Глава 47. Шторм, часть 2
— Первая когорта! Центурии! Вперед! — проревел Джон, и его люди ответили своему командиру собственным ворчанием, опустили алебарды и разошлись в направлении собственных центурий.
Они прорубили себе путь к павильона Ренли; алебарды покраснели от крови тех, кто оказывал сопротивление; знамена Королевского Кулака и Оленя Баратеонов гордо реяли над лесом алебард при помощи мощных ветров Штормовых земель; отдаленный грозовой грохот постепенно усиливалась, пока дождь все больше лил и погасив часть небольших пожаров.
Джоффри благодарно кивнул Джону. Его легаты показали себя как нельзя лучше, каждый вел за собой когорту из примерно тысячи воинов. Номинально это была работа трибунов, как эту должность когда-то называли гискарцы. Предполагалось, что легаты будут руководить целыми легионами.
Но из-за того, что на данный момент существовал лишь один-единственный легион, или полк (это Санса заставила его изменить название на что-то менее «воинственное») — легаты изучали искусство командования в бою со своими когортами.
После десятков легких схваток по всему северу Штормовых земель, и где — то в четыре раза меньшего количества настоящих сражений-первый полк Королевской гвардии пропитался кровью по самую макушку.
В меньшей степени — в смысле неизбежных военных потерь, но в значительно большей — в том, какими железными хватами те воины держали собственное оружие, со стальными проблесками в глазах.
— Король Джоффри и Штормовые Земли! – ревели они, маршируя; дождь, который так часто был в этих землях, снова полил на полную, из-за горизонта доносился приглушенный гром.
Джоффри взял с собой целую центурию, быстро маршируя мимо многочисленных очагов сумасбродного и дезорганизованного боя. Он вел их быстрой походкой, мимо обгоревших палаток и кучки ничейных лошадей без всадников.
Центурия резко остановилась, когда они увидели сумасшедший бой прямо перед собой, едва освещенный догорающими палатками, которые тлели под потоками дождя.
Смешанная куча морригеновских и фелловых воинов билась с тирелловскими противниками. Прямо в гуще жестокой битвы находился мужчина, одетый в полный доспех, с огромным тирелливскою розой на весь щит; его меч летал стальным вихрем, когда он дрался с двумя морригеновскими солдатами да еще и с их лордом одновременно.
Рыцарь уклонялся и атаковал, чистым порезом пересек глотку одного из воинов и в то же время ухватил щитом потрепанную фигуру, которая должна была бы быть, как предполагал Джоффри, самим лордом Морригеном.
Ход боя был не в пользу штормоземцев, но обе стороны схватки мгновенно остановились, переводя дух, когда разом увидели людей, и внезапно прекратили бой.
— Гвардейцы, здесь?! — закричал бронированный Тирелл, не веря собственным глазам,
– Морриген! Фелл! Решим наши с вами споры позже, первое…
— В этом нет нужды… сэр Гарлан Тирелл, я полагаю? — воскликнул Джоффри громким голосом, выходя вперед вне линии ровных алебард, которые уже смотрели в сторону врага.
Король уже не был наряжен как рейдер. Он приготовился к битве, надел полный латный доспех, иссеченный сотней порезов и вмятин, имея сверху красно-желтый табард с гербом Баратеонов Королевской Гавани.