсем не добавляла ему душевного равновесия, учитывая личность Нео, но иначе было никак нельзя. За ее поступки ответственность нес именно Жон, как бы данный факт его ни пугал. А это означало, что ему следовало сделать так, чтобы она ничего подобного больше никогда не повторяла… и желательно самому не погибнуть в процессе.

Пожалуй, стоило начать с того, чтобы куда-нибудь присесть и собраться с мыслями. Жону требовалось какое-нибудь тихое и спокойное место…

А вот в чем он ни капельки не нуждался, так это в Синдер, которая внезапно затащила его за воротник в один из пустых классов. Впрочем, ему не нравилось множество вещей, но оставалось лишь вздохнуть и смириться с их существованием.

— Здравствуй, Жон, – произнесла Синдер.

Ее голос и движения буквально загипнотизировали его, пока разум не очнулся и не напомнил о том, кто именно перед ним сейчас находился. Да и о последних деяниях Синдер тоже.

— Давненько не виделись. Я уж начала беспокоиться, что ты вообще не вернешься со своей миссии.

«Убежать от тебя было бы очень даже неплохо», – подумал он.

Интересно, почему подобная идея никогда раньше не приходила ему в голову? Мизенвуд находился в глуши, и ничто не помешало бы ему там остаться. А Жон зачем-то ринулся обратно в Бикон ко всему тому дерьму, от которого мечтал избавиться.

— Да, давненько, – кивнул он, потому что требовалось хоть что-то ей ответить. – И как я погляжу, тут многое изменилось.

Синдер улыбнулась так, словно знала куда больше него (что, честно говоря, было не слишком-то и сложно). Ее палец прошелся по груди Жона, а затем она отступила немного назад. Не настолько далеко, чтобы у него появилась возможность сбежать, но все-таки вполне достаточно, чтобы создать иллюзию этого. К тому же нога Синдер продолжала к нему прикасаться.

— О да, изменений произошло немало, – сказала она. – Прибытие нашего дорогого генерала устроило здесь приличный переполох. Да и на работе преподавателей оно тоже отразилось. Мне даже пришлось посвятить несколько лекций политике Атласа, чтобы студенты хоть немного разбирались в том, что тут происходит.

Пожалуй, стоило выяснить у команды RWBY содержание этих самых лекций. Жон легко мог себе представить, как Синдер подводила студентов к мысли о начавшемся иностранном вторжении.

— А как всё это повлияло на твою другую работу? – поинтересовался он, предварительно осмотревшись по сторонам, чтобы убедиться в том, что их никто не подслушивал.

Впрочем, Синдер отлично подобрала место для своей засады. Парты были покрыты толстым слоем пыли, да и замок на двери, про который она, само собой, не забыла, оказался заперт. Пусть тот и был крайне простым, но вполне мог, например, помешать Жону отсюда убежать.

— Сомневаюсь, что куча солдат упрощает тебе поиски того, за чем ты пришла в Бикон.

— Объект моего интереса всё еще находится в зоне моей досягаемости, – улыбнулась Синдер, по-прежнему не давая ему ни малейших намеков на то, что именно ей тут потребовалось. – Присутствие здесь генерала вовсе не было неожиданным… Его дружба с директором не является тайной для того, кто знает, куда нужно смотреть.

— Зачем ты устроила в городе теракт? – внезапно спросил Жон, что явно застало ее врасплох. Впрочем, Синдер очень быстро оправилась от удивления.

— С чего ты взял, что за столь ужасной трагедией стою именно я?

«Потому что больше некому».

Но озвучивать свои мысли Жон не стал, поскольку палец Синдер как раз теребил пуговицу его пальто, и превращаться в живой факел ему совсем не хотелось. Поэтому он напряг ум в поисках какого-нибудь другого объяснения.

— Ты сама сказала, что реакция Айронвуда вовсе не была для тебя неожиданной, – произнес Жон, склонив голову немного набок и уверенно улыбнувшись. – Кроме того, ты упомянула, что изучала его прошлое и связи, чем вряд ли бы стала заниматься без серьезной на то причины. Скорее всего, ты заранее знала о том, что он здесь появится, а для этого тебе требовалось откуда-то получить информацию о событии, на которое Атлас должен был отреагировать.

Проще говоря, Прорыв оказался спланирован именно Синдер. Оставалось только понять, являлось ли для нее появление в Биконе Айронвуда неизбежным злом или же целью всей операции.

Она рассмеялась.

— Рада, что твой острый ум ничуть не пострадал за время миссии.

— То есть это все-таки была ты?

— А вот такого я точно не говорила, – улыбнулась Синдер.

Но и не отрицала. А может быть, просто не желала признаваться в подобных вещах там, где сохранялась вероятность оказаться подслушанной.

Жону очень хотелось потереть виски, но он опасался того, что Синдер воспримет его жест в качестве угрозы или – даже еще хуже – признака слабости.

— Зачем тебе всё это понадобилось? – спросил он, после чего поспешно добавил: – Ну, чисто гипотетически, разумеется. Если бы всё устроила именно ты, то какие бы цели пожелала этим достичь?

Для чего ей мог потребоваться хаос на улицах Вейла и смерть множества людей? Или Синдер собиралась переключить всеобщее внимание на что-то еще, чтобы беспрепятственно выкрасть то, за чем сюда пришла? Хотя нет, звучало как-то бредово… К тому же отвлекающий маневр полностью удался, но она по-прежнему находилась в Биконе. Наверняка дело тут было в чем-то другом.

— Вижу, у тебя ко мне сегодня появилась целая куча вопросов, Жон, – усмехнулась Синдер, опустив взгляд на его грудь и приложив ладонь к пластине брони.

Физический контакт вызывал у него возбуждение, пока в дело не вступал разум, напоминавший о том, сколько народу она убила. Перед Жоном сейчас находилась вовсе не красивая женщина, а самое настоящее чудовище.

— Не желаешь сыграть в небольшую игру, чтобы получить на них ответы?

Разум требовал наотрез отказаться.

Честно говоря, сердце, прочие внутренние органы и даже яйца были с ним полностью солидарны. Он представлял собой шестифутовое воплощение несогласия с длинной родословной отрицания.

Проблема заключалась в том, что Синдер считала Жона точно таким же преступником, какой была сама, а тот же Роман на его месте ни за что бы не стал лишать себя источника информации из-за страха или брезгливости.

— Какого рода игра?

— Очень простая, – сказала Синдер. – Я задаю тебе вопрос, ты на него отвечаешь и задаешь мне свой.

— И нам нужно говорить чистую правду? – уточнил он.

— Конечно. Иначе бы в этой игре не имелось ни малейшего смысла, – улыбнулась Синдер, прижавшись к замершему Жону и прошептав ему на ухо: – А еще я очень хорошо умею определять ложь и не откажусь немножечко тебя наказать, если что-то такое почувствую.

Он ощутил, как кончик ее языка прошелся по его шее, словно Синдер наслаждалась вкусом испытываемого им ужаса.

— Тебя устраивают такие условия?

— Звучит и в самом деле довольно просто, – совершенно спокойным голосом произнес Жон, поскольку страх внезапно столкнулся с возникшим от ее прикосновения возбуждением, и в этой схватке не имелось победителя.

— Как насчет того, чтобы немного приподнять ставки? – со смехом спросила Синдер, отступив на шаг назад и притронувшись к его носу. – Возможно, даже освободить меня от всего этого.

Она провела рукой по своему телу, привлекая внимание Жона к одежде. На ней сейчас было вовсе не хорошо узнаваемое красное платье, а темно-синие пиджачок и облегающая юбка. Длинные ноги оказались скрыты черными чулочками.

Жон поспешил вновь посмотреть ей в глаза, мысленно выругавшись, поскольку лицо Синдер выражало удовлетворение.

— Хотя, пожалуй, подобные игры стоит перенести в мой кабинет, – усмехнулась она, явно заметив его реакцию. – Или, например, в твой. Тут уж как получится.

— Жду с нетерпением, – произнес Жон.

Синдер улыбнулась, тем самым подтвердив, что его ложь определяла далеко не так хорошо, как ей наверняка казалось. В ее кабинет Жон собирался входить лишь при поддержке Глинды и Нео. Ну, или привязав к себе бомбу, если совсем уж прижмет.

— Я начну?

— Конечно, – кивнула Синдер, а ее улыбка стала еще шире. – И это был твой первый вопрос.

Жон удивленно моргнул, а затем со вздохом покачал головой, осознав, что попался на детскую уловку. Разумеется, можно было бы с ней поспорить, но так ему бы удалось разве что выставить себя полным идиотом. Поэтому он поспешил собраться с мыслями, улыбнулся и кивнул, признавая за Синдер победу в этом раунде.

— В чем конкретно заключалась твоя недавняя миссия? – спросила она, всё еще улыбаясь, хотя в ее золотистых глазах Жон заметил некоторую угрозу.

Это что, была проверка на ложь? В конце концов, Синдер легко могла узнать обо всем у Озпина или кого-нибудь еще из преподавателей.

— Мы отправились расследовать исчезновения в небольшом городке под названием Мизенвуд, – наконец произнес Жон, решив, что правда в данном случае окажется куда безопаснее лжи.

Честно говоря, он сомневался в том, что Синдер могла хоть как-то воспользоваться подобной информацией, и даже если бы ей пришло в голову обрушить погибель на ту вонючую дыру, то его это более чем устраивало.

— По докладам всё выглядело так, словно на жителей нападал какой-то Гримм. Выяснилось, что за убийствами стоял местный патологоанатом-психопат. Мы с ним разобрались.

— Окончательно? – уточнила Синдер, а ее улыбка стала чуть более искренней.

Жон решил ничего не отвечать, лишь поморщившись и едва заметно пожав плечами. Синдер тихо рассмеялась и махнула рукой, передавая ему право задать вопрос.

Вот только о чем он должен был у нее спросить? Вряд ли Синдер собиралась говорить на действительно важные темы. Если Жон поинтересуется, например, личностями ее агентов в Биконе, то она просто соврет. Всё равно проверить подобную информацию у него никак не выйдет. То же самое касалось и ее планов. К тому же тогда Синдер станет ясно, что больше всего занимало Жона.

Похоже, ее «игра» оказалась даже хитрее, чем он ожидал… Вопросы сами по себе слишком много сообщали об истинных целях и тревогах того, кто их задавал. Впрочем, тут можно было сыграть и вдвоем, раз уж Жон теперь догадался о настоящих правилах.

«Пожалуй, сейчас мне лучше всего будет спросить о чем-нибудь безобидном, чтобы не выдать ей никакой информации. Нечто такое, о чем оказалось бы полезно узнать, но правдивость ее ответа ни на что бы не повлияла».

— Чем ты занималась во время Прорыва?

Синдер нахмурилась, явно попытавшись найти в его вопросе какой-либо скрытый смысл. Жон и сам понятия не имел, зачем интересовался такими подробностями, но раз уж вопрос вызывал у нее недоумение и беспокойство, то его это полностью устраивало.

— Я участвовала в обороне Вейла, – наконец ответила Синдер. – Как Охотница и преподавательница Хейвена я просто не могла остаться в стороне, так что прибыла туда с другими нашими коллегами.

Она с улыбкой посмотрела на Жона, и тот кивнул, принимая ее ответ.

Скорее всего, это было правдой, поскольку легко проверялось у той же Глинды. Да и вряд ли Синдер рискнула бы вызвать подозрения в свой адрес тем, что отсутствовала бы в такой важный момент. Уж от Глинды подобное поведение точно бы не укрылось.

— Моя очередь, Жон… Ты упомянул, что Озпин специально отправил тебя с этой командой. Зачем?

— Потому что у них имелись серьезные межличностные проблемы, – спокойно ответил он. Если Синдер желала впустую потратить свой вопрос, то Жон ей мешать ничуть не собирался. – Тут сыграла моя должность школьного психолога, так что Озпин поручил мне постараться наладить работу команды. Арест Романа входил в твои планы?

— Да, – довольно ухмыльнулась Синдер, словно считала, что в чем-то его превзошла. В каком-то смысле так оно и было, поскольку он во многом полагался на поддержку Романа. – И прошу прощения, если доставила тебе этим какие-то неудобства, Жон.

«Ага, конечно…»

Итак, никаких сомнений тут быть не могло… Судя по тону Синдер и упоминанию ей проблем для Жона, устранение его ближайшего союзника являлось пусть и не основной, но явно одной из дополнительных целей. Оставался еще вопрос о причинах подобного поступка, но задавать его вряд ли стоило.

— Ты расстроился из-за того, что Роман оказался за решеткой? – невинно поинтересовалась Синдер, хотя в ее глазах было отчетливо заметно злорадство. Она уже знала ответ, но всё равно желала его услышать в качестве признания нанесенного Жону поражения.

— Да, – кивнул он, безуспешно попытавшись сохранить спокойное выражение лица. На губах Синдер снова появилась улыбка. – Чего ты от меня хочешь?

Наверное, Жону не стоило об этом спрашивать. Честно говоря, подобные вопросы вообще нужно было затолкать куда-нибудь подальше, но раздражение от потери Романа, а также беспокойство из-за Нео, которая попыталась убить Янг, все-таки дали о себе знать. Язык успел произнести слова, опередив разум.

Впрочем, Синдер удивилась ничуть не меньше него. Ее золотистые глаза слегка округлились, прежде чем она сумела взять себя в руки, и лишь затем на лице вновь появилась уверенная улыбка. Синдер опять прижалась к Жону, и тот в очередной раз обрадовался наличию у себя прочного нагрудника, который оставался единственным препятствием между ними.

— Я хочу только того, чтобы мы с тобой были друзьями, Жон, – прошептала Синдер. – Нам совсем не обязательно наступать друг другу на пятки. Будет гораздо лучше, если мы начнем работать вместе, объединим ресурсы и все достигнем наших целей.

«Нет у меня никаких целей!» – мысленно завопил он. – «Мне всего лишь семнадцать лет! Я даже не знаю, какую одежду с утра надену, не говоря уже о таких долгосрочных планах, как занятие должности преподавателя и последующее попадание в тюрьму!»

— Действительно, лучше, – произнес Жон, прекрасно понимая, насколько плохо для него могла закончиться идея сотрудничества с Синдер.

Но что еще ему оставалось? Ее предложение лишь звучало так, словно Жон мог от него отказаться. Она просто подводила его к мысли о неизбежности подобного решения. В конце концов, Роман ведь упоминал, что совсем не добровольно присоединился к Синдер…

«И вопрос тут только во времени, когда со мной произойдет то же самое», – подумал он.

Ее смех где-то возле его шеи ничуть не помогал успокоиться. Если Жон сейчас откажется с ней сотрудничать, то Синдер либо убьет его, либо воспользуется шантажом, а может быть, испортит ему жизнь каким-нибудь другим способом.

Разумеется, он собирался ее остановить, но вряд ли был способен провернуть всё это в условиях активного сопротивления со стороны Синдер. В подобных делах она разбиралась гораздо лучше Жона. Победа за ним останется только в том случае, если он сделает несколько десятков ходов еще до начала игры.

— Я не хочу, чтобы мы становились врагами, – абсолютно честно признался Жон. Синдер сейчас наверняка почувствовала его искренность.

Быть с ней врагами он действительно ничуть не хотел, потому что враги Жона Арка обычно… ну, получали то, чего они желали. Врагам же Синдер Фолл везло гораздо меньше…

— Я бы предпочел совместную работу.

— Жон, не нужно озвучивать свое согласие так, словно тебя к чему-то принуждают, – мягко рассмеялась Синдер.

Он понятия не имел, пыталась ли она отслеживать его сердцебиение, но вряд ли от ее внимания ускользнуло то, насколько у него ослабли ноги.

— Существуют свои плюсы в том, чтобы работать под моим началом. В конце концов, совместно проведенное время может оказаться очень даже приятным.

Вот зачем ей понадобилось всё это говорить именно так? Или… Хотя нет, Синдер ничего и никогда не делала случайно.

— Начнем с того, что мы с тобой можем друг другу помочь, – тем временем продолжила она. – Но даже если не считать всё это, то наше сближение само по себе способно принести кое-какие плоды.

Ее губы прижались к его шее. Жон с гордостью отметил, что несмотря на некоторое напряжение в нижней части тела, жест Синдер не сильно его взволновал. Было совершенно очевидно, что она не придавала этому абсолютно никакого значения. Для нее поцелуй являлся всего лишь очередным инструментом для достижения собственных целей.

— Может быть, все-таки расскажешь мне, что именно тебе нужно? – спросил Жон, сделав глубокий вдох и постаравшись проигнорировать прикосновение ее рук и губ. – Если уж мы согласились сотрудничать, то, думаю, мне стоит узнать, что конкретно следует искать.

— Щедрое предложение, – усмехнулась Синдер. – Но могу сказать, что уже определила местоположение моей цели. Теперь я просто жду подходящего момента для того, чтобы ее забрать. И если не ошибаюсь, то сейчас была моя очередь задавать вопрос, верно?

Да? Жон уже не следил за ходом их «игры». Но учитывая характер Синдер, пожалуй, не стоило удивляться тому, что она просто аккуратно уклонилась от ответа на неудобный для нее вопрос.

— Наверное, закончим игру на моем ходе, иначе кто-нибудь может заинтересоваться нашим длительным отсутствием, – сказала Синдер, отступив от него на шаг назад, поправив пиджачок и приведя в порядок прическу.

Жон понятия не имел, когда она вообще умудрилась успеть ее растрепать, но судя по довольной улыбке Синдер, все эти действия были предприняты лишь с целью заставить его вновь обратить внимание на ее внешность.

— Задавай, – вздохнул он.

— Ничего сложного тут не будет – я просто хочу сравнять счет вопросов. Когда ты вернулся с задания, с тобой прибыл кто-то еще. Кто именно?

— Его зовут Бран Рейвенвен, – пожал плечами Жон. – Охотник, которого я встретил в Мизенвуде. Некоторое время мы с ним работали вместе.

Синдер улыбнулась и кивнула, принимая его ответ.

— Отличная получилась игра, друг мой, – сказала она, отперев дверной замок. – Но следующую стоит провести в чуть более приватной обстановке, чтобы свободнее говорить на некоторые темы. Например, в пятницу вечером в моем кабинете, хм?

Жон кивнул, подумав о том, что никаких консультаций с командой RWBY на этот день назначать точно не стоило.

Итак, до озвученного ей срока оставалось еще около двух суток – вполне достаточное количество времени для разработки хоть какого-нибудь плана, верно?.. Но как бы там ни было, он надеялся, что Синдер все-таки не уличила его во лжи.

«Какой же я идиот. Попытка сорвать ее операцию изнутри – это самое настоящее безумие. Она сразу же всё поймет».

К сожалению, ничего другого ему просто не оставалось. Роман вполне себе добросовестно работал на Синдер, и для него всё окончилось не слишком хорошо.

Жон провел ладонью по лицу, ощутив прошедший по телу озноб. Он никогда не думал, что станет скучать по жару смертельно опасной женщины, но после ухода Синдер чувствовал себя так, словно его тело погрузили в лед. Ее вопросы… Все они были именно о Жоне.

Синдер пыталась определить степень угрозы с его стороны и понять, заслуживал ли он ее внимание.

Ни тот, ни другой вариант Жону ничуть не нравился.

***

— Ух ты, – пробормотала Руби, когда Пирра закончила свой рассказ о том, что произошло во время их миссии.

Улыбка у нее после всех их приключений по-прежнему оставалась довольно слабой, но мисс Кицуне утверждала, что через пару дней Пирра почувствует себя гораздо лучше, поскольку подействует содержимое жуткого вида шприцов. Она предложила им всем сделать по уколу, чтобы Пирра выздоровела еще быстрее, но никто из них так и не нашел в себе смелости согласиться.

— Похоже, ваша миссия оказалась ничуть не менее интересной, чем наша, – произнесла сидевшая рядом с ней Вайсс. – Но хотя бы закончилась с меньшим количеством жертв.

«Всего лишь меньшим», – мрачно подумала Руби.

У тех убийств имелись жертвы, не говоря уже о злодее, который застрелился, лишь бы не попасть живым в руки профессору Жону. Вот почему все их миссии приводили к чьим-то смертям?

— Ты в порядке, Руби? – спросила Пирра, чем привлекла к ней всеобщее внимание.

Ее глаза расширились от ужаса, а она сама замахала руками, нервно рассмеялась и заверила их в том, что всё с ней было нормально. Меньше всего Руби хотелось испортить своими печальными размышлениями настроение той же Пирре, которая и так выглядела не слишком-то и веселой после жутких уколов.

— А вы обе… – сказала Блейк, кивнув в сторону Вельвет и Пирры.

Это заставило Руби обратить внимание на то, что Вельвет, пожалуй, впервые на ее памяти решила провести время со своей командой, да и с ней самой тоже вроде бы говорить не отказывалась.

— Вместе? – уточнила Нора, мгновенно разрушив очарование момента и вынудив Руби удивленно моргнуть, а Вельвет – в ужасе отпрянуть.

— Мы не вместе! – прошипела последняя.

— Ну, не вместе-вместе, – закатила глаза Нора, словно услышала какую-то глупость. – Просто вместе, понимаешь? Как я и Рен.

— Сомневаюсь, что есть кто-то еще, как вы с Реном, – рассмеялась Пирра, заставив Янг фыркнуть. – Но если ты имеешь в виду дружеские отношения, то да – мы с Вельвет стали немного ближе.

— Но ничего серьезного, – добавила ее напарница, прежде чем испуганно вскрикнуть, когда остальные начали выражать умиление.