Глава 55 — Закон и порядок

— Я сделал то, что требовалось! – воскликнул генерал Джеймс Айронвуд, стукнув кулаком по столу. – Это было необходимо!

— Да-да, весь Вейл уже знает, насколько это было необходимо, – кивнул Озпин, опустив газету.

Заголовок на первой полосе гласил: «Атлас арестовал профессора Арка». Дальше следовала «милая» статья, в которой вездесущая Лиза Лавендер отмечала, что последние действия Атласа вполне можно было счесть не самым дружественным шагом во взаимоотношениях двух Королевств.

— Поздравляю, Джеймс. Ты опасался международного инцидента? Так вот, тебе все-таки удалось его создать.

— Ничего подобного. Я всего лишь привнес толику порядка в тот хаос, который ты тут развел.

— Правда? – удивленно переспросил Озпин, поднявшись из-за стола и подойдя к окну. – Интересное у тебя представление о порядке. Турнир отложен еще на день, а студенты едва ли не дерутся с солдатами.

Он развернулся и вновь посмотрел на Джеймса.

— Что, в Атласе обычно именно так и делают? Пожалуй, тогда мне стоит поучиться на чужом опыте.

Джеймс отчетливо скрипнул зубами.

— Здесь нет моей вины, – буркнул он. – Мы сделали то, что было необходимо. А вот поведение твоих студентов выходит за всякие рамки. Мне даже пришлось отвести солдат обратно на корабли, чтобы не допустить насилия!

— А чего еще ты ожидал, Джеймс? Мистер Арк довольно популярен среди как учеников, так и преподавателей Бикона. Догадаться о том, какой конкретно окажется их реакция на его арест, думаю, не составляет ни малейшего труда.

— Он – преступник!

— Это лишь твое утверждение, – возразил Озпин. – Никакого суда еще не было, да и каких-либо доказательств ты так и не предоставил.

Он внезапно прищурился, с подозрением посмотрев на Джеймса.

— Ты ведь собираешься провести суд, верно?

— Конечно. За кого ты меня принимаешь?

— За излишне порывистого, пусть и не склонного к жестокости генерала, – ответил Озпин. – Надеюсь, суд пройдет на территории Вейла. В конце концов, вся эта история началась именно здесь, и меньше всего тебе требуются дополнительные обвинения в похищениях наших граждан.

— Придется подождать, пока не окончится Фестиваль Вайтела. Сейчас совсем неподходящий момент для столь тесно связанного с политикой процесса.

Подозрения во взгляде Озпина стало еще больше.

— И в чем заключается твоя конечная цель, Джеймс? Будешь держать его в камере до тех пор, пока не решишь, что можно спокойно отпустить?

— Если он невиновен, то ему нечего бояться. Тогда Арк окажется оправдан сразу же после завершения Фестиваля Вайтела и потеряет максимум пару недель. Но если он все-таки виновен, то я спасу тысячи жизней, сорвав его планы и не позволив вмешаться в нынешние события, – ответил Джеймс, сложив руки на груди и хмуро посмотрев на Озпина. – Только не говори, что тебе самому ничего не показалось странным. Он появился в Биконе подозрительно близко к моменту попадания сюда девы и очень быстро склонил на свою сторону Никос. Это может быть частью какого-то большого плана по получению сил девы.

— Или плодом твоей паранойи, – пожал плечами Озпин. – Вероятнее всего, мистер Арк просто выполнял свою работу на той должности, на которую я же его и назначил.

— Ты же не хочешь сказать-…

Закончить свою фразу Джеймсу не позволила резко распахнувшаяся дверь. Звук удара створки о стену оказался настолько громким, что и он, и Озпин содрогнулись.

В помещение вошла самая ужасающая женщина всего Бикона…

Озпин посмотрел на нее, затем повернулся к Джеймсу, примерно секунду потратил на то, чтобы поразмыслить над ситуацией, а затем указал в его сторону пальцем и сел за стол подальше от своего старого друга.

— Джеймс! – рявкнула Глинда. – Сегодня утром я проснулась и обнаружила в газетах одну забавную ошибку. Может быть, ты объяснишь мне, откуда она там взялась?

Встретившись с ней взглядом, прославленный генерал Атласа и просто бесстрашный солдат Джеймс Айронвуд искренне пожелал оказаться где угодно, лишь бы не здесь.

— Это не ошибка.

— Я почему-то именно так и подумала, – хмуро произнесла Глинда. – Так что же это за бред, Джеймс? За что ты арестовал моего коллегу?

— За государственную измену.

— Ерунда, – прошипела она. – Столь верного человека, как Жон, еще надо поискать. Очевидно, что ты слишком бурно отреагировал на какую-то информацию. Я требую встречи с ним.

— Твоя просьба отклонена.

— Это была не просьба.

— Твое требование отклонено, – вздохнул Джеймс. – Извини, Глинда, но подозреваемого ты не увидишь.

— Это… это какое-то безумие, Джеймс. Ты устроил тут бардак, журналисты как с цепи сорвались, жители Вейла не знают, что и думать, а студенты Бикона готовы поднять восстание. Позволь мне увидеться с Жоном и попытаться исправить ту ситуацию, к которой привела твоя глупость.

— Я не дам тебе с ним увидеться, – отрезал Джеймс, тут же осознав, насколько плохо подобрал слова для отказа.

— Да какого хрена?! Ты не можешь ходить по нашей школе, похищать наших сотрудников и потом говорить мне, что всё это было проделано лишь для нашей же собственной безопасности! По какому праву ты вообще удерживаешь профессора Бикона и гражданина Вейла в клетке, как какое-нибудь животное?!

Глинда подошла поближе к Джеймсу и сердито уставилась ему в глаза. Тот выпрямился и посмотрел на нее сверху вниз.

— По тому самому праву, которое дал мне Совет Вейла.

— О, уверена, что они просто в восторге от того, как ты им воспользовался, – проворчала Глинда. – Держу пари, именно на это они и рассчитывали – на то, что ты принесешь в город бардак и хаос, бездоказательно обвиняя уважаемых людей.

— Моя работа заключается вовсе не в том, чтобы оглядываться на чьи-то там чувства, – ничуть не менее сердито отозвался Джеймс. – Я должен защищать невинных граждан от преступников и террористов.

— И ты со своей работой замечательно справился. Вот, например, вчера как раз бросил в камеру невиновного гражданина.

— Арк вовсе не невиновен! – все-таки не выдержал Джеймс, и лишь многозначительное покашливание Озпина заставило его понизить голос. – Да, его вина пока еще не доказана, но вскоре состоится суд. Сейчас в интересах каждого – в том числе и самого подозреваемого – чтобы он никак не вмешивался в эту ситуацию.

Глинда с Джеймсом почти минуту тяжело дышали и бодались взглядами. Озпин тихо сидел за столом, старался не привлекать к себе их внимание и грустно смотрел на свою кружку, так и не осмелившись поднести ее ко рту.

— Пустая трата времени, – наконец произнесла Глинда. – Если ты позволишь мне поговорить с Жоном, то я сэкономлю тебе и его, и средства, и силы, не говоря уже о спасении твоей репутации, которая, должна заметить, серьезно пострадала после этой выходки. Позволь мне увидеться с ним.

Джеймс пару секунд смотрел ей в глаза, а затем покачал головой.

— Нет.

— Почему нет?

— Потому что ты скомпрометирована.

Глинда дернулась так, словно ее ударили по лицу. Она отступила на шаг назад и шокировано уставилась на Джеймса.

— Ч-что, прости? – чуть запнувшись, спросила Глинда.

Джеймс вздохнул и опустил взгляд.

— Я сказал, что ты слишком сильно доверяешь Арку… – хмуро произнес он. – Ты его любишь и потому поверишь каждому слову. Ваша встреча не имеет ни малейшего смысла, поскольку твои же собственные чувства не позволят тебе увидеть правду…

Джеймс снова посмотрел на Глинду и еще раз вздохнул.

— Но самое главное тут заключается в том, что ты сама отчаянно желаешь поверить в его ложь. Просто признай уже очевидное, Глинда. В данном деле ты пристрастна, необъективна и… скомпрометирована.

— Нет, это ты-…

— Властью главы службы безопасности Вейла, данной мне Советом, я запрещаю тебе какие-либо контакты с подозреваемым.

— Джеймс! – воскликнул вскочивший из-за стола Озпин.

Тот не обратил на него ни малейшего внимания.

— Любые твои попытки связаться с ним или как-то повлиять на ход расследования будут расценены как соучастие в тех преступлениях, которые он мог совершить. Таково мое решение, – сказал Джеймс, посмотрев на ту, кого считал своей близкой подругой. – Извини, Глинда.

— Ты… – немного хрипло ответила она. – Это не слишком похоже на извинения.

— Потому что я прошу прощения лишь за то, что причинил тебе боль, а вовсе не за само решение. Так будет лучше для всех. Ты сама со временем это поймешь… пусть даже сейчас и не согласна.

— Лучше для всех… – повторила за ним Глинда, сжав кулаки и сделав несколько глубоких вдохов. – Понимаю. А еще лучше будет, если я избавлю тебя от своего присутствия, поскольку мое мнение тебе явно совершенно безразлично.

— Ты и сама отлично знаешь, что это неправда, – возразил Джеймс.

Глинда печально улыбнулась.

— Разве? – спросила она. – Должна признаться, что уже ничего не знаю наверняка. Раньше я верила тебе и думала, что ты веришь мне. Похоже, и в том, и в другом я ошиблась.

— Глинда, Джеймс, – произнес Озпин, по-прежнему не спеша к ним приближаться. – Пожалуйста, не ссорьтесь. Я прекрасно понимаю всю сложность данной ситуации, Глинда. До твоего появления я как раз работал над вызволением мистера Арка из тюремной камеры. Но постарайтесь не забывать о том, кто является нашим настоящим противником. Мы все – друзья и союзники, так что не нужно привносить в наши ряды ненависть и вражду.

Некоторое время в помещении царила полная тишина. Джеймс отступил немного назад и расслабил плечи, чтобы не выглядеть столь угрожающе. Глинда продолжала стоять, не торопясь встречаться с ним взглядом.

Ему начало казаться, что слова Озпина все-таки сработали, но затем она покачала головой.

— Возможно, Дже-… генералу Айронвуду стоило подумать об этом немного раньше, – произнесла Глинда. – А сейчас прошу меня извинить. Нужно идти, поскольку осталось еще очень много неотложных дел.

Она развернулась и направилась к двери. Джеймс вытянул руку в ее сторону.

— Глинда, подожди, – сказал он. – Мне очень жаль, но это действительно важно. Важнее его, тебя и всех нас. Я поступил так, как от меня требовал долг.

Она пару секунд постояла на одном месте, обдумывая слова Джеймса, после чего всё так же молча двинулась дальше. Он тяжело вздохнул и опустился в кресло.

— Проклятье…

— Хм, твой хаотичный стиль управления выглядит довольно интересно… только почему-то не работает.

— Озпин, пожалуйста, – буркнул Джеймс, все-таки не выдержав и стукнув кулаком по столу. – Сейчас совсем неподходящее время для твоей мелочности.

— Но мне же любопытно, какой еще реакции ты от нее ожидал после подобной новости.

— Примерно такой и ожидал, – вздохнул он. – Честно говоря, я рассчитывал отделаться как минимум синяком под глазом.

Возможно, тогда Джеймс чувствовал бы себя хоть немного лучше, чем сейчас. Гнев Глинды был гораздо ближе и понятнее, чем холодная ярость и полное игнорирование.

Впрочем, это тоже оказалось необходимо. Он ничуть не сомневался в том, что Арк являлся преступником, а потому прервать их общение было правильным решением.

— И всё же ваша встреча могла пройти куда лучше, – заметил Озпин.

— Угу. Я как-то не ожидал, что новость о ночном аресте появится во всех утренних газетах, – признался Джеймс. – Там ведь не было никаких свидетелей, кроме Никос, и я полагал, что у нее хватит ума не распространяться об увиденном.

— Ты что, подозреваешь ее? – удивленно спросил Озпин. – Джеймс, ум тут совершенно ни при чем. Я сомневаюсь, что у мисс Никос вообще имелась возможность провернуть нечто подобное. Репортажи вышли одновременно во всех средствах массовой информации Вейла и даже в других Королевствах! Уж точно не семнадцатилетнюю девчонку нужно в таком обвинять, какой бы знаменитой она ни была.

Он посмотрел на Озпина.

— Ты думаешь, что всё это заранее подстроено?

— Я не думаю, Джеймс. Я точно знаю.

— Да. Пожалуй, ты прав… Журналисты слишком уж быстро отреагировали, да и некоторые подробности в их статьях настораживают. Упоминается лишь об аресте Арка, но нет ни слова о его соучастнице.

— Хм-м… – протянул Озпин, налив себе в кружку новую порцию кофе и сделав глоток. – А как именно прошла твоя попытка задержать мисс Фолл?

— Двое погибших, шестеро раненых… – закрыв глаза, ответил ему Джеймс.

Терять подчиненных всегда было очень и очень больно, не говоря уже о необходимости лично извещать их родственников. А потом на смену боли пришли гнев и раздражение.

— Мы ошиблись с определением степени опасности противников. У нас имелись причины полагать, что Арк окажется сильнее Фолл, а потому арестовывать его отправились я и специалист Шни.

— Похоже, всё прошло не по плану.

— Это сейчас легко говорить о том, что и как тогда следовало сделать, – вздохнул Джеймс. – Кто-то заметил приблизившуюся к Арку Никос. Я решил, что он может попытаться воспользоваться ей в качестве заложницы, либо она пострадает от случайных пуль, если мы будем вынуждены применить огнестрельное оружие. В то же время Фолл находилась в своем кабинете и казалась… довольно простой целью.

И за его ошибку пришлось заплатить своими жизнями обычным солдатам.

«Будь ты проклята, Фолл!»

— Я приказал моим людям отследить ее перемещения. Через несколько часов о ней будут знать все Охотники и Охотницы Вейла.

— Разумная мера. Но вот то, что журналисты до сих пор ни разу о ней не упомянули, несколько настораживает.

— Знаю.

— Ими кто-то манипулирует.

— Знаю.

— И ты угодил прямо в расставленную лову-…

— Озпин! – воскликнул Джеймс, сердито уставившись на него. – Я всё знаю. Хватит уже в меня этим тыкать.

— Есть у меня такое ощущение, что не хва-…

Закончить фразу ему не позволила вновь распахнувшаяся дверь.

Джеймс застонал и прижал к лицу ладонь. К счастью для него, это оказалась вовсе не вернувшаяся с каким-нибудь тяжелым орудием Глинда, но и в личности появившегося в дверном проеме человека приятного было крайне мало.

— Озпин! – завопил Питер Порт. – Несколько студентов сообщили, что Атлас обвинил нашего замечательного друга и товарища в государственной измене! Мне кажется, что они немного преувеличивают.

— Нет, не преувеличивают, – ответил Озпин.

— Хм, ладно. Итак, когда мы начинаем?

— Начинаем что? Боюсь, я не совсем понимаю.

— Войну с Атласом, разумеется, – пояснил Порт. – Нашего мальчика удерживают вон на том здоровенном корабле, который явно что-то компенсирует своему владельцу. Если нападем прямо сейчас, то к обеду как раз управимся.

— Кхем, – откашлялся Джеймс.