Глава 3

Как только решение переехать во Францию было принято, всё пошло очень быстро. Гермиона уехала первой. Она арендовала небольшую квартирку в Париже и начала работать в музее, зарегистрировавшись во французском Министерстве магии. Для родителей Гермионы переезд продвигался не так быстро. Сначала им пришлось продать дом и стоматологическую клинику.

Первые несколько месяцев родители навещали Гермиону на выходных, параллельно ища дома в волшебном и маггловском мире. Гермиона быстро нашла небольшой домик в самом сердце волшебной деревушки в красивой, сельской местности. Переезд должен был быть одобрен Советом, но Гермиона всех просто очаровала, и все жители были очень рады, что красивая, умная ведьма из Англии будет жить в их деревне.

Разобравшись с Гермионой, её родители стали искать маггловское жильё. Меньше, чем в десяти милях, они нашли уютный домик в маленьком городке, где была стоматологическая клиника, в которую Ричард, еще неготовый уйти на пенсию, устроился на неполный рабочий день. Джин же сразу решила, что, как только Гермиона вернётся на работу, она будет следить за ребёнком.

К Рождеству всё семейство Грейнджеров поселилось во Франции. Гермиона обставила свой домик так, как ей хотелось. К началу праздничного сезона дом Ричарда и Джин ещё не был полностью готов, но на Новый год они чувствовали себя так, словно жили во Франции всю свою жизнь.

Поскольку ребёнок не должен был родиться до первой недели марта, Гермиона продолжала работать до конца февраля. С первого дня она просто влюбилась в свою новую работу. Даже когда ей приходилось заниматься лёгкими, административными делами, ей не было скучно. Гермиона нашла несколько хороших друзей в музее, и они все скинулись и подарили ей большую коробку детского питания, когда она уходила в декрет, и заставили пообещать, что она зайдёт в гости вместе с ребёнком, как только сможет.

Гермиона решила не выяснять пол ребёнка заранее поэтому, когда у неё начались схватки, через пару дней после ухода в декрет, она всё ещё не знала, кто у неё родится, мальчик или девочка. После почти двенадцати часов схваток, она родила маленькую, чудесную девочку за пару дней до срока.

— Она просто великолепна, — ворковала Джин, нянчась с внучкой, пока Гермиона лежала в постели.

Джин была рядом с Гермионой всё время родов и была очень горда, тем, как Гермиона справилась со всем, что свалилось на неё в последние несколько месяцев. Несмотря на то, что сама беременность протекала гладко, Гермионе пришлось справиться с предательством лучших друзей, и уехать из страны, чтобы у её дочери была нормальная жизнь.

— Ты уже придумала имя? — спросил Ричард. Он знал, что последние несколько месяцев Гермиона перебирала нравившиеся ей имена, но не знал, сделала ли она окончательный выбор.

— Я не уверена, — сказала Гермиона, когда Джин передала ей дочь, и она взглянула на её маленькое личико. Пока Гермиона не видела черт Гарри в своей дочери и наполовину надеялась, что никогда не увидит. Ей действительно не хотелось, чтобы самый дорогой человек в её жизни напоминал ей о бывшем друге, который так сильно ранил её.

— Не спеши, — посоветовала Джин, — Подходящее имя придёт само, когда будет готово.

— А как вы придумали моё имя? — спросила Гермиона. Она знала, что её назвали в честь принцессы из греческой мифологии, но не знала, как именно её родителям пришла в голову эта мысль.

— Ну, я всегда любил греческую мифологию и историю, — ответил Ричард, — Когда мы узнали, что у нас будет девочка, мы начали выбирать имена связанные с мифологией и историей.

— У нас было несколько вариантов, но мы не могли выбрать, пока ты не родилась, — добавила Джин, — Но, как только ты появилась на свет, мы поняли, что Гермиона — идеальное имя для тебя.

Гермиона кивнула, посмотрев на дочь. Взяв её на руки, она мысленно пролистала список девчачьих имён, но уже через пять минут отбросила их все, потому что ни одно, казалось, не подходило для её дочери.

— И, как же тебя назвать, маленькая леди? — прошептала Гермиона, обращаясь к дочери.

— Ты могла бы назвать её в честь кого-нибудь, — предложил Ричард.

— Может быть, — Гермиона задумалась, перебирая в голове людей, в честь которых могла бы назвать свою дочь.

Она не хотела, чтобы имя было связанно с её волшебным прошлым, но у неё так же была маггловская семья. Обе её бабушки уже умерли, но в детстве она была очень близка с ними, особенно с матерью отца, Энн.

— Я могла бы назвать её в честь бабушки, — сказала Гермиона, — Мне нравится имя Энн, но только, как второе, так что я могла бы использовать имена обеих бабушек.

— Я не уверена, что имена Маргарет и Энн хорошо сочетаются, — сказала Джин, нахмурившись.

— Я имела в виду девичью фамилию бабушки — Скарлетт, — сказала Гермиона, смотря на дочь с улыбкой — Скарлетт Энн Грейнджер.

— Мне нравится, — объявил Ричард.

— Мне тоже, — согласилась Джин, — Это просто прекрасно.

— Ну вот, принцесса, теперь у тебя есть имя, — сказала Гермиона, обращаясь к дочери, — Скарлетт Энн Грейнджер, в честь двух твоих прабабушек. Если бы они были здесь, они бы любили тебя так сильно.

— И они бы так гордились тобой, — сказала Джин, обнимая дочь, — Как и мы с твоим отцом.

— Да, — согласился Ричард, обнимая Гермиону с другой стороны, — Ты и Скарлетт — весь мир для нас.

Гермиона и Скарлетт остались в больнице на ночь, но уже на следующее утро их выписали. Родители Гермионы забрали их домой и помогли устроиться, проведя с ними весь день, и уехали только под вечер, оставив Гермиону одну. Часть Гермионы хотела заставить родителей остаться, потому что временами она не понимала, что делает, но другая её часть была рада остаться наедине со Скарлетт, потому что, как бы она не ценила помощь и поддержку родителей, Гермиона всё ещё была матерью-одиночкой, и ей нужно было научиться справляться со всем самостоятельно.

Еще Гермиона была рада остаться в одиночестве, потому что у неё появилась возможность подумать. Ночью в больнице она проснулась с желанием дать Гарри знать о Скарлетт. Не то чтобы его ответ мог, что-то изменить, Гермиона не собиралась позволять ему вмешиваться в жизнь Скарлетт, но у неё было такое чувство, словно он имеет право знать о дочери.

Наконец, Гермиона решилась написать Гарри. Вечером, когда Скарлетт уже уснула, она взяла чистый кусок пергамента и написала короткую записку, в которой говорилось, что она родила девочку. Гермиона не упоминала имени Скарлетт, или того, что они сейчас живут во Франции, но по крайней мере, теперь Гарри знал, что у него родилась дочь.

Через неделю, получив ответ от Гарри, Гермиона пожалела, что вообще отправила то письмо. Он вернул письмо Гермионы обратно, но по некоторым деталям из его ответного письма, Гермиона поняла, что он всё-таки знает о существовании Скарлетт. Гарри писал, что у него нет дочери, что у него своя жизнь с Джинни, и что вся эта ситуации не имеет для него абсолютно никакого значения.

Гермионе захотелось разорвать письмо Гарри и выбросить, но в последний момент она передумала и положила его в шкатулку с несколькими вещами из прошлого, которые она не смогла выбросить во время переезда. Гермиона знала, что, возможно, больше никогда не взглянет на это письмо, но оно могло пригодиться ей в будущем.

***