Глава 3.1

Через шесть недель после рождения Скарлетт, Гермиона была готова вернуться на работу. Вместо того, чтобы сразу устраиваться на полный рабочий день, она решила начать с трёх дней в неделю. Пока Гермиона была на работе, её мать присматривала за Скарлетт. Гермиона знала, что Джин не может дождаться момента, чтобы побыть наедине с внучкой, а в выходной Ричарда родители Гермионы собирались брать Скарлетт в маггловский Париж. Она была там пару раз со дня своего рождения, когда Гермиона встречалась с подругами.

Когда Гермиона вернулась на работу после декрета, люди не хотели говорить с ней ни о чём кроме Скарлетт, но постепенно это прошло. Гермиона до сих пор работала на полставки, но её рабочие обязанности были расширенны, и главный куратор надеялся, что, вернувшись к полноценной работе, она будет готова к повышению.

В то время, как Гермиона вернулась на работу, музей готовился к выставке одного французского художника, Анри Мастерса. Гермиона была вовлечена в планирование выставки и познакомилась там с самим Анри. Он был на несколько лет старше, и был просто очарован Гермионой и её английским акцентом.

— Где ты была? — спросил Анри однажды, пока они выбирали лучший способ продемонстрировать его картины, — У меня были переговоры с музеем несколько недель, но я никогда не видел тебя раньше.

— У меня был отпуск, — ответила Гермиона.

— Но теперь ты точно вернулась? — спросил Анри, — Больше никакого отпуска?

— Я вернулась, — кивнула Гермиона, улыбаясь красавчику — французу. Они работали вместе последние две недели, и всё это время Анри только и делал, что флиртовал с ней.

— Прекрасно, — ответил Анри, обнажая свои прекрасные зубы в улыбке, — Я стану постоянным посетителем музея, раз ты здесь работаешь.

— Большинство людей приходят сюда, чтобы увидеть бесценные сокровища, выставленные в музее, — со смехом ответила Гермиона.

— Все эти сокровища меркнут в сравнении с тобой, — сказал Анри, заставив Гермиону покраснеть, — Ты такая стеснительная, — добавил он со смешком, — Разве ни один волшебник не говорил тебе, насколько ты красивая?

— У меня был не очень хороший опыт отношений с волшебниками, — призналась Гермиона, а её мысли тут же переключились на Гарри, и всё, через что он заставил её пройти.

— Очевидно, ты встречалась со всякими идиотами, — объявил Анри, — Любой, кто смог просто так отпустить тебя — идиот.

— Спасибо, — ответила Гермиона.

— Я серьёзно, — настаивал Анри, — Как насчёт поужинать сегодня вечером, чтобы ты убедилась, что я — не идиот?

— Я бы с удовольствием, но мне нужно вернуться домой, — ответила Гермиона с грустной улыбкой.

— У тебя есть парень? — спросил Анри, нахмурившись.

— Нет, — ответила Гермиона, — Но у меня есть дочь.

— Ребёнок? — Анри побледнел, и хоть он и сидел неподвижно, Гермиона почувствовала, что ему хочется сбежать.

— Да, — кивнула Гермиона, — Ей двенадцать недель.

— Как мило, — ответил Анри с фальшивой улыбкой, — Может мы выпьем в другой раз?

— Может быть, — сказала Гермиона, кивнув, хотя знала, что красивый художник больше никогда не пригласит её на свидание.

Именно тогда Гермиона поняла, что будет очень трудно найти того, кто захочет связать с ней свою жизнь. Как мать — одиночка она потеряла часть своей привлекательности, и знала, что большинство волшебников предпочтут держаться от неё подальше, узнав, что у неё есть дочь. К счастью Гермиона не нуждалась в мужчине. У неё была Скарлетт, и она была счастлива. Если она встретит, кого-нибудь, кто будет способен принять её дочь, это будет здорово, но конец света не настанет, если этого не произойдёт. С мужчиной или без, Гермиона поклялась, что у них со Скарлетт будет идеальная жизнь.