Глава 44
В тот же миг три свитка вступили в резонанс с тем, что использовал Намиказе Минато. Сработала совершенно новая техника. Под напряжёнными взглядами зрителей и тревожным вниманием Узумаки Кушины — одного из главных разработчиков этой новой техники, над помостом возникла объёмная проекция, в которой все присутствующие могли ясно увидеть происходящее.
На экране был изображён сам Намиказе Минато, погружённый в игровой мир.
Сцена из игры, названной Учихой Кеем «Фруктовый Ниндзя», предстала перед глазами более пяти тысяч зрителей.
Минато, оказавшийся в этой игре впервые, с любопытством оглядывался по сторонам.
Ему открылся бескрайний луг под синим небом с белыми облаками. Вдали виднелась небольшая ферма — размером с футбольное поле, с полем впереди и несколькими деревянными домиками позади.
Вся обстановка излучала тепло и солнечность. В отличие от мрачной атмосферы игры «Возвращение домой», здесь было по-настоящему уютно. Минато чувствовал себя спокойно. В этом мире-гендзюцу он отчётливо ощущал запахи земли и травы, а солнечные лучи мягко согревали кожу, что вызывало на его лице невольную улыбку.
Для зрителей вне игры вся сенсорика, конечно, не передавалась, но визуальная и звуковая картина отображалась предельно чётко.
И в следующий миг зал наполнился возгласами удивления.
Пусть зрители не могли прочувствовать происходящее изнутри, но даже одного визуального и звукового ряда хватило, чтобы поразить всех до глубины души.
Впрочем, как показал дальнейший ход событий, это потрясение было только началом.
— Минато, как ощущения?
— Весьма неплохо. По крайней мере, в такой тёплой и уютной обстановке действительно приятно находиться. Если мне когда-нибудь доведётся уйти в отставку, я бы хотел провести старость в таком месте.
— Что ж, будем надеяться, что твоё желание сбудется.
— Хаха, тогда принимаю твои добрые слова за благословение.
Учиха Кей и Намиказе Минато общались, находясь по разные стороны экрана — один в реальности, другой в игре.
Для публики это выглядело как диалог между Кеем и проекцией Минато. Сам Минато при этом сидел неподвижно на платформе, будто заснул.