Глава 38.2

На мгновение Нань Хэ замер, и кончики его ушей покраснели.

— Ладно, — ответил он неохотно через некоторое время, избегая взгляда Юань Сян.

«Она не знает этого обычая!»

Уши Нань Хэ были готовы бесконтрольно приподняться.

В племени Сириуса после успешного ухаживания существовал один самый важный ритуал, который заключаться в том, чтобы обменяться прядями своих волос друг с другом, и сплести волосы друг друга на своем теле, и называлось это «завязывание волос узлом».

В любом случае, в этом мире не было другого Сириуса.

Она сказала, что ей нужны его волосы, просто для изготовления талисмана. Он вполне мог бы отдать их ей. Это не имело никакого значения.

Не замечая этих сентиментальных перемен в настроении Нань Хэ, Юань Сян зашла в бакалейный магазин и попросила упаковать десять сушеных уток.

— Здешняя утка Цзюньшань превосходная. Не хочешь взять несколько штук? Сушеные анчоусы, кажется, тоже неплохи. У Юань, не хочешь ли взять с собой немного? Странно, а куда делся У Юань? — Юань Сян обернулась, и обнаружила, что У Юань растворился в толпе.

В маленьком переулке, где было безлюдно, стоял хромой калека. Мужчина наклонился и потряс тарелкой с жареной хрустящей рыбёшкой, чтобы приманить маленького кота неподалеку от себя.

— Котёнок, ты хочешь это попробовать? Ароматная хрустящая рыбка, я могу угостить тебя ей, — мужчина всеми силами старался изобразить дружелюбную улыбку.

У Юань пристально посмотрел на мужчину, пошевелил носом, а затем произнёс с выражением отвращения на лице:

— Ха, Сян-Эр дает мне только самый свежий Дунтин с самым нежным мясом. Кому нужна ерунда, которую ты предлагаешь?

— Постой, не уходи, ты только посмотри на это, ты, должно быть, никогда такого не видел.— мужчина достал из рукава кусок нефрита, сияющий изумрудно-зеленым блеском. — Это духовный нефрит, насыщенный Ци. Даже если ты превратишься в человека в месте с разреженной аурой, с этим ты сможешь продержаться некоторое время. Если ты ко мне присоединишься, я отдам это тебе.

— Разве есть кто-то, кто никогда не видел духовный нефрит? Мой отец подгребает кучу таких же под свое тело, когда спит. Для меня в этом нет ничего необычного, — усмехнулся У Юань. — Кроме того, зачем же ты нарисовал такой яркий узор на земле. Я не так глуп, зачем мне туда идти?

Мужчина понял, что его план разгадали и закричал:

— Кан Цзюй, хватай его!

У Юань развернулся и бросился бежать. Черная фигура встала у него на пути. Этот черноволосый человек был одет в черное, его кожа была бела, как снег. Выражение его лица было ледяным, а брови — почти невидимыми. Это был Кан Цзюй. Он был одет в короткую черную мантию, а его открытые конечности были покрыты шрамами.