Глава 172. Собрание.

Опция "Закладки" ()

– Принц, теперь ты и огнем умеешь дышать?

– Похоже на то, – ответил Ингун озадаченному Карраку. Как и посоветовал ему первосвященник, он попробовал использовать Слово Дракона. Этот навык можно было использовать и вовсе без слов, поскольку он представлял собой трансформацию воли и чувств в энергию.

«Короче говоря, он делает то, что я хочу».

А ещё Ингун понял, почему драконы продолжали использовать обыкновенные заклинания, несмотря на то, что обладали Словом Дракона. Эта способность представляла собой жесткую и грубую силу, а потому куда удобнее было пользоваться проверенной магией.

«Хотя…».

Это было определенно сильное умение. Более того, его легко можно было использовать во время ближнего боя, поскольку оно активировалось по его воле.

«Оно вполне сочетается со Стилем Дракона. Даже не так, я словно бы узнал каким должно быть истинное применение Стиля Дракона».

Если Слово Дракона преобразовывало волю и чувства в магию, то Стиль Дракона трансформировал их в Ауру. Вот почему он осознал это. Его понимание Ауры стало выше.

Ингун некоторое время смотрел на окно своего статуса, а затем вложил большую часть оставшихся очков умений в Слово Дракона.

Слово Дракона 4-го уровня…

Хоть оно и было ниже текущего уровня Ауры, которая вскоре должна была перейти на 10-ый уровень, основная сила Ингуна заключалась как раз в Ауре, а не в заклинаниях. Кроме того, Слово Дракона было достаточно высокоуровневой магией, а потому 4-ый уровень нельзя было назвать низким.

– Хорошо, – кивнул Ингун и решил попробовать Ледяное Дыхание и Дыхание Ветра.

Они были практически такими же, как и Огненное Дыхание, так что после поднятия текущего значения Слова Дракона, использовать их было вовсе не сложно. У первосвященника глаза полезли на лоб, когда Шутра активировал ещё две формы Слова Дракона, хотя обучился этому навыку всего несколько минут назад. Он совершенно позабыл о своей высокой должности и с восхищением улыбался, глядя на Ингуна.

– Действительно, Дракон Кечатулла… Вы так быстро освоили Слово Дракона. Вы и вправду благословлены.

Ситуация с этими двумя дыханиями была примерно такая же, как и с огненным, но при этом, кое в чем отличалась. Первосвященник рассказал Ингуну об их существовании, но не обучил его им.

– Мошенничество, – сказала Фелиция так, будто была свидетельницей чего-то нелепого, но при этом широко улыбалась. У неё было очень гордое выражение лица.

Хихикнув и прикрыв лицо веером, она скромным голосом произнесла:

– Первосвященник, Слово Дракона – это не единственное, что может Шутра. Вы знаете, что он может извергать Дыхание Дракона?

– Д-Дыхание Дракона?!

Первосвященник был ошеломлен. Несмотря на свой величественный статус, он был впечатлен, словно маленький ребенок.

– Да, а ещё у него есть Страх Дракона, – добила его Фелиция. Первосвященник глубоко вздохнул, а затем обернулся к Ингуну.

– Т-только не говорите мне… Дракон Кечатулла, Вы что, действительно дракон? – сглотнув, спросил он.

Это объясняло, почему он так легко усвоил Слово Дракона. Фелиция рассмеялась.

– Первосвященник, это невозможно. Шутра – гандхарва. Но он потрясающий гандхарва.

Если бы здесь был Крис, он наверняка бы спросил: «Почему нуним выглядит такой гордой?». Но, к сожалению, он был не в Храме Дракона, а далеко на севере.

Каррак ухмыльнулся, в то время как Делия, помощница Фелиции, была рада за свою госпожу и не собиралась её останавливать. В конце концов, Ингун сам смущенно кашлянул и проговорил:

– Первосвященник, я гандхарва. Скажите, а Вы знаете ещё какие-нибудь Слова Дракона?

– Конечно, и я обязательно Вам их поведаю, – с энтузиазмом ответил первосвященник, после чего продемонстрировал Ингуну кое-что ещё.

***

Прошел месяц с тех пор, как группа Ингуна прибыла в Храм Дракона.

В центре храма, где находилась громаднейшая коллекция книг, закрыв глаза и сосредоточившись, сидел Ингун. За последний месяц он выучил шесть Слов Дракона. Хоть обучился он им и мгновенно, ему потребовалось кое-какое время, чтобы овладеть ими как следует.

С тех пор, как он открыл глаза в этом мире, это был его первый настолько длинный отпуск. Он никогда не оставался на одном месте дольше одного месяца, потому что вынужден был выполнять задания по разным регионам Мира Демонов.

Но, конечно, этот период нельзя было назвать отпуском. Весь прошедший месяц Ингун не только осваивал новые Слова Дракона, но и оттачивал прочие техники: Ауру; Магическую силу; Божественную силу; Психическую силу. По сравнению с первыми двумя, Психическая и Божественная силы были слабоваты, и возможностей для их улучшения было ещё хоть отбавляй.

Ингун глубоко вздохнул, чтобы умерить свое нетерпение и решил подумать о чем-нибудь ещё.

«Воин Локк».

Очевидно, он тоже был воином-драконом, Драконом Кечатуллой, воспитанным Стражем Квейном.

«Неплохо было бы иметь его в своих союзниках».

В Саге о Рыцарях Локк был врагом Мира Демонов. Большинство подчиненных Зефи погибло именно от его рук. А ещё именно Локк убил Вандала.

Однако нельзя было сказать, что он напал первым. Локк всего лишь противостоял вторжению Мира Демонов.

«Да, определенно было бы лучше, если бы он стал союзником».

Локк был силен и обладал как оружием SS-ранга, так и такой же техникой. Таким образом, если бы они были на одной стороне – это было бы немалое подспорье. Однако такое будущее было не самым вероятным. В конце концов, Ингун и сам был принцем Мира Демонов. Неизвестно, захочет ли Локк, истинный воин-патриот Мира Людей, сотрудничать с ним.

«Я должен воспользоваться предоставленной мне возможностью и хорошенько потренироваться в этом храме».

Приключения Локка в Саге о Рыцарях начались летом 514-го года, а значит, оставался ещё год до того момента, как Локк должен был отправиться навстречу своей судьбе.

Ингун сосредоточил свое сознание на сердце дракона и почувствовал тепло магической силы Айнкель.

«Локк – воин-дракон. Тогда кто же Зефи?»

Зефи являлся драконом-гуманоидом, но так было только потому, что он принадлежал к расе драконидов. Он не был воином-драконом.

Зефи Рагнарос…

Этот человек сам по себе был особенным. Он был признан сильнейшим среди всех королевских потомков во Дворце Короля Демонов и возглавлял одну из трех основных фракций. То же самое было и в Саге о Рыцарях. А ещё в игре его считали худшим из всех принцев.

Воин Локк, очевидно, отличался от своего прототипа из Саги о Рыцарях, поскольку оказалось, что он является воином-драконом и врагом Четырех Рыцарей Апокалипсиса. Если так, какова же позиция Зефи? Был ли он как-то связан с Четырьмя Рыцарями и Четырьмя Всадниками Апокалипсиса, которые жаждали конца света?

Фактически, вариантов могло быть сколь угодно много. Этот мир не был точно таким, как тот, который описывался в игре. Поверхностная история и персональные линии каждого из персонажей практически во всём совпадали с оригинальной Сагой. Но с тех пор, как Ингун впервые открыл глаза в этом мире, он понял, что многое и отличается. Одни только Четыре Рыцаря Апокалипсиса, о которых даже не упоминалось в игре, вызвали немалое количество хлопот по всему миру.

Хоть Зефи и был главным героем Мира Демонов в Саге о Рыцарях, это не означало, что он как-то связан с Четырьмя Рыцарями Апокалипсиса.

Но какова же тогда его роль? Что-то подсказывало Ингуну, что какая-то связь всё-таки есть, а в таких вопросах его интуиция всегда работала исправно.

«Правда, никаких конкретных фактов у меня пока нет».

Зефи уже был его врагом. А значит, если на него будет навешено ещё какое-то клеймо – то, по сути, ничего не изменится. Ингун покачал головой и в этот момент услышал голос за спиной:

– Шутра! Ты весь день так и собираешься сидеть здесь?

 

Обладательницей голоса оказалась Фелиция. Её сегодняшний наряд казался каким-то особо привлекательным. На нём поблескивали не только разноцветные драгоценности и золотые украшения, но и головной убор из крупных птичьих перьев.

Ингун тут же посмотрел на часы, расположенные в углу мини-карты.

– Время ещё есть. Нехорошо стареть раньше времени.

Сегодня был последний день 512-го года и через несколько часов должен был наступить 513-ый.

Во Дворце Короля Демонов Шутра становился старше, когда наступал его день рождения. Тем не менее, Мир Демонов населяли самые разнообразные расы, и не все они одинаково считали свой возраст. В частности, несколько рас добавляли к своему возрасту еще один год в начале каждого последующего года, и темные эльфы относились как раз к их числу.

Фелиция прищурила глаза, уставившись на Ингуна.

– Чего-чего? 14-летний парень не хочет становиться старше?

Фелиция явно хотела побыстрее стать взрослой.

– А разве нуна хочет? – покивал ей Ингун.

– Я этого не боюсь.

– Почему это?

Фелиция, у которой на лице появилась застенчивая улыбка, медленно пояснила:

– Шутра, нуне всего 18 лет. Перед тем, как я начну бояться старости, пройдет еще много лет. Всё, быстро заканчивай со своими тренировками и иди готовиться. Первосвященник будет проводить церемонию празднования Нового года. Принять в ней участие – святая обязанность королевской семьи.

Для темных эльфов, которые жили сотни лет, 18 лет были совершенно пустяковым возрастом.

– Ладно-ладно, уже иду, – весело ответил Ингун, не став обсуждать женский возраст.

Празднование Нового года проводилось на открытом воздухе. Перед входом в Храм Дракона жрецы-ящеролюды установили большой алтарь, на котором зажгли огонь. Пламя было настолько ярким, что, казалось, взошла вторая луна.

Жрецы кружили вокруг алтаря. Первосвященник же стоял перед самим пламенем и повторял Слова Дракона, которые, очевидно, были каким-то благословением. Эти слова подхватывали и другие жрецы. Это был священный гимн, наполненный божественной силой.

Магическая сила и божественная сила слились воедино и кружили в ночном небе, сияя среди звезд. Откликаясь на призыв первосвященника, свечение всё росло и росло, разделяясь на сотни огоньков и украшая ночное небо.

Всё это выглядело как дорогой, впечатляющий фейерверк.

Лицо Фелиции, наблюдавшей за этим восхитительным красочным праздником, залилось румянцем. Ингун, впечатленный не меньше, повернул голову и посмотрел на эльфийку.

Прошло всего шесть месяцев с тех пор, как они впервые встретились. Однако, они успели провести вместе достаточно много времени. Они практически не расставались с самой первой встречи во время миссии с племенем Красной Молнии.

Ингун вспомнил, как впервые её встретил. Тогда он подставил свое собственное тело, чтобы защитить Фелицию от огненной стрелы, брошенной орком-магом.

«Да уж, я совсем головой не думал».

Но именно благодаря этому его отношения с Фелицией стали глубже. Ингун на мгновение закрыл глаза, а в его голове что-то всплыло. Это была смерть Фелиции, которую он видел в Саге о Рыцарях.

Просто представив себе это, он почувствовал себя ужасно, а его дыхание стало порывистым.

– Шутра?

Взгляд Фелиции обратился к Ингуну. Она всё ещё улыбалась, а её глаза спрашивали, что с ним происходит. В ответ Ингун лишь улыбнулся.

Ужасные картины, появившиеся перед его глазами, исчезли, и он произнес:

– Нуна, я защищу тебя во что бы то ни стало.

Фелиция недоуменно заморгала, а затем быстро раскрыла свой веер.

– Что это ты такое говоришь?

Несмотря на возмущение, её голос казался довольным. Несколько раз обмахнувшись, она пожала плечами.

– Хотя… Я не против. Ты надежный. Почему это вдруг я почувствовала такую легкость?

Фелиция широко улыбнулась, выглядывая из-за веера, а затем быстро вернула свое обычное выражение. Не став больше ничего говорить, Ингун просто посмотрел в ночное небо.

***

Наступил 513-ый год…

И вместе с его приходом настала демоническая кампания Саги о Рыцарях. Проведя еще 10 дней в Храме Дракона, Ингун направился на 12-ую базу, поскольку получил сообщение от Анастасии.

В то время как группа Шутры больше месяца провела в Храме Дракона, Анастасия и Виктор вернули под юрисдикцию Дворца Короля Демонов практически всю западную и северную часть Кертиса.

Боевой дух мятежников был крайне низким. После того, как племя Паранов вернулось ко Дворцу Короля Демонов, жар восстания начал затухать. Как и ожидалось, король западных варваров Актий решил бежать куда подальше и не принимать участие в столкновениях. Будто ветер, он пересек границу и вернулся в свои земли. Стремительное отступление Актия окончательно добило мораль повстанцев, и их планы оказались на грани полного развала.

Ингун не зря оставил его в живых при битве за центральную крепость, и вот, алчный король варваров превосходно сыграл им на руку.

Конечно, среди повстанцев всё ещё оставались те, кто жаждали свержения существующей власти. Даже если бы они сдались – вряд ли бы их оставили в живых.

В целом, у Анастасии и Виктора хватало работы, которая включала в себя решение судеб сдавшихся и подавление оставшихся повстанцев. Все это было свалено в одну кучу, и одного месяца им попросту не хватило. Чтобы полностью наладить обстановку в Кертисе, им потребовалось бы по крайней мере еще несколько месяцев.

В ходе всего этого процесса Анастасия и связалась с Шутрой и Фелицией. Однако вовсе не для того, чтобы нагрузить их работой.

– Есть приказ вернуться во Дворец Короля Демонов. Мы больше не можем откладывать с прямым отчетом об этом восстании.

В прошлом, когда они подавили мятеж племени Красной Молнии, Шутра тоже вернулся во Дворец Короля Демонов. Таким образом, подобная ситуация не была чем-то необычным.

Анастасия, которую он давно не видел, была всё так же изящна, но при этом в её голосе прослеживалась усталость, которую она не могла скрыть.

– Кстати, а точки переноса уже восстановлены? – осмотрев сестру обеспокоенным взглядом, спросила Фелиция.

– Еще нет, а потому через два дня прибудет Сильван на своем летающем корабле.

Беря во внимание слова «Сильван» и «летающий корабль», то это могло быть ничем иным, как Черным Пламенем Дракона. Он уже успел побывать в родных краях и восполнить свой экипаж.

Анастасия улыбнулась, глядя на покрасневшее лицо Фелиции. Казалось, она в чем-то завидует ей.

– Виктор останется в Кертисе, чтобы стабилизировать ситуацию. На этот раз во Дворец Короля Демонов вернутся только трое из нас.

Были и другие причины, по которым Виктор остался, но Ингун не стал развивать эту тему. О них он мог догадаться в определенной степени и сам.

Два дня спустя на 12-ую базу прибыло Черное Пламя Дракона вместе с Сильваном на борту.

Оставить комментарий