Глава 54 — Скомканное прощание

Жон напряженно проследил за тем, как Синдер извинилась и вышла из помещения. В его ушах по-прежнему звучали ее прощальные слова, и как бы ему ни хотелось обратного, ничем, кроме угрозы, они быть не могли. Хотя нет, это оказалось даже не угроза – обещание.

Роман наверняка бы скривился от отвращения, услышав о подобной глупости. Впрочем, глядя на Янг, Жон отчетливо понимал, что повторил бы всё еще раз, если бы ему пришлось.

— Спасибо, – прошептала она, обхватив его руками за пояс, прижавшись к груди и тихо всхлипывая. Жон чувствовал, как слезы пропитали его рубашку. – Спасибо-спасибо-спасибо…

— Это просто неле-…

— Джеймс, – не позволила ему закончить фразу Глинда. – Не здесь и не сейчас.

Айронвуд громко вздохнул и промолчал, а затем и вовсе покинул помещение. Озпин последовал за ним, оставив их втроем. И что было еще важнее, все они оказались из тех, кто поддержал Янг, что позволило ей хоть немного расслабиться.

— Всё в порядке, – произнес Жон. – Ничего страшного не произошло.

— Клянусь, я сказала чистую правду, – пробормотала Янг, еще сильнее вцепившись в его рубашку и не спеша встречаться с ним взглядом. – Я бы никогда не сделала ничего подобного даже с самым злейшим врагом!

— Знаю.

— Т-там случилось что-то непонятное…

— Знаю.

— Я не… не…

Янг замолчала и еще крепче прижалась к его груди. Жон больше не слышал всхлипываний, но зато отлично чувствовал, как из ее глаз лились слезы.

Он обнял ее за плечи.

— Я всё знаю, Янг.

Так они и простояли несколько минут в практически полной тишине. Янг тяжело дышала и иногда украдкой вытирала слезы. Ее глаза были красными, а улыбка – едва заметной, но это ничуть не мешало ей оставаться всё такой же красивой и – что сейчас оказалось гораздо важнее – испытывать самое настоящее счастье.

В каком-то смысле Жон обменял свою собственную безопасность на ее. Отказался заставлять платить невиновного человека за совершенные им ошибки. Стоило ли называть эту сделку выгодной? Он считал именно так.

— Мисс Сяо-Лонг, – прошептала Глинда, положив ладонь на плечо Янг. – Почему бы вам не отправиться в Бикон и не побыть со своей командой? Думаю, будет гораздо лучше, если вы окажетесь там как можно раньше и… не станете встречаться с другими студентами.

— Я… Да, наверное, вы правы, – кивнула она, скорее всего, тоже понимая, что в данный момент вряд ли являлась любимицей остальных учеников Бикона. Пусть Жон и не позволил ее отчислить, но изменить всеобщее отношение к ней ему было не под силу. – Спасибо, мисс Гудвитч… Можете передать мою благодарность директору?

— Хорошо, я передам, – кивнула Глинда.

Янг отпустила Жона, подошла к двери и хотела было что-то сказать, но затем передумала и просто вышла в коридор. Оттуда послышались торопливые шаги. Наверняка она собиралась последовать совету Глинды и побыстрее вернуться обратно в свою комнату, за что Жон никак не мог ее винить.

— Ситуация для мисс Сяо-Лонг оказалась не из легких, – произнесла Глинда. – Пусть даже вы с Питером довольно оперативно отреагировали, но запись уже успела расползтись по всему Ремнанту.

— Знаю. Теперь люди станут ее презирать.

— Со временем это пройдет. Просто глупая ошибка молодой девчонки. Но пока будет лучше за ней присмотреть.

Жон замер, медленно повернувшись к Глинде.

— Думаешь, Янг может попытаться как-то себе навредить?

— Она – сильная девочка, но даже самых сильных возможно довести до определенной грани. Те, кто подвергаются издевательствам со стороны сверстников, не так уж и редко решают избрать, как им кажется, наиболее простой путь. В случае мисс Сяо-Лонг ситуация еще хуже, – вздохнула Глинда, посмотрев ему прямо в глаза. – Потому я и прошу тебя, Жон, приглядеть за ней.

Он кивнул.

— Хорошо, пригляжу. Пожалуй, даже назначу Янг несколько консультаций.

Вряд ли она станет с ним спорить после того, как Жон не дал ее отчислить.

— Это было бы просто замечательно.

Слова Глинды не являлись вопросом, а потому не имелось никакого смысла на них отвечать. Разговор зашел в тупик, и наступила неловкая тишина, а поскольку объединявшая их Янг уже ушла, на первый план вновь вылезли немного пострадавшие в последнее время отношения. Ни ей, ни ему не хотелось поднимать данную тему.

Он посмотрел на Глинду, но та отвела взгляд. Впрочем, это означало, что до того она тоже смотрела на него. Жон почувствовал, как у него пересохло во рту. Он понимал, что следовало сказать или сделать хоть что-нибудь, лишь бы разрушить столь давящую атмосферу.

— Я рад, что ты встала на ее защиту, – произнес Жон.

— А ты что, считал, будто я брошу свою студентку?! – возмутилась Глинда. – Принесу ее в жертву точно так же, как и мисс Никос, поскольку поступить таким образом будет гораздо удобнее для меня?

— Нет, я… – пробормотал Жон, попытавшись отыскать какие-нибудь подходящие слова. Пока что все его фразы способствовали лишь дальнейшему разжиганию конфликта. – Я просто хотел сказать, что действительно рад.

— Мисс Сяо-Лонг – моя студентка, и именно я отвечаю за ее образование и в какой-то мере воспитание. Ни то, ни другое у меня бы не получилось осуществить в случае ее отчисления.

Тон Глинды заставил Жона вздрогнуть. Он и сам признавал, что заслужил ее гнев, но это уже куда больше напоминало пытку.

— Послушай, Глинда. Мне и в самом деле жаль. Я понимаю, что очень плохо тогда соображал и всё испортил. Что мне следовало сначала хорошенько подумать.

— Да, следовало.

— И я это признаю, – продолжил Жон. – Как и то, что совершил громадную ошибку, неправильно подобрав не только слова, но и место со временем. Мне нужно было спросить тебя либо в комнате, либо после уроков, но никак не в момент нашего свидания. Ты имеешь полное право на меня обижаться, но я хочу сказать, что жалею обо всем, что там прозвучало.

Он посмотрел на Глинду, которая по-прежнему не спешила встречаться с ним взглядом. А поскольку хождение вокруг и около явно не приносило нужного результата, то, пожалуй, стоило сформулировать свою мысль чуть более прямолинейно:

— Ты меня когда-нибудь простишь?

— Возможно… – ответила Глинда, хмуро уставившись в ближайшую стену.

Внутри Жона вспыхнула искорка надежды, но такая крохотная, что он просто боялся за нее уцепиться.

— Возможно?

— Я… – начала было Глинда, но тут же замолчала и вздохнула. – Я на тебя злюсь, Жон. Очень сильно злюсь. Боль и гнев едва ли не заставляют меня переходить на крик.

Он вздрогнул.

— Но в то же время подобное положение дел не доставляет мне ни малейшего удовольствия, так что я просто не хочу продолжать злиться.

— Я понимаю, что подвел тебя.

— Еще как, – кивнула Глинда. – Это… Я даже не могу придумать ситуацию, когда бы оказалась менее готовой к подобному удару с твоей стороны. Ты меня не слушал. Ты вообще не позволял мне ни слова сказать!

Каждое обвинение отдавалось болью, поскольку было полностью заслуженным. Жон и в самом деле не желал слушать оправдания Глинды. Он просто боялся оказаться неправым и потому продолжал давить на нее, нанося всё новые и новые оскорбления. Не было ничего удивительного в том, что Глинда в итоге отвесила ему пощечину. Жон сам не оставил ей никаких других вариантов.

— Знаю, – вздохнул он. – Я был полным идиотом.

— И теперь я понятия не имею, что делать дальше, Жон. Из-за злости мне просто не хочется с тобой разговаривать.

Он открыл было рот, чтобы возразить, но Глинда остановила его поднятой рукой.

— Нет, не в том смысле, о котором ты сейчас подумал. Я желаю восстановить наши отношения. В конце концов, споры и ссоры – это вполне обыденное явление… Но я опасаюсь, как бы мой гнев не усугубил ту ситуацию, в которой мы сейчас оказались.

Жон практически не услышал последнюю часть ее фразы. Его глаза округлились еще на первой, и он непроизвольно сделал шаг вперед.

— Ты желаешь восстановить наши отношения?

— Ну… наверное, – кивнула Глинда. – Глупо было бы лишаться счастья из-за одной-единственной размолвки. Всё равно она должна была рано или поздно произойти… И поводом для нее, по крайней мере, стала не какая-то глупость, а благополучие студентки Бикона, что мы оба считаем довольно важной вещью.

Жон встрепенулся и еще немного приблизился к ней, сам толком не зная, что собирался делать дальше. Впрочем, Глинда поспешила остановить его, уперев ладонь в грудь.

— Не сейчас, – сказала она. – Не забывай о том, что я всё еще злюсь и практически наверняка сорвусь на тебя, окончательно всё испортив.

Глинда улыбнулась, и пусть веселья в ее улыбке было маловато, но зато она оказалась искренней.

— У меня очень мало опыта в отношениях с противоположным полом, а вот кричать на людей я чересчур сильно привыкла. Не хочу случайно устроить тебе разнос, даже не поняв этого.

— Почему нет? Я его более чем заслужил.

— Может быть, и заслужил, но наши отношения я желаю видеть совсем другими, – пожала плечами Глинда. – Ладно, встретимся завтра, Жон. Надеюсь, к утру все хоть немного успокоятся.

— Я тоже на это надеюсь, – кивнул он.

Глинда провела ладонью по его груди и покинула помещение. Пусть прикосновение оказалось коротким и совершенно невинным, но оно хотя бы не было случайным и потому даровало надежду на скорое примирение. Даже оставшись в одиночестве, Жон больше не испытывал отчаяние.

Впрочем, для возвращения этого чувства хватило одной-единственной мысли о совсем другой женщине. Что он вообще мог противопоставить Синдер?

Жон закрыл глаза и тяжело вздохнул.

Теперь уже поздно было притворяться заинтересованным в сотрудничестве с ней. Он сделал свой выбор, и любая неопределенность осталась в прошлом. Долгие месяцы попыток выглядеть в ее глазах компетентным профессионалом привели к тому, что сейчас Синдер серьезно его переоценивала. К сожалению, у этого явления имелись и свои минусы. Она вполне могла проигнорировать слабого и бесполезного для ее планов Жона, но вовсе не того, кто оказался способен представлять для них довольно серьезную угрозу.

Такое было просто не в характере Синдер…

«Наверняка она попытается раз и навсегда решить проблему со мной. Если ее план близок к завершению, то, скорее всего, я должен буду погибнуть во время его финальной части».

К некоторому удивлению Жона, подобная перспектива его не особо сильно волновала. Пожалуй, он слишком часто за последний год попадал в смертельно опасные ситуации, а потому просто привык к постоянному риску. Или, может быть, испытанный им сейчас шок не давал до конца осознать серьезность проблемы.

Сложно было сказать наверняка.

«Думаю, стоит проведать Янг и ее команду. Если Синдер по какой-то причине пожелала вывести их из игры, то может попытаться закончить начатое».

В отличие от своей собственной, жизнями студентов Жон рисковать не собирался.

***

Насколько он знал, Янг и ее команда уже вернулись в Бикон. Продолжение турнира отложили на день, чтобы хоть немного снизить накал страстей, а в Колизее Согласия вовсю работали различные магазинчики, аттракционы и прочие развлечения. Соответственно, школа оказалась практически пуста, что его более чем устраивало. Янг и ее команде это тоже было только на руку, поскольку встречаться сейчас с кем-либо им вряд ли хотелось.

Жон остановился возле двери их комнаты и уже поднял было кулак, чтобы постучать, когда услышал голос Янг:

— Но вы же мне верите, правда?

— Конечно, – ответила ей Руби.

— Ты вспыльчивая, – добавила Вайсс, – но вовсе не жестокая.

На некоторое время наступила тишина, заставившая его задержать дыхание.

— Блейк?..

— Я хочу тебе верить, но…

Жон вздохнул и открыл дверь, так и не постучавшись. Руби с Вайсс испуганно вскочили на ноги.

— Жо-… – начала было первая, но тряхнула головой и поспешила исправиться: – Профессор?

Он посмотрел на нее и кивком попросил сесть обратно, после чего вышел в самый центр комнаты, где все могли его видеть.

— Должен признать, – произнес Жон. – Никогда не думал, что буду разочарован в вашей команде.

— Сэр… – не слишком-то и активно попыталась возмутиться Руби, в то время как Янг закрыла лицо руками.

— И всё же это произошло, – продолжил Жон, проигнорировав их. – Такого разочарования я не испытывал очень и очень давно. Можешь назвать мне его причину, Блейк?

— Я? – удивленно переспросила та, уставившись на него круглыми золотистыми глазами.

— А кто же еще? – поинтересовался Жон, подойдя к ней и не обратив особого внимания на торопливо отодвинувшуюся в сторону Вайсс. – Надеюсь, ты еще не забыла, как мне удалось не дать тебя отчислить, поскольку так пожелали члены твоей команды? И что же я слышу сейчас? Что ты вдруг не веришь собственной напарнице? Может быть, объяснишь мне свою позицию?

Блейк в панике посмотрела на подруг, но так и не нашла никакого ответа на его вопрос. Более того – какой-либо поддержки от них она тоже не дождалась. Янг, в глазах которой стояли слезы, уставилась в пол, Вайсс отвела взгляд в сторону, а Руби просто печально смотрела на нее.

— Это не… – начала Блейк, явно с огромным трудом подыскивая подходящие слова. – Я совсем не то имела в виду. Просто… люди иногда делают некоторые вещи: сначала, как им кажется, ерунду, а потом и что-нибудь серьезное. Я уже доверилась кое-кому, пока он не пал во тьму.

— Получается, что ты взяла и приравняла к нему Янг, верно?

— Нет, я… Это очень сложно объяснить.

— Понимаю, но всё же вынужден кое-что уточнить. Разве совсем недавно не произошло нечто очень похожее, только с тобой в главной роли? – спросил Жон, сложив руки на груди и проследив за начавшей ерзать на своем месте Блейк. – Если я правильно помню, то там всё было даже хуже. В конце концов, Янг обвиняют всего лишь в неспортивном поведении, а вот ты состояла в организации, которая до сих пор занимается убийствами и казнями невинных людей.

Она уставилась в пол. Даже ее уши стыдливо прижимались к голове.

— Но тогда нашлась та, кто не утратила веру в тебя и не пожелала бросить в беде, несмотря ни на что, – произнес Жон, пригвоздив ее взглядом к кровати и отлично осознавая, как именно Блейк себя сейчас чувствовала. – Ты ведь еще не забыла, кто это был?

— Не забыла…

— Тогда как насчет того, чтобы назвать нам ее имя? – спросил Жон, не собираясь позволять Блейк остаться совсем уж безнаказанной. – Кто продолжала верить в тебя? Кто упрашивала меня дать тебе еще один шанс вне зависимости от того, как это выглядело со стороны? Кто-…

— Хватит!

К его удивлению, голос принадлежал вовсе не Блейк. Слегка повернувшись, Жон уставился прямо в красные глаза Янг.

— Просто хватит, – сказала она. – Блейк… всё поняла. Не нужно ее мучить.

Янг продолжала защищать свою напарницу даже после ее слов? Жон посмотрел на Блейк и ощутил новую вспышку раздражения, но решил ограничиться лишь короткой фразой:

— Она и сейчас тебя защищает.

— Профессор! – прошипела Янг.

— Простите… – прошептала Блейк.

— Хм?

— Я попросила прощения, – пояснила она.

— Да, но почему у меня? – поинтересовался Жон. – Думаю, твое извинение стоит адресовать кое-кому другому.

— Я… – произнесла Блейк, подняв голову и продемонстрировав выражение стыда и боли на лице. – Прости меня, Янг… Я не должна была так говорить или даже думать. Не после того, что ты для меня сделала.

— Всё в порядке, – ответила та, по-прежнему сердито глядя на Жона. – Я злюсь совсем не на тебя.

«Ну что же, разозленная Янг всё равно куда лучше расстроенной. Думаю, основная задача выполнена».

Он пожал плечами, а затем прекратил сверлить взглядом Блейк, посмотрев на Янг и слегка приподняв бровь. Та кивнула, показывая, что полностью одобряла подобное решение.

Руби хихикнула.

— Впрочем, я пришел сюда вовсе не для того, чтобы ругаться и кричать, – добавил Жон. – Мне хотелось убедиться в том, что у вас всё в порядке. Янг, ты ведь знаешь, что тебя дисквалифицировали?

— Ага, – вздохнула она. – Полный отстой… Но я как-нибудь переживу.

— Пожалуй, о целой куче негатива, который еще только выльется в твой адрес, тоже стоит предупредить заранее.

— Знаю, – кивнула Янг, улегшись на кровать и закинув ногу на ногу. – Я имею в виду, что всё и так было понятно по реакции толпы. Наверняка на уроках мне придется еще хуже, а потому я постараюсь вести себя потише.

— Думаю, это правильное решение, – согласился с ней Жон, окинув взглядом девушек.

Две из них были расстроены, еще одна пыталась поддержать подруг, а последняя ей помогала, пусть даже получалось у нее крайне неважно. Команда RWBY представляла собой жалкое зрелище, но с другой стороны, когда это было не так?

Жон подавил желание рассмеяться и уселся на один из стульев.

— Уверен, что команда RVNN останется с вами, когда вы им всё объясните. Пока же стоит держаться вместе и безоговорочно доверять друг другу.

— Я так и планировала сделать! – усмехнулась Руби.